Прекрасная вдова - Дженет Маллани

Проходит несколько минут, и мы выходам на опушку леса, расчищенную под пашню. Во дворе небольшого дома гуляют куры. Мужчина в рабочей одежде склонился над скамьей, на которой грудой лежат какие-то предметы. Маленький мальчик, увидев нас, бежит в дом. Спустя мгновение он появляется в сопровождении женщины. Она спешит нам навстречу, вытирая руки о передник.

— Милорд, миледи, добро пожаловать. Меня зовут Бетти Калвер. Я могу предложить вам холодного чая. Мы с мужем всегда рады гостям.

Мужчина слегка кланяется нам, бормочет что-то невнятное и возвращается к своей работе. Бетти Калвер проводит нас в дом.

— Чаю, миледи?

Я уже готова кивнуть, но Конгриванс опережает меня:

— Спасибо, хозяйка. В такую жару мы с удовольствием выпьем эля.

Я удивлена его тактом. Чай — дорогое удовольствие. Я совсем недавно поняла это. Миссис Калвер разливает эль в кружки. Конгриванс берет со стола две кружки и выходит во двор потолковать с хозяином дома.

Помещение, в котором мы находимся, служит кухней и жилой комнатой одновременно. В очаге, на тлеющих углях, стоит большой чугунный горшок. Пахнет древесным дымом и ветчиной. Из разговора с миссис Калвер выясняется, что ее муж служит у Оттеруэла помощником егеря. Она рассказывает, что сейчас он занят починкой козла. Мое недоумение настолько очевидно, что она заливается смехом.

— Нет-нет, вы не так поняли. Я имею в виду козлы для пилки бревен. Вы же знаете, какие они, мужчины. Разберут на части, чтобы починить, а потом никак не могут собрать. Надеюсь, милорд подскажет ему. Мне нужны дрова, чтобы приготовить еду. Детям вредна недоваренная ветчина и овощи. Мой муж — хороший человек, но не очень расторопный хозяин. Недавно он решил почистить часы, но не смог правильно их собрать. С тех пор часы идут неверно.

Она показывает в сторону красивых старинных часов. На циферблате нарисованы солнце и звезды. В тот же миг часовая стрелка передвигается на четыре. Часы бьют и затихают, после того как я насчитала семнадцать ударов. Значит, к обеду не успеть. Я не спеша потягиваю эль. В доме прохладно. Как хорошо, что не надо играть и притворяться. В комнате появляется малыш, кладет на стол кочан капусты и убегает.

— Извините, миледи.

Миссис Калвер берет со стола кочан, стряхивает с него воду, снимает крышку с горшка и опускает в кипящую воду. Запах вареной ветчины распространяется по комнате.

Из дальнего угла раздается пронзительный детский плач. Судя по всему, ребенок появился на свет недавно. Миссис Калвер тревожно смотрит в его сторону и переводит взгляд на меня. Я понимаю этот взгляд. Неравенство нашего происхождения не позволяет ей просить меня взять младенца на руки и успокоить. Обычно я стараюсь избегать близкого контакта с грудными детьми. Однако на сей раз, совсем неожиданно для себя, я поднимаюсь с места и подхожу к колыбели. Прижимаю к себе теплое тельце. Малышка испуганно смотрит на меня.

— Не вздумай кричать, — говорю ей шепотом.

Она морщится. Вот-вот заплачет. Беру девочку на колени и принимаюсь укачивать. Надеюсь, на моем платье не останется мокрого пятна. Ей нравится качаться из стороны в сторону, она начинает тихо ворковать и агукать в такт движению. Беззубый рот расплывается в довольной улыбке, слюнка течет по подбородку.

— Вы понравились моей маленькой крошке, миледи, — умиляется миссис Калвер, вытирая руки о передник.

Мне приходит в голову мысль, что она хочет отдать ребенка. В этой семье много детей, и живут они весьма скромно. Нет, я лучше возьму того терьера, который привел нас сюда.

— Мы починили козлы, миссис Калвер. Нам пора идти, Кэролайн.

Конгриванс стоит в дверях, и с улыбкой смотрит на меня. Только бы он не подумал, что я одна из тех сентиментальных и безмозглых клуш, которые делают вид, что без ума от детей.

Мистер Калвер стоит за Конгривансом с козлами в руках. Один из малышей входит в комнату и останавливается у очага, поглядывая на аппетитно пахнущий чугунок. Время ужина. Нам пора уходить, иначе Конгриванса, чего доброго, попросят чинить старинные часы. Я допиваю эль и благодарю миссис Калвер. Хорошо бы заплатить ей за эль. Конгриванс, будто угадав мои мысли, протягивает пенни каждому из детей и кладет серебряную монету в шесть пенсов на стол, для самой маленькой. К сожалению, мне нечего им предложить.

Мы молча идем по лесной тропе, на которую нас вывел мистер Калвер. Она должна привести к дому Оттеруэла. Жара спала, до сумерек еще далеко, но в тенистой чаще леса светлячки уже зажгли свои крошечные фонарики. Иногда наши руки слегка соприкасаются. Удивительно, как легко и спокойно я чувствую себя рядом с ним. Я далека от мысли, что это просто действие чудесного эля Калверов.

Лесной воздух наполнен ароматом цветущей жимолости. Неожиданно Конгриванс останавливается, берет меня за руку и указывает на стоящих неподалеку оленей. Молодая самка и пятнистый олененок, заметив нас, застыли в испуге. Мы молча стоим, наблюдая за ними. Внезапно животные срываются с места и исчезают в лесной чаще.

Конгриванс по-прежнему хранит молчание, и это кажется мне странным. Конечно, я ценю сдержанность, но, признаться, уже соскучилась по нашим взаимным шуткам и флирту. Быть может, он думает о том же, о чем и я? О том, что пройдет еще несколько дней, премьера будет сыграна, и мы расстанемся. Навсегда.

Подходим к дому Оттеруэла со стороны огорода и служебных построек. Сейчас нас увидят и подумают бог весть что. Ну и пусть. Неожиданно для себя и, конечно, для Конгриванса я поворачиваюсь и кладу руку ему на грудь.

— Благодарю вас, — тихо произношу я.

Сказать по правде, я и сама не знаю, за что его благодарю. Быть может, за доброту к Калверам, за нашу чудесную лесную прогулку. Я встаю на носки и целую его в щеку.

Глава 10 Мистер Николас Конгриванс

— Это не похоже на вас, сэр, — произносит Бартон, — уж я-то вас знаю. Третьего дня вы говорили об отъезде, а мы до сих пор здесь. Вы провели с ней несколько часов и не смогли добиться ее расположения. Слуги говорят, она вскружила вам голову. А еще они говорят, что…

— Довольно. Мы так и не знаем, богата ли она.

— Достаточно богата, чтобы заняться ею. Да я говорил вам это!

Стягиваю сорочку. Бартон, с бритвой и полотенцем в руках, неподвижно смотрит на таз с водой. У него престранное лицо.

— Бартон!

Он тяжело вздыхает.

— Да что происходит с тобой, в конце концов?

Он вздыхает еще раз:

— Это все она, сэр.

— Кто она?

— Мэри.

Его губы дрожат.

Кажется, он вот-вот расплачется. Забираю у него бритву. Не стоит доверять ему сейчас это ответственное дело. Сам намыливаю щеки и подбородок.