Между двух миров (СИ) - Совушкина Мила

На принудительную порку девушка таки попала. Ничего страшного вопреки ожиданиям не случилось. Директор долоо распинался о нравах, предложил ввести дресскод и естественно его единогласно поддержали.

Короче, прилюдно ей лишь пальчиком погрозили и пристыдили, посчитав увольнение достаточным наказанием. Оксане было всё равно. Она всё ещё ощущала растянутыми мышцами член кузнеца и направила все силы на маску прискорбия на своём лице. Согласитесь, было бы странно, если на посыл администрации "фуфуфу, так делать нельзя! Где были твои мозги?", Оксана Юрьевна улыбалась сытой кошкой. Потом завучи перешли к делу и на проекторе замелькали цифры и графики. Их назначение — пыль в глаза. Сухая статистика, которая хороша для больших чисел. Оксана в полуха слушала итоги полугодия и бездумно смотрела в окно. Честно говоря, она не представляла, что делать дальше. Голову всё ещё кружило от эйфории. Её призрак был рядом, а остальное не важно. Преподавание — это то, чем девушка всегда хотела заниматься, но не теперь, учитывая её нынешнюю репутацию. Она обещала Мирославу сделать новый старт. Что ж… Педсобрание закончилось ближе к семи и Оксана первая упорхнула домой.

В это же время в квартире Осипенко разгорался пожар. Мать подростка рвала и метала. Она нервно расхаживала по кухне, порой переходя на ультразвук. Глава семейства сидел рядом и молчал. — Мам, я тебе ещё раз говорю, что люблю её. — Она старше тебя. Она использовала тебя. Дальше можно было и не слушать. Все путные аргументы у родительницы закончились ещё полчаса назад. Сейчас она как заведённая повторяла одно и тоже раз за разом. — Па, ну хоть ты ей скажи. У вас же с матерью такая же разница в возрасте. Отец лишь угрюмо вздохнул. — Видишь ли, сынок. В нашем мире абсолютно нормально, если мужчина старше своей избранницы хоть в два раза. К тому же я никогда не трахал своих училок. Так что тут ты меня переплюнул. Как удалось, кстати? — Виктор! — Очень просто. Я перекинул её через плечо и потащил к нам.

— Какой ужас! — Мать потерянно всплеснула руками. — Я надеюсь, ты оприходовал её не на нашей с матерью кровати. — Виктор! Мать могла только отчаянно вскрикивать. Эти двое как сговорились. Муж мог бы и поддержать супругу. А теперь что? Как будто он одобряет действия сына. — На ковре. Она не захотела на кровати. Мужчина коротко хохотнул. — Вот дикая штучка. И чем же ей кровать не понравилась? — Ей я не понравился. На ковре передумала. Алёша довольно улыбался, прокручивая свои пикантные приключения с Оксаной Юрьевной вновь и вновь. Отец от греха подальше вывел свою жену с кухни. Пусть этот разговор останется сугубо мужским. Осипенко старший прекрасно понимал своего сына. Ни раз и ни два он мечтал завалить понравившуюся биологичку ещё будучи прыщавым подростком. Эх, былые годы… Сейчас же мужчину волновал лишь один вопрос: насколько у них всё серьёзно? Нужно ли ожидать проблем?

— Так что там твоя горячая зазноба? Алёша скривился. Тот разговор в квартире со странным подростком он помнил и не понимал. Что там за чертовщина творилась? Скорее было похоже на развод. Как человек может выдавать себя за другого? Ещё на следующий день после их первой с Димой драки, Алёша выловил подростка для разговора. И что? Оказался обычным ботаником, испугавшегося своей тени. Хлюпик, который утверждал, что никогда не видел Осипенко. А тот защитничек, с кем дрался Осипенко таким не был. Он казался уверенным и собранным. Так и не сделав никаких путных выводов, он перевёл взгляд на отца. Зазноба. Вот уж точно нет. Она скорее мотылёк. Абсолютно не знает своих желаний. Глупая. От меня не уйти. — Представляешь, увольняется. Думает сбежать. — Если девушка бежит, значит хреново ухаживал. Зачем довёл до крайности? Крайность? Вот в точку. Он бы дожал её, если бы не тот странный случай в коридоре. Алёша до сих пор не может объяснить себе, что произошло, но те удары были как от увесистого кулака. Его так ещё не метелили: зло и отчаянно.

— Па, я сам разберусь. Подросток собирался встать, но отец остановил его. Широкая рука на плече опустила подростка назад на стул. — Разберётся он, как же. Девушка была не против вашей близости? — Хм… По итогу она всегда оставалась довольна. Родитель сжал переносицу. — С нашей стороны никакого заявления не будет, если и она ни о чём заявлять не собирается. Есть ли какие-то записи доказательства? Алёша мотнул головой. О каких записях могла идти речь, когда всё, что они делали — трахались, как кролики. — Повезло. С матерью сам поговорю. В ближайшее время не суйся к своей училке, понял? Подросток лишь хмыкнул и встал. Оба понимали, что подросток не послушается.

<!- /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-parent: ""; margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination: widow-orphan; font-size:13.5pt; font-family: "Times New Roman"; mso-fareast-font-family: "Times New Roman";} p {mso-margin-top-alt: auto; margin-right:0cm; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left:0cm; mso-pagination: widow-orphan; font-size:12.0pt; font-family: "Times New Roman"; mso-fareast-font-family: "Times New Roman";} @page Section1 {size:612.0pt 792.0pt; margin:2.0cm 42.5pt 2.0cm 3.0cm; mso-header-margin:36.0pt; mso-footer-margin:36.0pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page: Section1;} — >

Глава 20

Оксана сидела за компьютером и просматривала вакансии. Больше всего её интересовала работа технического писателя. Работа находилась недалеко от метро и ехать можно было без пересадок. Зарплата тоже была заманчива. Будем откровенны, после мизерной учительской, любая покажется большой. Оксана вдохновлено правила своё резюме, когда в комнату вошла мама с тарелкой супа. — Доченька, что ты делаешь? — Решила стать карьеристкой. — Она развернулась на стуле, чтобы видеть собеседника. Глупая школьная привычка. Помнится, их преподаватель по психологии обмолвилась, что так легче убедить оппонента в своей правоте из-за налаженного зрительного контакта. — Я увольняюсь, мам. Женщина сначала аккуратно поставила тарелку на стол, а уж после всплеснула руками. — Доченька, что же это за поспешность! Сначала находят новую работу, а уж потом уходят со старой. — Что за шум? — Из-за маминого плеча показалась папина голова. — Решила сменить профиль деятельности. Как думаешь, па, технического писателя потяну? — Не забудь ставить личную подпись под каждой инструкцией. Оксаночка, всё хорошо? Есть что-нибудь, о чём я должен знать? Девушка приветливо улыбнулась. — Я всего лишь меняю работу. Просто хочу попробовать что-то новое.

Родители отстали, а Оксана ещё полночи рассылала резюме куда только можно. Девушка надеялась на хорошие варианты, хотя сильно и не обольщалась. Утро началось с неожиданности. В шесть утра приятный мужской баритон поинтересовался попал ли он к некой Оксане Юрьевне. Девушка напряглась и попыталась сильно не хрипеть сонным голосом. — Да, попали, куда целились. По какому поводу звоните? — Это Осипенко старший.

Ничего не подпишешь, придётся как минимум выслушать. Оксана оторвала телефон от уха. Точно. Шесть утра. Значит с кровати можно пока не вставать. — Слушаю вас.

— Произошло некоторое недоразумение. Мы поговорили с нашим сыном и хотели бы принести свои извинения.

Ха. Она так и знала. Ну что ж, похоже конфликт раздувать не собираются. Хотя что это меняет?

— Подскажите Ваше место работы.

На том конце провода повисло некоторое молчание и Оксана решила поторопить собеседника.

— У меня будут не очень хорошие рекомендации от работодателя. Я бы хотела получить Ваши при трудоустройстве.

Мужчина озадачено хмыкнул. А зазноба-то огого.

— Я работаю бухгалтером в водоканале. Хотите к нам на работу?

— Буду иметь в виду. Но пока мне от Вас нужен лишь положительный отзыв.

— Думаю, это можно организовать. Звоните.

Оксана первая нажала отбой. С паршивой овцы, как говорится. Девушка пошарила по подушке рукой, но нигде не обнаружила Мирослава. Куда он опять запропастился? Сердце девушки тревожно сжалось. Интересно, а считается ли изменой тот месяц с Осипенко? Конечно, да, дура! Надо было проявить твёрдость. В конце концов из них двоих, именно она — взрослый. Мирослав никак не показал, что он винит Оксану в случившемся, а вдруг он просто затаил обиду, а сейчас ушёл? Она смотрела в окно и накручивала себя всё больше и больше, пока не прозвонил будильник. Оксана соскочила с кровати.