Уйти до рассвета - Лилиан Пик

— И вы согласны все это взять на себя?

— Да, мистер Ланг. — Она твердо выдержала его взгляд.

— Хорошо, мисс Пейтон, раз вы сами вызвались организовать такое мероприятие, то вам и флаг в руки. Честно говоря, вы заслужили это. Только предупредите меня заранее — я приеду домой попозже, вернее сказать, как можно позже, когда все закончится и дети разойдутся.

Ким шагнула было к двери, но остановилась.

— Спасибо, мистер Ланг, за вашу доброту, а также за то, — в глазах ее сверкнул злорадный огонек, — что предложили свою помощь.

Он уловил сарказм и улыбнулся:

— Не сомневайтесь, мисс Пейтон, я ценю ваше предложение, хотя подозреваю, что вы беретесь это сделать не совсем бескорыстно.

— Что вы хотите этим сказать? О какой выгоде может идти речь?

Он удивленно приподнял брови.

— Вы же не станете отрицать, что ваш так называемый «альтруизм» вызван желанием произвести на меня впечатление, может быть, показать мне, какой прекрасной мачехой вы были бы для моей дочери?

Глаза Ким сверкнули, на сей раз гневом.

— Мистер Ланг, если вы думаете, что я в глубине души лелею мечту стать вашей женой, то вы льстите себе. Не знаю, с чего вы это взяли. Вероятно, вы настолько самоуверенны, что вбили себе в голову, будто каждая женщина, которая вас знает, таит надежду стать вашей женой. Что касается меня, то мое единственное желание заключается в том, чтобы вы оставались моим хозяином лишь в течение того срока, пока меня будет устраивать эта работа, и ни минутой дольше!

— Рад это слышать, — вкрадчиво заметил он.

На следующее утро должна была прийти миссис Харкер убирать дом. Она уже опаздывала, и когда зазвонил телефон, Ким заподозрила самое худшее.

— У меня разыгрался артрит, дорогая, — сообщила ей миссис Харкер. — Я сейчас иду к врачу. Последнее время суставы что-то не дают мне покоя.

— Я сама все уберу, — успокоила ее Ким. — Да, я передам мистеру Лангу ваши извинения.

Когда Ким закончила уборку, к ней зашла Дафна на чашечку кофе, за которой сообщила, что миссис Харкер частенько подводила Оуэна.

— Каждый раз, когда у него не было домработницы — а это случалось очень часто! — я сама приходила к нему убираться вместо миссис Харкер.

— Госпожи боже! — воскликнула Ким. — Как же ему повезло, что у него такая соседка!

Они поболтали еще немного, а уходя, Дафна сказала:

— Mы с Хэмишем приглашаем тебя завтра вечером к нам в гости.

— Это очень мило с вашей стороны, — ответила Ким. — Хотя, наверное, так не положено — домработницы не ходят в гости к соседям своих хозяев!

— Ну, вот еще! — фыркнула Дафна. — С какой это стати, с твоим образованием и происхождением, ты должна целыми днями батрачить на этого грубияна Оуэна. Нет, не думай, он нам очень нравится, но с его манерами трудно ожидать, чтобы к нему кто-нибудь искренне привязался — даже простые знакомые, не говоря уже о его подчиненных. Кстати, как ты с ним ладишь? Что-то ты ко мне ни разу не приходила на него жаловаться, как остальные.

— Мы… по всякому бывает…

Дафна направилась к двери.

— Ну не важно, так ты зайдешь к нам завтра вечером? Так, знаешь, просто поболтать, выпить.

— Спасибо, Дафна, с большим удовольствием.

Вечером, когда Ким укладывала Кэнди спать, внизу зазвонил телефон. Подошел Оуэн.

— Мисс Пейтон! — позвал он. — Это вас!

Передавая ей трубку, он как-то странно посмотрел на нее.

— Ким Пейтон слушает. А, Перри, это ты! Страшно рада тебя слышать.

— Рада слышать? Ты не заболела? — удивился брат. — Я Перри, а не Рон, Дон или Джон.

Ким рассмеялась:

— Я знаю, но все равно, очень рада, что ты позвонил.

— Спасибо. За это я упомяну тебя в своем завещании. Тут у меня твои поклонники наперебой трубку отнимают. Джон хочет поговорить первым.

— Ким?

У нее перед глазами сразу предстало жизнерадостное лицо Джона.

— Похоже, ты обо мне совсем забыла. Ни словечка от тебя не получил!

— Я очень занята. Представляешь, я даже ни разу о тебе не подумала!

— Ну, правильно, еще что-нибудь приятное скажи! — Потом в трубке послышалась веселая возня, и снова раздался голос Перри: — Теперь Дон хочет сказать тебе несколько слов.

Она поговорила с Доном, высоким, белобрысым, несколько полноватым, но очень веселым парнем. Наверное, Перри насильно отнял у него трубку, потому что до Ким донеслось его недовольное ворчание. Перри объявил:

— А теперь Рон. Я прямо как конферансье!

Поболтав несколько минут и с Роном, она наконец повесила трубку.

Оуэн явно подслушивал — он стоял у двери в столовую.

— Это был ваш приятель?

— Э-э, как вам сказать, их было трое, я говорила со всеми. — Ким стала загибать пальцы. — Сначала Джон, потом Дон, потом Рон.

— Вы это серьезно? — Он, откинув голову, расхохотался — взахлеб, искренне, впервые за то время, что она его знала. — Все имена в рифму. Слава богу, что меня зовут не Кон, — сокращенно от Конрад, — а то вы захотели бы и меня включить в число своих поклонников.

Она робко улыбнулась, но улыбка быстро исчезла с ее лица, когда он спросил:

— Господи, не пойму, как же вы с ними управляетесь? Выстраиваете их в очередь, что ли, чтобы одарить своей благосклонностью? Или принимаете в разные дни недели?

Она вспыхнула от его пошлых намеков:

— Нельзя сказать, что они мои ухажеры в полном смысле слова. Они просто… просто друзья.

— Ах, вот как? — От его взгляда ей стало тошно.

— А тот, с кем вы говорили, — мой брат.

— Брат? Очень приятный голос. Он моложе вас?

— Нет, он старше. Ему двадцать… — Она поперхнулась в ужасе оттого, что чуть не выдала себя. Она же сказала, что ей самой двадцать девять!

Оуэн с интересом наблюдал за ее сконфуженным лицом.

— Так сколько ему?

— Забыла, — надулась она.

— Странный и неожиданный приступ амнезии. Никогда с таким не сталкивался, — язвительно заметил он. И вдруг резко спросил: — Так сколько вам на самом деле лет? Я хочу услышать правду. — Она молчала. — Ах, это еще один покров тайны, который я должен с вас сбросить, да, мисс Пейтон? — Она ничего не ответила. — Хочу вам напомнить, — безжалостно продолжал он, — если вы забыли — вы утверждаете, что вам двадцать девять.

— Да, так я сказала в агентстве по найму, мистер Ланг.

— Ага! Очень предусмотрительно. Хорошо, я вижу, вы уже закрылись, как устрица в своей раковине. Не буду дальше настаивать на откровенности.

— Спокойной ночи, мистер Ланг, — вежливо попрощалась она. Он не стал ее задерживать.

На следующее утро снова позвонила миссис Харкер и сообщила, что больше не сможет убираться.