Хичкок. Ужас, порожденный «Психо» - Стивен Ребелло

После возвращения Грина и Голда Хичкок усадил Грина в том же офисе на «Парамаунт», где располагался не участвовавший в проекте продюсер Херберт Коулмэн, занимавший этот офис со времени съемок фильма «Окно во двор». Символическое значение этого жеста было очевидно: Грин для «Психо» был так важен Хичкоку, как был важен Коулмэн для предыдущих фильмов. Детали подготовки производства и интенсивность, с которой Хичкок взялся за работу, свидетельствуют о степени важности проекта, ставшего для Хичкока своеобразным вызовом. Хилтон Грин вспоминал: «Он всегда искал что-то новое. Одним и наиболее интересных для него моментов было то – и он не переставал говорить об этом, – что героиня его ведущей актрисы погибает в первые двадцать минут фильма. «Это их действительно зацепит», – говорил он». Ему нравилось заводить зрителей таким способом.

«Другой его любимой идеей, о которой он тоже постоянно говорил, было философское убеждение, что в глубине души зрителю нравится, когда его пугают. Так что ему была по душе идея этого фильма, и он предвидел огромные возможности некоторых сцен – к примеру, убийства на лестнице и раскрытия тайны Матери. Вероятно, он отлично знал движение и технические аспекты кинокамеры, а, возможно, даже лучше, чем любой кинооператор. Он начал подготовку… этих кадров, поскольку они могли оказаться очень трудными, особенно потому, что в те дни у него не было такого оборудования, какое мы имеем теперь».

Работая над другими ключевыми сценами, Хичкок вел поиск за пределами «семьи» «Шэмли». В конце ноября он попросил композитора Бернарда Херрманна, своего alter ego со времен создания фильма «Человек, который слишком много знал» (1956), написать музыку для фильма. Блистательный, вздорный Херрманн, создавший превосходную музыку для фильма «Гражданин Кейн» Орсона Уэллса и для других режиссеров, для фильмов «Дьявол и Дэниэл Уэбстер», «Призрак и мисс Мюр», был гордостью Хичкока. Актер и продюсер Джон Хаусмен, тесно работавший с Уэллсом и Херрманном на съемках фильма «Гражданин Кейн», вспоминал: «У Бенни имелась масса тем, которые он доставал, словно фокусник из шляпы. Но это не значит, что он не сочинял оригинальной музыки для кино. Просто требования режиссеров, в основном, были достаточно схожи. И одну из своих любимых тем Бенни называл «замороженная музыка» – зловещая, пронизывающая тема для странных эпизодов таких кинофильмов, как «День, когда остановилась Земля».

Хичкок понимал пристрастия Херрманна, но для своего «Психо» он хотел что-то иное. В свою очередь, композитор игнорировал предложение режиссера по поводу средней зарплаты, заставив того немного поволноваться. Наконец Хичкок телеграфировал композитору: «После моего звонка ждал от вас известий весь день в четверг. Несмотря ни на что, согласен на ваши условия в 17 500 долларов. Мы готовы начать, и надеемся отснять фильм к середине января, или около того, и картина должна быть полностью готова не позднее 22 февраля. Безмятежно ваш, Хич».

Подготовительная работа еще одного сотрудника не из «Шэмли», художника-оформителя Сола Бэсса, послужила отличным подспорьем труду помощника режиссера Грина, да и не только его. В свои тридцать девять Бэсс уже заявил о себе, создав смелую серию титров для фильмов «Кармен Джоунс», «Человек с золотой рукой» и «Семь лет желания». «Лучшее, что есть в фильме, – это оформление Бэсса», – такое высказывание критиков стало клише. Превосходные титры для хичкоковских фильмов «Головокружение» и «На север через северо-запад», казалось, демонстрировали вихрь необычных переживаний. 10 ноября 1959 года Хичкок отослал Бэссу первые двадцать страниц сценария Стефано. 29 числа того же месяца Бэсс получил страницы с 70-й по 79-ю. Как вспоминал Хилтон Грин: «[Бэсс] сделал полную раскадровку для Хича». Но, судя по внутренним записям студии «Шэмли», можно предположить, что приглашение этого художника вызвало у кого-то некоторое раздражение. Ранее Херберт Коулмэн, а с ним и несколько помощников Хичкока, советовал своему начальнику предложить Бэссу менее солидное жалованье в 10 000 долларов (плюс три 16-миллиметровые копии его главных титров) за непрерывный период в пятнадцать недель работы в качестве «консультанта-иллюстратора». Согласно короткой записке, Хичкок наложил на это предложение свое «вето».

Бэсс вспоминал: «Хичкока обычно воспринимали как человека непроницаемого. У него был пытливый, расчетливый взгляд на вещи. Но у нас с ним сложились чрезвычайно теплые отношения. Конечно, он был важным «патроном», я же – окрыленным, заинтересованным талантливым студентом. В работе над фильмом «Психо» он ожидал от меня гораздо большего. Он хотел, чтобы я сделал титры. Конечно, в дополнение к этому он хотел, чтобы я сделал «что-то» со сценой в душе, убийством Арбогаста, обнаружением забальзамированного тела Матери, а также с «домом привидений». Он определил эти ключевые элементы как нечто, требующее особого внимания». После серии встреч с Хичкоком Бэсс начал делать наброски концептуальных рисунков в своем голливудском офисе.

Одновременно Хичкок снова проштудировал реестр своей студии «Шэмли», выбрав в качестве редактора Джорджа Томазини («Поймать вора», «Не тот человек»), вместо его телемонтажеров Эдварда В. Уильямса и Ричарда Г. Врея. «Хич нанял Джорджа по двум причинам, – вспоминал коллега редактора: – За его общий опыт монтажера и за эпизод в ду́ше. Он знал, что это будет его сторонник». 16 ноября Хичкок нанял Томазини на ставку 425 долларов в неделю.

Кастинг

Режиссер часто ворчал: «Как только нанимаешь звезду, приходится сильно поступаться своими первоначальными планами». Снимая фильм «Психо», Хичкок решил, что звездами будут он и сюжет фильма. Сценарист Джозеф Стефано вспоминал о режиссере, который наделал столько шума в прессе, называя актеров «испорченными детьми» или «скотом». Даже двое из его «высокопоставленных особ» не избежали насмешек. Приватно Хичкок говорил об Ингрид Бергман, этой блистательной героине фильмов «Зачарованные», «Дурная слава» и «Под знаком Козерога», как о «такой красивой и такой глупой». После того как Джеймс Стюарт подарил Хичкоку четыре из своих самых лучших ролей, режиссер вознаградил звезду фильмов «Окно во двор» и «Человек, который слишком много знал» тем, что не дал ему ведущую роль в фильме «На север через северо-запад», обвинив актера в том, что тот «выглядел слишком старым» и более не мог гарантировать финансовый успех такого же уровня, как его роль в фильме «Головокружение».

Стефано заметил: «Было так, будто он действительно жил в ином мире. В общем, мы были кинематографистами, а они – «остальными». Выглядело так, будто он хозяин одного из великих английских замков, и теперь ему пришлось разрешить свободный доступ туристов в этот дом». Первый актер, которого Хичкок пригласил сниматься в «Психо», подписал контракт, не прочитав сценария. В сценарии Джозефа Стефано Норман Бейтс описан как мужчина в возрасте чуть меньше тридцати лет, худощавый и высокий, с тихим голосом и неуверенный в себе… с какими-то трогательными манерами». Тогда двадцатисемилетний Энтони Перкинс дебютировал в фильме «Актриса» (1953)[18] режиссера Джорджа Кьюкора. Играл ли Перкинс квакера времен гражданской войны в фильме «Дружеские уговоры» (1956) режиссера Уильяма Уайлера, или – менее убедительно – звезду бейсбола Джимми Пирсалла, страдающего депрессией, в фильме «Страх вырывается наружу» (1957), его неискушенная ранимость превратила Перкинса в вечно юного «мечтателя с мозгами». Популярность Перкинса даже превратила безвкусное «Лунное купание» в высокоскоростной хит.