Девочка в реакторе (СИ) - Анастасия Котова

Раскаленный жарой асфальт сдирал с кожаных балеток черную краску, оставляя уродливые царапины. Юбка, свисающая с узкой деревяшки, подчиняясь законам физики, мирно поднималась и опускалась, позволяя слабому ветерку играться тончайшей тканью. Бледное детское личико украсила довольная улыбка, когда новенькие качели приходили в равномерное движение, вызывая небывалый восторг. Тяжелые пряди взлетали и тут же обратно падали на плечи и грудь, поблескивая от солнечных лучей. Лишь только бант оставался неподвижным, напоминая искусственный цветок среди живых бутонов.

Девочка залилась громким и непринужденным смехом, когда ветер вновь начал играться с ее волосами, что едва касались кончиками ярко-салатовой зелени, заставляя парить в невесомости. Отбросив голову назад, она вдыхала струйки воздуха освобожденными после долгого заточения легкими, и это напоминало ей жаждущего в пустыне, которого спасло несколько глотков освежающе прохладной воды.

Неприятное ощущение, внезапно сковавшее грудь железными клешнями, заставило малышку остановить свой полет: качели в пустынном городе напоминали карусели из детства, когда она вместе со своей мамой посещала новенький парк аттракционов — ей удалось стать и космонавтом, взлетев на маленькой металлической ракете, способной завоевать вселенную вместе со своими планетами и звездами, и ковбоем, взобравшись на гладкую спину циркового пони.

Машинки же в припятском аттракционе оказались для нее слишком скучными — не осталось зрителей, что встретили бы юную автолюбительницу.

Девчушка ловко спрыгнула на ходу с качелей, и, приземлившись, быстрым движением поправив задравшуюся юбку, направилась в сторону атомной станции. Остановившись неподалеку, будто собака-ищейка, втянула носом воздух, полный радионуклидов, и ощутила, как по венам, подобно крови, разливается свобода. Заметив приближающийся бронетранспортер, обшитый свинцовыми щитами, она, недолго раздумывая, шагнула в темноту, превращаясь на мгновение частичкой тьмы, одним целым с мраком, обратной стороной света. Она, подобно аэрозолю, растворилась в черной перине, позволяя шестому чувству вырваться наружу, чтобы видеть все, но при этом оставаться невидимой.

Ни один из присутствующих не почувствовал легкого сквозняка, не увидел промелькнувшей в тени маленькой девочки в школьной форме, которая, подобно молнии, пролетела сквозь оживленную толпу, пребывая на темной стороне света, исходящего от уличных фонарей. Керосиновые лампы, что зажигались поздно ночью, покачнулись от слабого порыва ветерка и вновь замерли, а маленький огонек на конце фитилька едва не погас, с трудом выпрямившись.

Пространство по ту сторону напоминало черно-белое кино, покрытое россыпью помех, что мешали всматриваться в сцены жизни обычных людей, пытающихся спасти миллионы собратьев, и девочка, с трудом привыкнув к новой реальности, склонив голову набок, наблюдала, как супружеская пара за закрытыми дверями отдается запретным страстям. Она слышала мерцание далеких звезд и проблески едва заметного полумесяца, но не замечала треска дозиметра, что лежал на столе в комнате, с каждым ее шагом начинающий сходить с ума.

В этот момент у малышки промелькнула заманчивая мысль: вытянув вперед руку, она начала всматриваться в ладонь, где, по ее мнению, должно было что-то произойти.

Шли секунды, но ничего не получалось, и девочка от нетерпения поджала губы, недовольно постукивая ногой по полу. На мгновение бросив взгляд в окно, где за разрушенным энергоблоком промелькнула молния, ее вновь осенило, и, оперевшись о подоконник, протянула руку вперед. Когда вспышка повторилась снова, она ловко перехватила молниеносный зигзаг подобно маленькому котенку и потянула его к себе. Посыпались искры, электрический ток осветил комнату и тут же погас, поглощенный девочкиной ладонью.

Помещение заполнилось сияющим светом, когда девочка, резко обернувшись, сделала выпад рукой в сторону висящей над ее головой люстры. Лампочка, не выдержав чудовищного напряжения, разорвалась на мелкие осколки, что упали на линолеум и на мгновение вспыхнули, оставив после себя черные пятна.

— Пожар! Пожар!

Девочка усмехнулась, удовлетворенная удачной проказой, но усмешка быстро сменилась тревогой: то неприятное ощущение, похожее на постепенно нарастающий ной, как в коленях в плохую погоду, вернулось с трехкратной силой, призывая следовать за собой. Она раньше никогда подобное не чувствовала, хотя, напрягая память, девочка вспомнила, как дважды пребывала на грани, вкусив сладковатый запах смерти, преследующий ее с самого рождения.

Что ж. Если смерть хочет забрать невинную детскую душу, так тому и быть.

Вдохнув в легкие воздуха, девочка застыла перед дверью, прикрыв веки, и прошла через деревянную поверхность, обернувшись вспышкой молнии.

***

— Я перепробовал все, но это чертово масло продолжает гореть!.. — прокричал в телефонную трубку Валерий, сидя на своем любимом стуле и кусая от волнения колпачок шариковой ручки. — В тот же день, по прибытию, мы испробовали добрую половину материалов, но в итоге это ничего не дало, кроме высокого парообразования и распространения воды по транспортным коридорам в соседние блоки. Так что теперь у нас появилась новая головная боль, откачать воду. Ладно, я буду держать тебя в курсе, всего хорошего.

— Что, твой Александров ничего не смог предложить? — в комнату вошел Борис с заложенными за спину руками, когда телефонная трубка, сообщая о своем возвращении на прежнее место, громко звякнула. — И как теперь мы будем решать проблему с реактором? Восславим Господа Бога, чтобы он нам помог?

— Господу Богу плевать на нас, так что оставьте свои неуместные шуточки при себе, Борис Евдокимович, — язвительно отреагировал Валерий на его ехидное замечание. — У меня выстроилась определенная логика решения этой задачи, — он преподнес зажженную спичку к сигарете и, затянувшись, выпустил табачный дым, — на станции есть запасы боросодержащих компонентов. Они менее загрязнены, так что, подойдут для тушения горящего масла. Эти компоненты обеспечивали бы нахождение в кратере реактора эффективных поглотителей нейтронов. Например, при внезапном передвижении топливной массы, или, упаси бог, на новую аварию. Я уже дал команду вертолетчикам, выдал им разрешение на пользование складскими карбидами бора, и завтра утром пилоты сбросят все сорок тонн, что у нас имеются, в реактор.

Если вы, Борис Евдокимович, думаете, что это все, вы сильно заблуждаетесь, это только первая наша задача. Впереди предстоит еще много работы.

После сбрасывания карбида бора,