Любовь, граничащая с безумием. Книга 1 (СИ) - Ильина Оксана Александровна "oksana.il"

– Стой! – выкрикнул мужчина, нагоняя служанку, а она продолжала бежать, словно обезумевшая.

Сердце Кэтрин в панике долбило по ребрам, причиняя ей тем самым немалую боль. Томас нагонял девушку, и казалось, как бы быстро она ни бежала, все равно не удастся от него скрыться. Кэт как бы за спиной слышала тяжелое дыхание управляющего. А, прикрывая глаза, чтобы смахнуть застилающие их слезы, видела, словно наяву, как под огромными ногами мужчины проминается почва.

Крик застревал в горле, не позволяя ей дышать, а дрожащее тело полностью выбилось из сил. Но негодяй не отставал и еще через мгновение набросился на нее сзади.

Сбитая с ног, Кэтрин полетела на землю, оглушая пустое поле отчаянным вскриком. Тяжелое тело придавило девушку к промерзшей скошенной траве, которая, как шипы, впивалась в кожу сквозь тонкую ткань ночнушки. Резко развернув Кэт к себе, негодяй попытался заглянуть ей в глаза, но она отчаянно принялась молотить по нему кулаками. Выругавшись, мужчина отстранился и одним рывком поставил кричащую девушку на ноги.

– Да успокойся же ты, – властно потребовал ледяной голос. И, отшатнувшись, Кэтрин снова повалилась на землю, во все глаза глядя на мужчину, скалой нависшего над ней.

– Вы, – пропищала Кэт, задыхаясь.

– Я, но ты, видимо, ожидала увидеть самого дьявола, – усмехнулся граф, протягивая ей руку, которую девушка не спешила принять, подумав, что дьявол и он, в принципе, одно и то же.

– Снова собиралась бежать? – спросил Мишель, внимательно рассматривая девушку.

Она, дрожа, сидела на земле, прижимая к груди разорванные клочья ночной рубахи. Но это нисколько не скрывало обнаженных выпуклостей, мерцающих в лунном свете. Тонкая ткань просвечивала, прорисовывая стройное тело служанки. А волосы, позолоченные ярким месяцем, будто бы светились. Даже ее бледная кожа, словно зеркало, отражала свет луны. И глаза, полные слез, сверкали, как два чистейших изумруда. Граф, сам того не понимая, залюбовался открывшейся картиной, подумав, что сейчас она похожа на лесную нимфу. Мужчина сжал пальцы в кулак, поборов неожиданный порыв убрать с ее щеки прилипший локон, и даже испуганно отступил назад. «Наверняка это чертово полнолуние творит со мной странные вещи, выдавая за действительность то, чего нет», – вдруг мелькнуло у него в голове. Мишель видел девчонку много раз, даже лицезрел ее обнаженной, но никогда не замечал, что та красива. Нет, она обычная, как и остальные служанки. Только отчего же сейчас эти изумрудные глаза, взирающие на него с таким отчаянием, отравляют душу ядом?

– Капитан, – из потока мыслей его вырвал раздавшийся за спиной голос управляющего.

– Томас, – ответил граф, все еще не в состоянии оторвать взгляд от девчонки, которая, увидев управляющего, словно уменьшилась в размерах.

«Вряд ли она собиралась бежать в одной разорванной ночнушке, прекрасно понимая, что вокруг зверствует ночной мороз. Да и синяк на ее бледной щеке явно говорит о чем-то другом», – пришел к неожиданному выводу Мишель и велел девушке подняться.

Кэтрин послушно поднялась, стараясь лишний раз не высовываться из-за широкой спины графа. Душа девушки еще не вернулась на место, после того как она заметила, с каким интересом Мишель рассматривает ее. Его всегда холодные глаза казались черными, и сосредоточенными, будто бы в них происходила борьба. И внутри у нее сразу же зародился страх, а, еще непонятно откуда, Кэт поняла, что он не причинит ей сейчас вреда. Но всю странность момента разрушило появление Томаса, и Кэтрин снова ощутила дикий ужас. И холод, который будто до этого обходил ее стороной, теперь окутал с двойной силой.

– Почему у тебя прислуга разгуливает ночью почти голышом? – обратился граф к управляющему. И Кэт залилась краской, вспомнив о своем неприличном одеянии.

– Она… она, – запнулся Томас, прожигая девушку ненавистным взглядом. – Она хотела сбежать, и я попытался ее остановить. Но девка огрела меня чем-то по голове.

– Ложь! – воскликнула Кэтрин, поразившись такому бессовестному обману. – Он ворвался в мою комнату и хотел…

– Ах ты дрянь! Еще смеешь клеветать на меня?! – зарычал управляющий, метнувшись было к девушке. Но строгий взгляд графа приковал его к месту.

– Бить женщин – это не похоже на тебя, – произнес недовольно Мишель, махнув головой на лицо Кэтрин.

– Чистая случайность, капитан. Она накинулась на меня, как бешеная кошка, – с напущенной стыдливостью протараторил Томас. – Вот и пришлось ее таким способом урезонивать.

– Неправда! – отчаянно замотала головой Кэтрин, прекрасно понимая, что слушать ее никто не станет и она, как всегда, останется крайней.

Граф хмуро взглянул на девушку, будто бы решая, кому стоит верить, а кому – нет. И Кэт высоко вздернула голову, посчитав, что защищаться напрасно. Ей все равно никто не поверит!

– Капитан Дантон, хозяин, еще раньше я хотел обратиться к вам с просьбой, и надеюсь, это недоразумение не повлияет на ваш ответ, – Мишель снова перевел взгляд на управляющего, пылко бросающего речь.

– Я внимательно слушаю тебя Томас, – холодно ответил граф.

– Позвольте мне взять в жены Кэтрин? А я уж обещаю вам, что больше не спущу с нее глаз, – выдал Томас, обращаясь к графу, но его насмешливый взгляд неотрывно был прикован к Кэтрин, у которой от услышанного пропал дар речи и округлились глаза.

25 глава

– Ни за что! – воскликнула Кэтрин, остро чувствуя, как ступни примерзают к земле. – Я никогда не дам своего согласия.

– Ступай в дом! – властно скомандовал граф, даже не взглянув на девушку.

– Я… – открыла она было рот, чтобы возразить, но приказ, прозвучавший ледяным голосом, заставил ее замолчать:

– Я сказал – в дом!

Поджав дрожащие губы, Кэт рванула к поместью, морщась от боли, обдавшей ноги, или же от слез, режущих глаза. Ей жутко хотелось остаться и подслушать разговор мужчин. Ведь наверняка там сейчас решается дальнейшая судьба бедолаги. И сомнения не было в том, что именно ответит граф. Конечно, ему не терпится поскорее спихнуть нерадивую служанку.

Ворвавшись в свою комнату, Кэтрин рухнула на кровать, давая волю слезам. Впервые за последнее время она почувствовала себя невыносимо усталой. К тому же пропало всякое желание бороться. Да и как? Когда ни единому ее слову не верят. Когда отнимают последний выбор и не дают проявлять волю. А место, в котором ей предстоит жить, опаснее леса, кишащего бандитами и диким зверьем. Как тут жить, когда и дышать-то не хочется? Сплошная обреченность, без малейшего просвета.

Никогда Кэтрин не гневила Бога, сетуя на свою судьбу. Лишь принимала все как данность. Сносила трудности, стараясь всеми силами их преодолеть. Разве о многом она мечтала? Да и мечтала ли вообще? Все, чего хотела девушка, – это крыши над головой и покоя. И возможно, совсем чуть-чуть свободы. Однако ни тому, ни другому не суждено сбыться. Она в плену, из которого ей вряд ли удастся выбраться.

Высморкавшись, Кэт поднялась с постели. Наконец, она осознала, что всех слез ей не выплакать, да и эта теплая влага не принесет покоя. Раз уготовлены для нее дни, один страшнее другого, что ж, она встретит их с высоко поднятой головой. И пусть не по статусу девушке задирать голову, пусть не в ее интересах неволиться судьбе. Но Кэт так легко не смирится, несомненно, она найдет силы и даст этому мерзавцу Томасу отпор. Удумал жениться на ней? Пусть только попробует!

Прежде чем отправиться ко сну, Кэтрин предусмотрительно задвинула дверь в комнату сундуком. Конечно, пришлось провозиться с ним немало времени, но зато уснула девушка со спокойной душой. Но с рассветом ощутила, что ночной, воинственный настрой не сулит ей хорошего будущего.

Войдя на кухню, Кэт намеренно не обратила внимания на девиц, оживившихся с ее появлением. Она краем уха слышала, что ей в очередной раз промывают косточки, но решила не реагировать на глупые пересуды. А служанок, видимо, задело ее равнодушие, и они начали нападать уже в открытую. Одна пышнотелая барышня с выцветшими и явно давно нечесаными волосами специально тронула бок Кэтрин своим локтем. Да с такой силой, что девушка выронила кувшин и вскрикнула от боли.