ТерпИлиада. Жизнь и творчество Генриха Терпиловского - Владимир Гладышев

Валерий Протасевич, «человек-оркестр»

Валерий Протасевич стал одним из авторов идеи проведения фестиваля «Джаз-лихорадка» в рамках программы «Пермь – культурная столица Поволжья». И это не случайно, конечно. Именно он, Протасевич, открывал вместе с Терпиловским первый джаз-клуб в Перми. Произошло это в 1987 году во Дворце культуры «Телта», но после смерти композитора клуб медленно угас. Протасевич пытается его реанимировать. Ему удалось создать собственный проект «Хрустальный лев» (открыт 4 мая 2005 года). Это джазовые среды в краевом Дворце культуры, где музыканты, а также все желающие могут пообщаться, поиграть, послушать джаз, поучаствовать в «сейшене».

– Джаз – музыка демократичная, позволяет человеку проявить себя, раскрыть свою сущность, располагает к общению, – говорит В. Протасевич. – Но в Перми нет обозначенного джазового пространства, то есть музыкантам негде играть. Публика, несмотря на то что в последнее время чувствуется тяга молодежи к джазу, эту музыку практически не знает. «Хрустальный лев» совершенно некоммерческий проект. Потрясающие музыканты ничего не получают за свою игру, а многие из них находятся в забвении.

…Звучит импровизация, в течение которой проживаешь, кажется, целую жизнь. Меняются составы, разъезжаются люди – ну и что из того? Хорошим солистом был мой старый Петр, но он и сейчас где-нибудь на досуге достает свою трубу (купленную в загранкомандировке, еще в ГДР) – и музыка помогает ему, как помогала ему в работе на высоком посту (мэром города!), помогает нынешнему безработному жить и сейчас. А как же иначе?

Словно цветок распускается в душе. Эмоциональное раскрепощение, обновление чувств испытываешь под конец хорошего вечера. Особенно во время джем-сейшена – коллективного музицирования. Казалось бы, откуда что берется? Уезжают, остепеняются, «жиреют сердцем и душою», умирают, наконец… Но будто происходит некая регенерация: на сцену выходят, вплетая в тему для импровизации свою ноту, один музыкант за другим – и не только участники концерта, но и смельчаки из числа слушателей.

А стало быть – «Будем жить!»

Гибкий, но не сгибаемый – это сказано о нем, о Терпиловском.

Записные пропагандисты трубили: «Джаз – музыка толстых». Терпиловский опровергал этот жупел одной своей долговязой фигурой, донкихотским обликом.

Тупые идеологи стращали молодежь: «Сегодня ты играешь джаз – а завтра Родину продашь». Терпиловский отдал своей Родине лучшие годы своей молодости и зрелости. И не сломался. Только пригнулся. Как в песне поется: «Вот пуля просвистела…» – он ее пропустил мимо, выжил. Не изменил себе.

Потому что джаз – музыка свободных людей. И для свободных людей.

Часть II

Большое видится на расстоянии

I

Я – Терпиловский…

Автобиография

Я – Терпиловский Генрих Романович, родился 10 ноября 1908 года в г. Новгороде. Отец был офицером-артиллеристом, мать – учительницей. Во время Первой мировой войны мой отец в чине полковника погиб на фронте. Мать, овдовев, переехала со мной в Петроград.

В 1926 году я окончил 11-ю совтрудшколу 1-й и 2-й ступени, до 1928 года учился в 3-м Ленинградском музыкальном техникуме. В 1928 году поступил на экономический факультет Ленинградского сельскохозяйственного института, который окончил в 1931 году. Занятия музыкой не прекращал и в том же 1931 году окончил по классу рояля 3-й Ленинградский музыкальный техникум. Работу по специальности, полученной в институте, продолжал совмещать с заочной учебой в Ленинградской консерватории, которую окончил по классу композиции в 1934 году.

Композитор в молодости: короткий период славы

До 1934 года работал старшим экономистом, а с 1934 года по представлению Ленинградского отделения Союза композиторов был переведен на работу в качестве дирижера молодежного оркестра Ленинградского обкома ВЛКСМ.

Из Ленинграда в 1935 году решением Особого Совещания при НКВД СССР сослан в г. Алма-Ата сроком на пять лет. Там работал руководителем оркестра кинотеатра «Алма-Ата». В 1937 году постановлением тройки УНКВД при Алма-Атинской области был заключен в исправительно-трудовые лагеря сроком на десять лет. Срок отбыл полностью и после освобождения вновь работал по дирижерской специальности: с 1947 до 1949 года – в г. Грозном, с 1949 года – в г. Молотове. Здесь был арестован и Постановлением Особого Совещания при МГБ СССР сослан в Красноярский край.

После 1953 года я трижды был реабилитирован, и прежние судимости с меня были сняты: первая – Постановлением Президиума Ленинградского городского суда, вторая – Постановлением Президиума Алма-Атинского областного суда и третья – Президиумом Молотовского областного суда. Все годы заключения и ссылки (семнадцать лет) зачтены в мой трудовой стаж.

В ноябре 1954 года по телеграфному вызову дирекции Дворца культуры им. Сталина я вернулся из Красноярска к работе, прерванной ссылкой. С того времени постоянно проживаю в Перми. Семья моя состоит из двух человек: я и жена Терпиловская Антонина Георгиевна, с которой мы зарегистрировали брак в 1949 году.

По найму работал до 1967 года, уволился из Дворца культуры им. Свердлова по болезни, имея инвалидность 3-й группы.

С 1968 года на пенсии, тем не менее не прекращаю композиторской деятельности: к 250-летию Перми написал юбилейную кантату, до этого два моих балета шли на сцене Оперного театра. На общественных началах пятый год руковожу Объединением композиторов Прикамья при областном Доме народного творчества.

Свидетельствует документ

Из Постановления Президиума Ленинградского городского суда от 26 апреля 1957 года

«…Заслушав доклад члена Ленгорсуда Карлова и заключение прокурора Цыпина, поддерживающего протест, Президиум установил:

Постановлением Особого Совещания при НКВД СССР от 9 марта 1935 года Терпиловский Генрих Романович, 1908 г. р., уроженец г. Новгорода, по национальности поляк, подвергнут ссылке на 5 лет в Казахстан как социально опасный элемент.

Основанием для ссылки послужило то обстоятельство, что Т. – сын полковника, бывшего потомственного дворянина.

Как видно из дела, Терпиловскому никакого обвинения предъявлено не было. Каких-либо данных о совершении Т. преступления в материалах дела нет. При таком положении в действиях Т. отсутствует состав преступления, а принадлежность его родителей к дворянам не может быть признана уголовно наказуемой для Терпиловского.

С учетом изложенного и руководствуясь Указом Президента ВС СССР от 19 августа 1955 года, Президиум Ленгорсуда постановил: