Водоворот страсти - Рене Бернард

Странные это были мысли, не менее странные и удивительные, чем немой диалог между ними. Концертный зал, похрапывающий рядом жених — все отошло куда-то далеко, сжалось, стало мелким и незначительным. Он и она, она и он — и вокруг никого!

Разыгравшееся воображение Хейли подсказывало, что может последовать дальше, если она уступит, если позволит ему не только взгляды. Она смутилась, покраснела и опять приложила руку к сердцу, которое билось, что едва не выпрыгивало из груди. Любая девушка может утонуть в глубине этих чарующих глаз и даже не позвать на помощь. Как неприлично долго он смотрит на нее!.. «Несмотря на всю непристойность, мне очень приятно, да, меня это волнует, возбуждает и страшит одновременно… Но мне же следует быть…»

Вспышка протеста тут же утонула под влиянием странного сладкого томления, охватившего все ее тело.

Приятные мурашки побежали по спине и шее, а внизу что-то вспыхнуло и как будто опалило пламенем.

Хейли начала вставать, хотя дрожащие ноги плохо ей повиновались. Она хотела выйти, чтобы положить конец этому невыносимому безобразию, но в этот момент конверт окончился мажорным финалом и в зале раздались аплодисменты. Герберт тут же проснулся, не забыв напоследок как следует всхрапнуть, и как ни в чем не бывало присоединился к рукоплесканиям. Тетя Элис спокойно открыла глаза, словно очнувшись от сладких грез, навеянных музыкой, столь некстати прерванных хлопками слушателей.

Хейли, не успев встать, опять присела, делая вид, что усматривает кого-то впереди. «Если мне повезет, то он, воспользовавшись удобным моментом, исчезнет, прежде чем Герберт или кто-нибудь еще заметит его. В конце концов, не может же он не понимать, что нельзя вот так стоять и привлекать к себе внимание… пристально глядя в меня?»

— Славно, славно! Конец получился лучше всего — очень бодрящим! — воскликнул Герберт, потягиваясь. — О, мистер Хоук! Как это я вас раньше не заметил?

Герберт повернулся лицом назад и протянул руку, но так неуклюже, что наступил Хейли на туфли и подол платья, вынуждая ее отодвинуться назад, еще ближе к мистеру Хоуку.

— Прекрасное исполнение, не правда ли?!

— Восхитительное, — согласился Гален, с сочувствием взглянув на Хейли, которая пыталась выйти из неловкого положения, в которое ее поставил Герберт. — Удивительно прекрасное исполнение, мистер Трамбл.

— Вы не останетесь? Не хотите ли присоединиться к нашей небольшой компании? — спросил Герберт. — Лорд Морленд не соблаговолил поехать на концерт, и, как видите, у нас нехватка кавалеров. Уверен, миссис Шоу с удовольствием разделит ваше общество.

Сердце у Хейли тревожно забилось. Герберт хватался за мистера Хоука, словно щенок за любимую игрушку. Согласиться с его предложением она никак не могла, в противном случае она рисковала попасть в крайне неловкое и затруднительное положение. Но видимо, все, кроме нее, были согласны, по крайней мере никто не был против.

— Думаю, тетя Элис настолько устала, что…

— Чепуха! Я слегка вздремнула и сейчас чувствую себя, словно мне шестнадцать лет, не больше! — Тетя Элис улыбнулась, хотя в ее глазах мелькнуло опасение, не перегнула ли она палку.

— Сегодня вам никак нельзя дать больше! — вежливо сказал Гален и поклонился.

Тетя Элис хихикнула.

— Настоящий джентльмен знает, как завоевать расположение дамы.

— Все довольны, вот и хорошо, — подхватил Герберт. — Думаю, в гостиной уже подают освежающие напитки. Не направиться ли нам туда?

Когда все направились в гостиную, то Герберт по рассеянности взял под руку Галена, но последний тактично исправил его оплошность. Он мягко отстранился, повернулся и взял под руку тетю Элис, предоставив Герберту право поухаживать за своей невестой.

— Прошу извинить меня, мисс Морленд, — пробормотал Герберт. — Вся эта суета немного выводит из равновесия, не так ли?

Хейли кивнула, не зная, что сказать, и ужасом представляя, свидетелем скольких промахов станет мистер Хоук, Слишком велико было различие между двумя мужчинами, столь яркий контраст бросался в глаза и болезненно воспринимался Хейли. Настроение у нее окончательно испортилось, она чувствовала, что вечер складывается совсем не так, как ей бы того хотелось. Притворяться, поддакивать, играть роль, которая была ей глубоко противна, — более мучительное и противное занятие трудно было себе представить.

Гостиная примыкала к бальному залу и представляла собой просторное помещение. Везде стояли удобные диваны, стулья, ломберные столики, — все было предусмотрено для салонной беседы и для салонных игр. Возле одной из стен располагался внушительного вида буфет, на стойке которого поблескивали разные бутылки, в том числе и шампанское. По залу бесшумно скользили вышколенные слуги с подносами, на которых стояли бокалы с вином и закусками, и предлагали угощение всем гостям, чтобы каждый из них мог удовлетворить жажду или голод.

Когда они подошли к свободным стульям, Герберт выпустил руку Хейли и предложил всем сесть.

— Здесь так уютно, не правда ли? Не хотите ли чего-нибудь, миссис Шоу? Может, пирожное?

Тетя Элис покачала головой:

— Мне ничего не хочется, но, возможно, вы чем-нибудь угостите Хейли. В последнее время она очень мало ест, боюсь, как бы она не упала в обморок и не пропустила бы самую интересную часть вечера!

Хейли едва не задохнулась от возмущения.

— Я… я не из тех, кто теряет сознание. — Она взмахнула веером, пытаясь резким движением дать понять тете, что не следует болтать всякий вздор. — Я никогда не падаю в обморок.

— Во времена моей юности, мистер Хоук, — тетя Элис как ни в чем не бывало повернулась к своему визави, — падать в обморок было настоящим искусством. Признаюсь, я владела им в совершенстве. К сожалению, теперь оно ушло.

Гален улыбнулся:

— Не скрою, мне было бы любопытно взглянуть, как это делается.

Тетя Элис бросила на него кокетливый взгляд, который годился для дамы как минимум в два раза моложе.

— Вы именно тот мужчина, ради которого я добровольно согласилась бы затянуть как можно туже мой корсет, мистер Хоук.

— Тетя Элис! — с мольбой воскликнула Хейли. — Нельзя же так… Мистер Хоук может не оценить ваш юмор. Пожалуйста, не надо.

— Напротив. — Гален взглянул на Хейли, почти наслаждаясь ее явным замешательством. — Ваша тетушка просто очаровательна, но мне кажется, что нюхательная соль скорее может понадобиться мистеру Трамблу, чем ей.

Увлекательная беседа об искусстве падать в обморок сильно смутила мистера Трамбла. Глядя на него, можно было подумать, что разговор идет о нижнем дамском белье. Бедняга вспотел от таких подробностей, его лицо даже приобрело бледно-сероватый оттенок. Привычным жестом он промокнул вспотевший лоб платком.