Газета "Своими Именами" №50 от 13.12.2011 - Газета "Своими Именами" (запрещенная Дуэль)

Но Ломоносов был не только универсальным учёным-энциклопедистом, он был идеологом народного просвещения, что позволило А.С. Пушкину сказать:«Ломоносов был великий человек. Между Петром I и Екатериною II он один является самобытным сподвижником просвещения».

В 1754 году Михаил Васильевич Ломоносов составил особую записку «О исправлении Академии», в которой с горечью писал о том, что в Академии ничего не делается для подготовки русских учёных, что вся учебная работа развалена, а за последние семь лет «ни один школьник в достойные студенты не доучился».

Ломоносов приходит к мысли о создании самостоятельного и независимого от Академии университета, двери которого были бы открыты для учащихся всей страны.

План создания университета в течение долгого времени обсуждался М.В. Ломоносовым с И.И. Шуваловым: «При университете необходимо должна быть гимназия, без которой университет, как пашня без семян».

«Проект регламента Московских гимназий» был закончен Ломоносовым в период между подписанием «Указа об учреждении в Москве университета и двух гимназий» (25 января по новому стилю, в Татьянин день) и торжественным открытием университета (26 апреля). Императорским указом И.И. Шувалов был назначен куратором университета, что на многие годы в исторической литературе сделало его создателем МГУ.

М.В. Ломоносов всеми силами отстаивает права низших сословий на образование, возражая на раздававшиеся вокруг него голоса: «куда с учёными людьми?».

Он отвечает, что учёные люди нужны «для Сибири, для горных дел, фабрик, сохранения народа, архитектуры, правосудия, исправления нравов, купечества, единства чистые веры, земледельства и предзнания погод, военного дела, хода севером и сообщения с ориентом».

В результате при университете были открыты две гимназии – «благородная» для дворян и «разночинная», создана типография и начала печататься первая московская газета «Московские ведомости». Здесь же стали издаваться научные, литературные и учебные книги, а одним из первых вышло «Собрание сочинений Ломоносова».

Недаром Александр Сергеевич Пушкин назвал Михаила Васильевича Ломоносова первым нашим университетом.

Михаил Васильевич Ломоносов был крупнейшим и первым истинно русским историком, его исторические взгляды формировались в острой борьбе против норманнской теории, отрицавшей самостоятельное развитие русской государственности. Выдвинутая Ломоносовым теория славяно-чудского происхождения Древней Руси была принята и подтверждена позднейшей историографией.

М.В. Ломоносов выделял в русской истории периоды становления, роста, упадка и нового, более высокого подъёма и делил историю на шесть периодов. Особый интерес, в свете теории славяно-чудского происхождения Древней Руси, представляет первая часть «Древней Российской истории», под названием «О России прежде Рурика», состоящая из десяти глав.

Оценивая вклад М.В. Ломоносова в историю, не надо забывать, что его «Древняя Российская история» долгое время оставалась единственным учебником русской истории.

Велики заслуги Ломоносова в деле развития русского литературного языка. Недаром Радищев называл Ломоносова «насадителем» русского слова. Второго такого в российской науке не было – большой учёный, он стал одним из ведущих литераторов своего времени, доказав, что человек может заниматься наукой и одновременно искусством, физикой, химией и литературой.

М.В. Ломоносовым была разработана «теория трёх штилей» – стилистическая система русского языка. Ломоносов выделял три «штиля»:

– высокий штиль – торжественный, величавый; жанры: ода, героические поэмы, трагедии, ораторская речь;

– средний штиль – элегии, драмы, сатиры, эклоги, дружеские сочинения;

– низкий штиль – комедии, письма, песни, басни.

Ломоносов первым понял опасность засорения русского языка, в том числе и языка научных статей, импортными словами. Он писал: «Принуждён я был искать слов для наименования некоторых физических инструментов, действий и натуральных вещей, которые, хотя сперва покажутся несколько странны, однако, надеюсь, что они со временем через употребление знакомее будут». Благодаря его деятельности по созданию русской научной терминологии достижения науки становились доступными большому кругу русского общества. Б.Н. Меншуткин писал про Ломоносова: «Он положил начало нашему точному научному языку, без которого теперь никто не может обходиться».

В январе 1757 года выходит из печати «Российская грамматика» Ломоносова, которая выдержала несколько изданий и была переведена на немецкий язык. В «Российской грамматике» Ломоносов так пишет о русском языке:

«Карл Пятый, римский император, говаривал, что ишпанским языком с Богом, французским – с друзьями, немецким – с неприятелями, итальянским – с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был искусен, то, конечно, к тому присовокупил бы, что им со всеми оными говорить пристойно, ибо нашёл бы в нём великолепие ишпанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка».

Но Ломоносов был не только теоретиком нового направления развития русского языка, но родоначальником русской поэзии, хотя он и писал: «Стихотворство – моя утеха, физика – мое упражнение». Именно это «стихотворство» дало возможность Н.В. Гоголю сказать: «Ломоносов стоит впереди наших поэтов, как вступление впереди книги».

Поэтическое наследие Ломоносова включает в себя торжественные оды, философские оды-размышления. Вершиной поэтического творчества Ломоносова являются оды, писавшиеся «на случай» – в связи с заметными событиями в жизни государства, например, к восшествию на престол императриц Елизаветы и Екатерины II. Ломоносов использовал торжественные поводы для создания ярких и величественных картин мироздания.

Оды проникнуты патриотическим пафосом, размышлениями о будущем России. Особенность поэтического мировоззрения Ломоносова подметил впоследствии Гоголь: «Сила восторга превратила натуралиста в поэта».

Позже Белинский назвал Ломоносова «основателем русской поэзии и первым поэтом России».

Особым явлением русской поэзии стали натурфилософские оды Ломоносова, где размышления о Боге сочетаются с рассуждениями и гипотезами научного характера – о процессах, происходящих на поверхности Солнца, о множественности обитаемых миров, об электрической природе северных сияний («Утреннее размышление о Божием величестве», «Вечернее размышление о Божием величестве при случае великого северного сияния»).

В одах Ломоносовым рассмотрены философские вопросы мироздания. Его перу принадлежат бессмертные строки, цитируемые в популярных научных телевизионных программах:

Открылась бездна звёзд полна;

Звездам числа нет, бездне дна.

В ноябре 1761 года Ломоносов писал И.И. Шувалову: «Разбирая свои сочинения, нашёл я старые записки моих мыслей, простирающихся к приращению общей пользы…», где высказаны следующие соображения:

«1. О размножении и сохранении российского народа.

2. О истреблении праздности.

3. О исправлении нравов и о большем народа просвещении.

4. О исправлении земледелия.

5. О исправлении и размножении ремесленных дел и художеств.

6. О лучших пользах купечества.

7. О лучшей государственной экономии.

8. О сохранении военного искусства во время долговременного мира».

Одно перечисление этих проблем даёт представление о широте общественных интересов великого учёного.

После изложения этой программы работ Ломоносов говорит о мерах, необходимых для осуществления первого пункта: «Начало сего полагаю самым главным делом: сохранением и размножением российского народа, в чём состоит величество, могущество и богатство всего государства, а не в обширности, тщетной без обитателей».

Написанное почти 250 лет назад «Рассуждение о размножении и сохранении российского народа» имеет своими основными положениями:

- снижение смертности, особенно детской;

- недопущение убийства матерями своих незаконнорождённых детей, для чего М.В. Ломоносов предлагал учредить специальные дома для «зазорных» детей;

- развитие медицины для борьбы с болезнями и смертностью новорождённых детей;

- необходимость разработки мер по возвращении на родину уехавших из России людей.

Таким образом, первым пунктом в формулировке национальной идеи, фактически сформулированной Д.И. Менделеевым, должен быть пункт от М.В. Ломоносова: