Истребитель магов - Дмитрий Казаков

– Да, остается рассчитывать только на это, – кивнул Берг и тут же протяжно зевнул. – Пожалуй, спать пора…

Проснулся Харальд от истошного вопля. В нем смешались боль и ужас, а когда крик оборвался, то юноша понял, что это вовсе не порождение его ночных кошмаров.

Быстро вскочив, он нашарил меч, а когда в ладони оказалась рифленая рукоятка, сразу стало спокойнее.

Костер едва тлел, в его скупом свете было видно, как поспешно вооружаются остальные. Судя по лицам, никто не мог понять, что случилось, откуда ждать нападения.

– Лодина нет! – крикнул кто-то, видимо, проверявший посты.

– Дров в костер, и побольше! – В круг света вступил Иерам. Изогнутое короткое лезвие блестело в его руке. Харальд знал, что купцу за годы странствий не раз приходилось пускать его в ход.

Затрещало пламя, пожирая ветви, и словно в ответ на прянувший во все стороны багровый свет тьма зашевелилась, выпуская отростки с острыми когтями. Под сводами деревьев открылось множество светящихся зеленым огнем внимательных глаз.

Испуганно заржали лошади, обрывая привязь.

– В круг! – успел скомандовать Берг, прежде чем порождения леса атаковали.

Харальд сделал шаг к костру, к товарищам, но тут из мрака выступило нечто более всего похожее на исполинскую шишку с сучковатыми лапами. Пасть чудовища располагалась неестественно низко, на середине роста, из неё рвалось ядовитое шипение. Харальд почувствовал смрад гнилой древесины.

Он ловко ударил мечом, и уродливая конечность рухнула наземь. С противным клекотом тварь отпрянула, чешуйки на её теле зашевелились Из-под них лезла, точно змея из-под коряги, новая рука, на самом конце которой шевелились, вырастая на глазах, когтистые черные пальцы!

Харальд в ужасе оглянулся. Со всех сторон теснили людей существа, каких не представишь и в кошмарном сне. Древесные стволы, обретшие гибкость змей, разевали зубастые рты; растопырив щупальца, надвигались возжаждавшие живой плоти громадные пни.

Отрастив новую руку, огромная шишка опять пошла в наступление. Харальд вновь срубил ей руки, а затем подсек одну из ног. Но когда принялся рубить тело, зная, что новые конечности вырастут быстро, то понял, что меч здесь бессилен. Лезвие застревало в плотной чешуе, оставляя неглубокие разрезы. Полосуемая сталью тварь бешено шипела и дергалась, будто огромный таракан, норовя отползти дальше во тьму…

– Огонь! – пронесся крик Берга. – Делайте факелы! Они боятся пламени!

Харальд поспешно отступил, надеясь добежать до костра, прежде чем поверженная тварь сумеет восстановиться. Через оказавшуюся на пути здоровенную колоду о многих ногах, которую остервенело молотили мечами двое охранников, он просто перепрыгнул.

У костра его поймал за плечо Берг. Глаза его были совершенно бешеные.

– Лук? Где твой лук? – проорал он юноше прямо в ухо.

Харальд ощутил, как его лицо заливает краска стыда. Лук он не успел даже взять.

– Ладно! – махнул рукой рыжебородый. – Возьми этот! Попотчуй их зажигательными стрелами! А он, – Теневой махнул рукой в сторону одного из возчиков, который в ужасе скорчился у самого пламени, – будет подавать стрелы!

Харальд отложил меч. Взяв лук, проверил натяжение тетивы и повернулся к подручному. Тот поспешно рвал на части собственную рубаху и обматывал тряпками наконечники стрел.

– Давай! – сказал Харальд. Спустя мгновение руки его натягивали тетиву.

Первый снаряд, пылающий словно маленький костер, ударил в ту самую шишковидную тварь. Бешено зашипев, та замолотила сучковатыми лапами, пытаясь выдернуть стрелу, но пламя уже ползло по чешуе.

А Харальд стрелял раз за разом и ни единожды не промахнулся. Так велики и малоподвижны были мишени.

Получив стрелу, лесные твари отползали в темноту, где неведомым образом ухитрялись сбить пламя, и вновь кидались в бой, покрытые черными уродливыми лишаями ожогов. Усталости и боли они, похоже, не чувствовали.

Потом Харальд вдруг понял, что под кронами деревьев постепенно светлеет, а страшные противники, издавая звуки, похожие на вздохи разочарования, отползают в чащу. Он выпустил последнюю стрелу и в бессилии опустил лук. Руки его дрожали, а кончики пальцев правой просто горели. Там, казалось, кожа содралась до костей.

В костер ушли все запасы дров, последние стрелы приходилось поджигать на углях. Харальд чувствовал, что весь пропах дымом, отстояв полночи рядом с костром.

Подошел Берг. Глаза его были красными, а меч он волочил за собой, словно ребенок игрушку.

– Славная битва, – прохрипел Теневой, сплевывая. – Только вот ещё одной такой мы не выдержим!

Когда подсчитали потери, выяснилось, что погибло восемь человек. Трупы исчадия ночи утащили с собой. Исчезли также все лошади.

– Еще одной ночи в этом лесу мы не переживем! – сказал кто-то.

– Так что, повернуть назад? – ответил Берг презрительно. – Отступить?

– Я не поверну! – взвился Иерам. – Я чувствую, что место в центре леса, где спрятано то, что мы ищем, чисто от этих чудовищ! Нужно добраться туда!

– И куда идти? – поглаживая исцарапанную щеку, спросил Гуннар. – Уж если Харальд потерял направление!

Они продолжали спорить, а Харальд ощутил, как нечто начинает двигаться внутри него. Словно некий свет поднимался из глубин его существа, позволяя видеть и чувствовать недоступное другим.

Прозвучал смех, который юноша однажды уже слышал, вот только где и когда – не смог вспомнить, и тут же он четко понял, куда и как надо идти, чтобы к вечеру достигнуть цели.

– Стойте! – сказал он, поднимая руку. Спутники смолкли, с удивлением глядя на него. – Я знаю дорогу!

– Быстро разобрали поклажу! – гаркнул Мерам. – Теперь придется тащить все на себе!

Нагруженные люди выстроились колонной, словно громадные муравьи, и зашагали. Под ногами хрустели ветви, где-то наверху, за зелеными кронами, поднималось солнце, а они двигались на северо-запад, спеша достичь безопасного места до наступления ночи.

Дождь лил, мелкий, противный, словно отыгрываясь за предыдущие дни, когда над миром царила сушь. Срубленный из жердей и накрытый лапником навес прикрывал от сырости, но за его пределами все было мокрым: трава, стволы деревьев, листья.

Лагерь разбит на поляне у подножия лишенного деревьев холма, похожего на поросшую зелеными короткими волосами человеческую макушку. К этому холму два дня назад отряд вывел Харальд. Примерно на сотню шагов в сторону от холма лежал нормальный лес, а далее начиналась жуткая чаща. По ночам из неё доносились вызывающие дрожь звуки, под сводами громадных деревьев плавали багровые и зеленые огни.