Вельяминовы. Начало пути. Книга 3 - Нелли Шульман

— Нет никакого багажа, — вздохнула Белла, — все Лав себе прикарманил, и золото мое, и шкатулку. Только одежда у нас осталась и оружие. Ну и с тех островов мы кое-что привезли, разумеется, — он отпила сидра из серебряного стакана. «Прах моей сестры, — добавила Белла, оглядывая стол зелеными, спокойными глазами.

— Господи, — мистрис Доусон перекрестилась, — одно лицо ведь, миссис Стэнли. Как у Мирьям.

Только глаза как у миссис Тео покойницы — изумрудные.

— И не говорите, — акушерка посмотрела в чуть приоткрытую дверь кухни, — аж мурашки по коже. И волосы его, и повадки, ну да я его встретила, как ему за тридцать было, а вы-то его молодым помните.

— А как же, — мистрис Доусон покачала одетой в шерстяной чепец головой. «Ну да он всегда красавец был, сэр Стивен, я-то его видела, когда ему чуть за двадцать было. Господи, глаз ведь не отвести, какая хорошенькая, миссис Стэнли. И языки знает, и смотрите, пистолеты у нее, как у миссис Мэри. Жаль вот только мальчики-то сестру уже не увидят, и оба ведь бездетными умерли, — женщина перекрестилась, и миссис Стэнли ласково сказала: «Ну, мистрис Доусон, они теперь мисс Беллу никуда от себя не отпустят, помяните мое слово».

Серые глаза экономки внезапно усмехнулись: «Эх, миссис Стэнли, да разве ее отец когда-нибудь, у кого-нибудь разрешения спрашивал — что ему делать? Так же и мисс Белла, вот увидите».

Дэниел поднял ее на руки и закутал в плащ, прижав к себе. «Маленькая, какая она маленькая, как сердце-то стучит, Господи, — подумал мужчина. Тео приникла к нему, свернувшись в клубочек, и, протянув ручку, стерев слезы с его лица, велела: «Не плачь.

Когда мама уходила на небо, она мне обещала, что ты вернешься. Я верила и ждала тебя, папа. А ты больше не уедешь?»

Он постоял просто так, целуя ее растрепанные волосы, глядя на небольшой, белый крест.

Поднялся ветер, тронутые морозом, сухие листья дуба, закружились наверху, падая на землю. «Я никогда и никуда больше не уеду, дочка, — наконец, сказал Дэниел. «Я всегда буду с тобой».

— Хорошо, — блаженно сказала девочка, прижавшись щекой к его теплому камзолу. «Как уютно, — подумала Тео. «Сейчас придем домой, я папе покажу все свои игрушки, а он мне расскажет о Новом Свете».

— А ты видел арокуна? — спросила дочь, обнимая его за шею. Дэниел посадил ее удобнее и улыбнулся: «Много раз, счастье мое».

Он закрыл за собой калитку кладбища, и, отвязав лошадей, повел их за собой к воротам усадьбы, так и держа девочку одной рукой, слушая ее спокойное дыхание.

Белла сидела с ногами на кушетке, обитой серым бархатом. «Это старая детская моей мамы и тети Полли, — сказала Энни, отпирая небольшой сундучок. «Смотри, вот мой пистолет, мне его мама подарила».

— Очень хороший, — Белла взвесила на руке оружие. «А почему на рукоятке инициалы А.П? — она полюбовалась искусной гравировкой на серебряной вставке.

— Я же не дочь Генри, — рассмеялась Энни, устраиваясь на ковре. «Ну, то, есть он мне как отец, конечно, но моего отца звали сэр Роберт Пули, его убили, на Москве, когда он защищал законного царя. Меня и маму сослали в монастырь, но мы оттуда бежали. Потом жили в Новом Свете, а сейчас отплываем искать Северо-Западный проход. Ты не смотри, — добавила Энни, встряхнув льняными волосами, — я постригу их скоро. Я уже юнгой плавала, у капитана Смита, и у Генри тоже.

— Как интересно! — Белла задумалась. «Я тоже из монастыря сбежала, ну, маленькой еще. Так жалко, что донья Эухения умерла, она ведь меня музыке учила. Тео маленькая на нее очень похожа. А расскажи еще о наших кузенах».

— Так, — Энни стала деловито загибать пальцы, — первым делом, у тебя брат есть младший, Этьенн, ну, то есть Стивен, он с мистером Майклом в Париже живет, бабушка сейчас там, и скоро приедет. И два племянника, дети Марты. Потом у дяди Теодора трое, они на Москве, но младшая, Мария, пропала, вместе с мамой…

— Как пропала? — забеспокоилась Белла.

— Их нашли уже и везут в Москву, — важно сказала Энни. «Тоже родственник наш. У тети Полли есть сын, Александр, он в школе сейчас, мы с ним в Новом Свете еще подружились, и у дяди Джованни двое, Пьетро и Анита, они нам не родственники, но как будто бы. И у Генри есть сын, Джон, ему пятнадцать лет, они сейчас на верфях, «Открытие» наше укрепляют, — девочка вдруг покраснела.

— Ага, — торжествующе сказала кузина. «Я вижу». Она потянулась за глобусом и добавила: «Я слышала о Северо-Западном проходе, мой брат его искал, ну маленький Ник. Он пропал на морях, мы его так и не нашли. А мой второй брат, Майкл, как умер, а то мне Дэниел рассказал, что вы в Джеймстауне были, когда это случилось?

— Отравился, — сухо сказала Энни, холодно блеснув глазами. «Ну да то дело давнее. А дядя Николас мне нравился, с ним интересно было. Еще у тебя есть дядя Уильям, ну, сын адмирала, он в Индии сейчас».

Белла вдруг сказала: «Ты такая счастливая, что в море опять идешь! Меня же теперь, и не отпустят, наверное…, Бабушка Марта строгая?

Энни улыбнулась. «Вообще да, но с ней так интересно! Представляешь, — девочка понизила голос, — она жила в Стамбуле, в гареме, и дядя Теодор — сын султана!»

Порывшись в сундучке, Энни сказала: «Смотри, это моя индейская одежда».

— Жалко, что тут такое нельзя носить, — восхищенно вздохнула Белла, разглядывая кожаную юбку с безрукавкой. «А кольца твои где?»

— Я, как мама, — махнула рукой Энни, — не люблю украшения. Но у тебя перстни красивые.

Белла вытянула длинные пальцы. «Только два и осталось, — вздохнула она. «Дэниел мне сказал, что по завещанию отца мне переходит много денег, только надо выйти замуж и чтобы дети появились, — девушка скривила губы. «А Рэйчел всего семнадцать, такая молодая, и уже замужем».

— Ну, так за дядю Питера можно с закрытыми глазами замуж выходить, — рассудительно ответила Энни. «Он очень хороший. Так смешно, когда мы были в Новом Свете, на Рэйчел хотел жениться индейский вождь, а дядя Питер сказал, что она — его невеста. Их по индейским обычаям повенчали, очень красиво, она мне рассказывала. А ты не хочешь замуж?»

— Я в море хочу, — вздохнула Белла. В дверь постучали и Энни крикнула: «Открыто!»

— Нашли верджинел, — улыбнулся Питер. «В кладовой лежал, на нем же только матушка твоя покойная, Юджиния и Марта играли, а у Марты своей есть».

— Ой, как хорошо! — Белла вскочила с кушетки. «Он же маленький, да? Ты тогда отнеси его к Рэйчел, я ей обещала испанские песни поиграть». Девушка повернулась к Энни: «Пойдем, я и французские тоже знаю, послушаешь».

— А на чем ты еще играешь? — спросила Энни, когда они спускались вниз из детского крыла.

— На виуэле, она со струнами. Интересно, тут такие есть? — озабоченно спросила Белла у дяди.