Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

нравлюсь! Ну и наглые же здесь собрались люди! Подойти и прямо вот так в лоб: ты мне нравишься! Однако она улыбалась, когда слышала фразу снова и снова, теперь ей было понятно, что говорят в ее адрес незнакомые люди. За этот вечер она услышала признание уже, наверное, раз 20, а за три дня ей уже порядком надоели эти возгласы, ее это больше не забавляло, а всеобщее дикое веселье вызывало тошноту. Но она сидела в общем зале, потягивала шампанское и смотрела на огромные часы, подвешенные на цепях в центре зала, циферблаты находились с двух сторон, чтобы всем было видно, сколько времени осталось до Нового Года.

Несколько раз ее пытались пригласить потанцевать, но она всегда отказывала, от одной мысли, что придется обниматься с пьяным незнакомым существом, у нее закипала кровь. А вот от беседы с трезвыми людьми она не отказывалась, немногочисленные человекоподобные в гостинице «Лассити» оказались интересными и воспитанными людьми, даже женщины как собеседники ей понравились, хотя она предпочитала всегда вести диалог с мужчинами – не выносила кудахтанья о нарядах, новинках подиумов и последних сплетнях светской жизни. Эти люди беседовали с ней о путешествиях, культурах и обычаях незнакомых стран и о красоте Крита, и в этом они полностью сошлись – Фатиму очаровал остров и его легенды, его тихие лазурные бухты и маленькие красивые города.

Их гостиница находилась в «критском Сан-Тропе», так называли город Агиос Николаос за его красоту и изысканность, и просыпаясь утром от свежего морского бриза, Фатима ни сколько не жалела, что приехала именно сюда. Она всегда любила побережье, даже мечтала, что когда-нибудь выйдет в отставку и поселится в таком вот райском месте, обязательно с пальмами и теплым морем или океаном. По утрам она гуляла по пляжу, подставляя лицо солнцу и забыв обо всем, а вечерами танцевала в клубах или просто бродила по городу, а иногда даже ездила в соседние города и бродила там. А после беседы с супружеской парой из Петербурга, она твердо решила поехать с экскурсией на остров Санторини и в город Ханья, где каждое утро на рассвете возле крепости с труднопроизносимым названием Франкокастелло возникал мираж – процессия вооруженных всадников. Правда, зрелище это можно было увидеть только в последние 10 дней мая, а сейчас был конец декабря, но вдруг повезет? «Привидения, они непредсказуемы», – сообщил ей Стас с очаровательной улыбкой. Ей требовался отдых, причем, после последнего дела, отдых этот должен был быть немного более долгим, чем обычно – ее искали, искали везде и всюду, и выходить сейчас на дело было крайне опасно и просто глупо. Вот она и придумывала себе развлечения, перемещаясь по Европе и нигде не задерживаясь дольше двух недель, при въезде в новую страну она меняла паспорта, так что каждую новую границу она пересекала новым человеком.

Новый год застал ее на Крите, о чем она нисколько не жалела, хотя и напрягала вся эта вечеринка и пьянка, но красота острова, даже в ночное время того стоила. Все побережье купалось в огнях, отовсюду лились музыка и смех, а ровно в полночь власти обещали поистине грандиозный фейерверк. В море яркими пятнами горели яхты и катера – ни них тоже празднованье шло полным ходом, по улицам перемещались люди, пели на всех языках и танцевали, у всех на головах были оливковые венки, а в руках бокалы с шампанским. И незаметно для себя она тоже погрузилась во всеобщую атмосферу праздника, она нашла свою компанию – молодая пара из Питера охотно общалась с ней – и теперь она сидела и ждала, пока закончится медленный танец, и они вернутся к ней.

Муж, 35-летний владелец сети ювелирных магазинов, был безупречно воспитан и прекрасно танцевал, но больше всего ей в нем понравилось то, что чем-то неуловимым он напоминал ей Яна. Может, голубыми глазами, может манерой держаться и говорить, а может, своим превосходным чувством юмора. Он нравился ей, как и его жена, милая, воспитанная и такая же веселая миниатюрная блондинка с идеальным личиком и кукольными большими глазами, синими, как море. Однако кукольная у нее была только внешность, за открытой улыбкой и длиннющими ресницами скрывалась интересная и сильная личность, образованная и знающая, чего хочет от жизни. Она работала искусствоведом, организовывала выставки, сама писала картины. С ними Фатиме было интересно и легко, они не лезли в душу со своими расспросами, не навязывали свое мнение, они просто общались, шутили и делились информацией об интересных фактах и местах.

Но она никогда не забывала об осторожности, в первый же день знакомства она проверила их через своего старого приятеля и верного помощника. Пророк ничего опасного для нее не нашел, а вот ее счет немного полегчал, но услуги такого класса того стоили, свою жизнь и свободу она ценила намного дороже, поэтому никогда не скупилась на лишние проверки и факты. Особенно сейчас, после убийства посла, о котором до сих пор трубили газеты и телеканалы.

Оркестр закончил наконец играть медленную мелодию, и из толпы показались ее знакомые, Кристина, так звали блондинку с синими глазами, смеялась, муж поддерживал ее под руку. Едва музыка стихла, на сцену поднялся какой-то местный певец, и снова полилась медленная романтичная музыка. Фатима подумала, что они повернут обратно, но они продолжали идти к ней сквозь толпу.

– Вы что, устали? – спросила она, когда они подошли ближе.

– Я да, – кивнула Кристина, жадно отпивая сок из стакана, – а вот Стас у меня неутомимый.

– Причем во всем, – тихонько сообщил Стас, подмигнув и прикрыв рот ладонью от жены. Она, конечно же, все увидела и все трое рассмеялись.

– Приглашаю даму на танец, – объявил Стас, галантно протягивая руку Фатиме, – отказ не принимаю.

– Пожалуйста, – взмолилась Кристина, – а то он меня совсем загонит.

– Иногда женская солидарность нам на руку, – радостно сказал Стас, помогая улыбающейся Фатиме слезть с высокого стула, – я танцую с самыми красивыми женщинами в этом городе!

И он повел ее сквозь толпу в самый центр зала, где стояла огромная искусственная елка, вся в огнях и сверкающих игрушках. Песня, хоть и на незнакомом языке, была невероятно красивой, и Фатима решила, что поет местный парень о любви, о чем же еще петь в такой медленной, проникновенной песне? Стас легко, как призрак, касался ее талии и сжимал ее руку, они кружились в танце возле самой елки. Он не доставал ее разговорами и шутками, Кристина говорила, что его лучшее качество – тонкое чувство момента, и теперь Фатима поняла, что это действительно так. Она взглянула на огромные часы, до полуночи оставалось