Психохирургия – 3 и лечение с ее помощью самых тяжелых и опасных болезней души и тела - Александр Михайлович Васютин

Затем эта моя пациентка взяла за руку эту девочку. И повела ее по жизни. И в ключевые моменты ее жизни она советовала этой девочке — как поступить? И например, они дошли до события, когда ее двоюродный брат заставлял ее гладить его член, а она отказывалась. Он ей угрожал, что расскажет всем — что она делает?

И когда-то эта девочка, боясь, что ее накажут, вынуждена была это делать. Теперь она взрослая, сказала этой девочке, чтобы она ничего не боялась. И, наоборот, сказала ему, что если он будет приставать, то она сама расскажет об этом. И накажут не ее, а его.

И вот так она провела эту девочку, подростка, девушку, молодую женщину, до настоящего возраста. И тут же слилась с ней. Затем она вернулась в Машину времени и два этих основных события сначала на экране перечеркнула крест накрест. А потом стерла их с экрана ластиком. А затем уже пошла в будущее.

То есть можно работать с Машиной времени по-разному. Главное соблюдать принцип диссоциа-ции/ассоциации.

Очень важно в Машине времени диссоциировать пациента от увиденного на экране. Одна из самых частых ошибок — пациент говорит: «Я вижу ситуацию… Я делаю то-то и то-то..». И если человек говорит так, то надо прервать его и сказать: «Вы видите на экране самого себя, живущего в том году, как бы своего двойника. И говорите — я вижу ЕГО, он делает то-то и то-то.»

И когда пациент поможет своему двойнику действовать в этой ситуации по-другому (не так, как он сам действовал тогда, когда жил в этом году и находился в этой ситуации), то это даст начало новой линии жизни. Таким образом мы создаем новое событие с новым более адаптивным реагированием на ситуацию. И если таких интервенций в прошлое будет много, то новая линия жизни будет очень устойчивой. И двойник на этой новой линии жизни будет развиваться не так, как развивался когда-то пациент. И он не заболеет той болезнью, которой болеет пациент, он не попадет в ту ситуацию, от которой пациент страдает.

Можно, наверное, работать и с местоимением «Я» (я вижу себя, я делаю то-то и то-то). Но в этом случае это будет уже другая техника — не моя Машина времени. Я не говорю о том — эффективнее будет такая работа или же нет?

Я это не исследовал. Но вполне возможно, что таким образом можно тут же переделать базовое событие. И не надо будет потом сжигать событие техникой «Кино». В этом случае, видимо, надо дать приказ бессознательному в будущем, когда оно будет обращаться к этой ситуации, видеть ее в том измененном виде, который был сделан. Если вы будете работать в этом формате, важно знать, что человек должен говорить ртом ребенка, но с взрослой позиции.

Мы, конечно же, можем сомневаться в реальности тех событий, которые человек вспоминает в МВ и которые он не помнил до этого. Мы можем подумать, что это чистейшей воды фантазия. Но это в принципе не имеет никакого значения!

Вопрос о том — было ли относительно данного человека в детстве совершено сексуальное насилие или же нет, является современным вариантом дилеммы: что появилось раньше — курица или яйцо? Для нас намного более важно то, что это является экзистенциальной реальностью для данного человека.

У меня лечилась женщина, у которой на ее ребенка упал телевизор. Она сама при этом не присутствовала, но много раз реконструировала это событие в своем сознании, испытывая ужас от случившегося. Те образы, которые она создавала в голове, по своему эмоциональному потенциалу нисколько не слабее реально виденных. И с ними мы должны работать так, как будто это было на самом деле.

МВ в прошлое можно делать по-разному: можно отправить человека в свободный поиск (ваше бессознательное покажет вам то событие, которое вы должны увидеть сегодня). Можно сказать: «Ощутите сейчас свою головную боль. А затем направьте МВ к тем ключевым событиям вашей биографии, которые привели к этим головным болям». Можно дать задание пойти к известным событиям своей жизни: «Направьте свою машину времени в 1996 год, когда у вас были неприятности».

Когда я провожу своим пациентам те или иные техники, мне чрезвычайно важно, чтобы они поняли, что это не игра и не просто сотрясение воздуха. Например, когда я работаю своими авторскими техниками на основе принципов НЛП, у многих пациентов урчит в животе. Или, например, у одной моей пациентки, когда она обратилась к части Я и делала ей самовнушения, резко и несколько раз дернулась рука. То же самое достаточно часто бывает и при проведении МВ.

Поэтому, если у ваших пациентов во время или после сеанса МВ появятся те или иные неприятные ощущения, то их нужно ОБЯЗАТЕЛЬНО утилизировать. Если это не сделать, то он может посчитать, что это плохо, что это опасно.

Многие мои пациенты после сеанса МВ чувствовали себя измотанными — столько они тратили энергии на эту работу. Один мой пациент, выпускник мехмата МГУ, когда вспоминал свою учебу, испытывал массу отрицательных эмоций. И прорабатывая только один сюжет, он не смог двигаться дальше к следующему сюжету: «У меня нет сил, я как выжатый лимон!»

Все эти ощущения являются показателями, что эта работа не просто игра (по типу Берновских). И нужно обратить внимание пациента на эти реакции и сказать, что это отражение на теле те изменений, которые произошли внутри. И что это очень хорошо!

Пациенты в этом случае часто удивляются — что хорошего в том, что они после сеанса чувствуют себя хуже, чем до сеанса (ведь они ждали обратного)? Но я объясняю, что в этом случае происходят процессы, похожие на вегето-сосудистую дистонию. При ней, когда внутри человека происходит конфликт, на «поверхности» его тела появляются вегетативные волны, то есть различные неприятные ощущения.

Например, у одного моего пациента, который пришел ко мне с жалобами на тревогу и страхи, появившиеся после употребления курительной смеси, во время и после рефрейминга появился жар во всем теле (как будто он заболевает гриппом). Я ему сказал, что это очень хорошо, что в этом нет ничего страшного! Но попросил его опять закрыть глаза и найти на поляне предмет, который символизирует его страхи. Он увидел КОСТЕР! И когда он принес воду из реки и залил его, жар исчез. Если бы я так хорошо не знал психосоматику, я бы