Че Гевара. Важна только революция - Джон Андерсон

По воспоминаниям Помбо, после приезда Че они спокойно жили в особняке, «убивали время» и оттачивали партизанские умения, занимаясь стрельбой. Зима кончилась, наступила весна. На несколько недель к Че снова приехала Алейда, под очередным вымышленным именем. Регулярно наведывался Улисес Эстрада, он привозил из Гаваны сообщения от Фиделя и Пиньейро и забирал донесения Че.

И Ариэль, и Помбо утверждают, что поначалу Фидель всячески пытался убедить Че вернуться на Кубу, но тщетно. Те, кто был приближен к Че, знали, что дело тут не только в гордости. Гевара прекрасно понимал, что в отношениях с СССР он стал для Фиделя политическим препятствием, а ведь, в конце концов, финансировали Кубу именно Советы. Че был полезнее Фиделю за границей, где он мог проводить революционную политику Кубы при тайной поддержке Кастро.

Вскоре после отъезда Че с Кубы Фидель в своей речи, приуроченной к празднованию Первого мая 1965 г., подверг резкой критике концепцию «мирного сосуществования». Эту воинственную позицию он занимает и по сей день. В январе 1966 г. состоялась первая Конференция трех континентов. Хотя официально она проводилась Организацией солидарности народов Азии и Африки, однако инициатива ее проведения принадлежала Кубе. На конференцию приехали сотни делегатов из более чем восьмидесяти латиноамериканских, азиатских и африканских государств, представителей разнородных «движений национального освобождения», участвовали в ней также СССР и Китай. И здесь Фидель снова заставил столкнуться две социалистические сверхдержавы. Он нанес удар Москве, протащив резолюцию о выражении поддержки партизанским силам, сражающимся в Венесуэле, Гватемале, Колумбии и Перу, и одновременно ущипнул китайцев, упомянув о «недопонимании», имеющем место между Гаваной и Пекином относительно решения Китая сократить поставки риса на Кубу, в которых та крайне нуждалась.

Фидель также преследовал и другие цели: постараться распространить слухи о якобы произошедшем между ним и Че расколе и создать своему аргентинскому товарищу возможность выйти на новое поле боя. Фидель объявил 1966 год «Годом солидарности» и поклялся в верности общему делу партизанской борьбы против империализма во всем мире. Это, как вы понимаете, было на руку Че. И действительно, уступив наконец настойчивому желанию Гевары продолжать «вооруженную борьбу», Фидель дал Пиньейро указание подыскать для Че новое место назначения.

А выбор сделать было нелегко. Несмотря на высокую активность революционных движений в Латинской Америке, в начале 1966 г. в целом картина была крайне неясной и изменчивой. В Боливии, Перу и Колумбии появились прокитайские коммунистические объединения, а новые партизанские группировки постоянно возникали то тут, то там. Одновременно с подъемом партизанских движений увеличилась и активность американских военных и ЦРУ.

В пользующейся поддержкой Кубы повстанческой коалиции в Гватемале возникли внутренние разногласия: от нее хотела отколоться троцкистская группировка. Несмотря на разлад, партизаны осуществили ряд серьезнейших нападений, в том числе были убиты глава военной миссии США и заместитель министра обороны Гватемалы.

В июне 1965 г., после двух лет подготовки, перуанские партизаны из ДРЛ во главе с Луисом де ла Пуэнте Уседой и Гильермо Лобатоном наконец развязали военные действия. В сентябре, оправившись от разгрома 1963 г., борьбу начала и возглавляемая Эктором Бехаром «Армия национального освобождения». Правительство Перу временно приостановило конституционные гарантии, и перуанские войска при поддержке США начали жестокую войну против повстанцев. К октябрю 1965 г. Луис де ла Пуэнте Уседа был убит, а тремя месяцами позже погиб и Лобатон. ДРЛ осталась без руководства, и ее бойцы разбежались кто куда. К декабрю то же самое произошло и с «Армией национального освобождения». Вскоре и сам Бехар был пойман и заключен под стражу.

В Колумбии наблюдалась схожая картина. В мае 1965 г. там было введено осадное положение. Это стало следствием выступлений новой группировки партизан АНО, поддерживаемых Кубой. В декабре в АНО вступил католический священник Камило Торрес, в открытую придерживавшийся революционных позиций, благодаря чему организация приобрела большую популярность. В феврале 1966 г. Торрес был убит, но партизаны продолжали свое дело; несмотря на расколы и постоянные изменения, они будут сражаться еще долгие годы.

В венесуэльской партизанской организации «Вооруженные силы национального освобождения» тоже назревали проблемы. Коммунистическая партия, поддержавшая «вооруженную борьбу» в 1962 г., теперь пошла на попятную, так как многие ее лидеры были арестованы. В апреле 1965 г. партийный пленум проголосовал за изменение курса в сторону «легальных методов борьбы», что открыто осудил Фидель. В марте 1966 г. правительство Венесуэлы «вознаградило» компартию за ее новую политику, освободив ее руководителей из тюрем. Партизаны же, отмежевавшись от коммунистов, при поддержке кубинцев продолжали свою борьбу.

Боливия находилась в глубоком кризисе. Президент Виктор Пас Эстенсоро был свергнут в ноябре 1964 г. военной хунтой, и глава боливийских профсоюзов Хуан Лечин, пользовавшийся в народе огромной популярностью, затеял шумную кампанию против военного режима. В мае 1965 г. Лечин был депортирован, в результате чего началась всеобщая забастовка, и правящие генералы ввели в стране чрезвычайное положение. Однако боливийская компартия во главе с Марио Монхе, пользовавшаяся поддержкой Москвы, не решалась начать вооруженную борьбу. В ней имелась прокитайская фракция, появившаяся в апреле 1965 г., во главе которой стоял студенческий лидер Оскар Самора. Он уже просил поддержки Че, чтобы начать партизанскую войну, и получил согласие, но, пока Че был в Конго, произошло охлаждение отношений между Кубой и Китаем, и теперь ни агентство Пиньейро, ни Самора фактически не предпринимали шагов для осуществления этой задачи.

В марте 1966 г. Че по-прежнему находился в Праге, а возможных вариантов становилось все меньше и меньше. В том же месяце гватемальские спецслужбы провели операцию против лидеров компартии Гватемалы: двадцать шесть ее предводителей были захвачены и убиты. В результате в партизанском движении наблюдался разброд.

По свидетельству Помбо, первым вариантом, предложенным Че, стала Перу, но, чтобы поехать туда, ему потребовалась бы помощь соседней страны — Боливии. В апреле Че отправил Папи в Боливию для выяснения обстановки, планируя последовать за ним, если тот даст «зеленый свет». «Первым делом, — рассказывал Помбо, — нужно было установить контакт с перуанцами, посмотреть, в каком состоянии находится их движение, и получить поддержку боливийской компартии. Боливийские коммунисты помогали нам с операцией Мазетти и в других делах. Там были люди, проявившие преданность идеям революции, сотрудничавшие с нами раньше и к тому же прошедшие подготовку на Кубе».