Андеграунд - Виктория Рогозина

любил своих родителей, только теперь признавал, что совсем не знал людей, которыми воспитывался. Постепенно стала доходить суть и опасность грозящая лишь от одного имени любого из родителей. Как могли они оберегали своих детей. Матвей смахнул непрошеные слёзы, мысленно повторяя, словно мантру: «Пусть все будет хорошо».

Грохот, с которым ввалилась стража, навёл на очень нехорошие мысли. Их было трое. Крупные в мощных доспехах, они быстро оценили ситуацию и схватили ничего не понимающих Матвей, Аню, некромага и священника. Их погрузили в Оскар, запирая, отделяя от основного мира и почти сразу повезли в неизвестном направлении.

Как только аппарат взлетел, один из стражников тяжело рухнул, гремя «доспехом».

— Вытащите меня отсюда, — послышался жалобный голос Витторины, отчего все вздрогнули. — Тем, я не могу, здесь воняет.

Тяжелый вздох из соседних доспехов сообщил о безграничном терпении оборотня. Его фигуру сложно было узнать в этой броне, но выглядела внушительно. Медленно поднявшись, он аккуратно поднял более маленькую фигурку.

— Кададжи, хватит ржать. Я все слышу, — в веселом возмущении заметила Марена. — Тем дай ему в бубен.

— Не могу, — оборотень, судя по голосу улыбался, ловко извлекая Витторину наружу. — Он шоколадку для тебя спёр с кофейными зёрнами.

— Ладно, тогда я с ним снова дружу, — женщина, вывалившись из доспеха, приняла из рук мутанта сладкий подарок и обернулась к друзьям. — Ну и? Чего такие кислые мины? Предупреждаю, для хорошего настроения кофейными зёрнами не делюсь, — Вита усмехнулась. — Ты посмотри какие ряхи отъели, пока мы скакали козлами.

— Нас кормили хорошо, — некромаг усмехнулся. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Ладно-ладно, уговорили, делюсь, — она ловко разделила шоколадка, в ожидании пока мужчины покинут замысловатый доспех. — Гоняли нас аки сивых меринов. Аж «Мерседес» купить захотелось.

— Как же твой «Оникс»? — насмешливо уточнил Рустем.

— Оникс — это святое. К нему даже дети не допускаются, — Витторина нахмурилась. Она вернулась на пассажирское кресло и закинув ногу на ногу, грустно вздохнула.

— Я заманалась, — призналась она.

— Вит, — протянула Анечка чуть испуганно. — Вы сбежали-то как?

Смерть заговорщицки переглянулась с Рустемом.

— Они все равно узнают, — Кададжи потёр больное плечо.

— Вот сам и рассказывай, — перевёл стрелки Беркутов.

Мутант скривился.

— Мам, я тут… — Матвей потупил взгляд и достал из рюкзака небольшой контейнер, в котором хранилось несколько пакетов с кровью.

— Рецидивист какой, — оборотень усмехнулся. — Но как нельзя вовремя. Кто-то гундел всю дорогу насчет своего голода.

— Это уж точно, я даже ворчать не буду и даже папе не скажу, — и приняв еду, тихо буркнула под нос. — Все равно он все из Катарсиса узнает.

Витторина вскрыла пакет с кровью. Она сидела потягивала содержимое будто томатный сок. Матвей в очередной раз поразился тому с какой скоростью его мама адаптируется, привыкая к новым условиям. И только сейчас стало заметно, что правая рука покрыта страшными пузырящимися ожогами. Но с каждым новым глотком крови, раны затягивались. Витторина перевела безмятежный взгляд на сына и, прочитав на его лице потрясение, сообщила:

— Тело слишком хрупкая вещь.

Матвей дёрнулся будто ему залепили звонкую пощечину.

— Это последствия моих возможностей. Я могу больше. А тело — нет.

— Это… — сын осекся пытаясь скрыть ужас.

— Слушай, а что стало с сёстрами по итогу? — вдруг перебил Рустем.

— Ты не заметил? — Вита в удивлении вскинула идеальные брови. — Ее Мор убил. Но ничего, теперь они точно вместе. Изначально их души были связаны.

— А как Смерть скажи…что там, по ту сторону жизни? — тихо спросил Кададжи, и все замолчали. Всем было интересно. Вита пожала плечами и залпом допила кровь из пакета.

— Смотря во что ты веришь. Мозг очень странная штука и подкидывает многочисленные варианты. Видишь ли, люди, умирают на Земле, но возрождаются на других планетах. И, судя по всему, не так уж много нас всех существует.

— Мама, — дрожащим голосом через силу выдавил из себя Матвей. — Ты ведь уже приходила в этот мир. Сколько это было?

— Я точно не помню, но гораздо больше, чем официально установлено, — она пожала плечами. — Если бы Миранда не сдала и эти появления остались без внимания. Я накладывала на себя морок, благодаря которому меня просто не могли вспомнить.

— Ты многих убила?

— Да, — не стала отпираться она. — И сделала бы это снова, если бы не Мстислав и мои друзья, которые каждый божий день доказывают мне, что этот гребанный мир не так уж и плох. Что он имеет право жить, — в ее голосе послышалась ярость.

— Не знаю, как остальных, а меня ты не напугаешь, — Анечка улыбнулась. — Я хорошо тебя знаю. Ты можешь быть жестокой, но для этого должна быть весомая причина.

— Согласен, — Беркутов коротко кивнул. — Мы тебя все равно любим, какой бы ты ни была вредной и противной.

— Да ну вас, — Витторина рассмеялась, и Матвей выдохнул. Шутка. Но в каждой шутке лишь доля шутки…об этом стоило помнить.

Ожоги почти затянулись. Женщина вздохнула и, положив голову на плечо оборотня, тихонько уснула. Рустем грустно улыбался. Мерно гудели двигатели Оскаров. Скоро их доставят к очередному Порталу. Дом все ближе и ближе.

— Я не понимаю вашей дружбы, — честно произнёс Матвей.

Оборотень перевёл на него задумчивый взгляд, а потом размеренно сообщил:

— Это сложно, соглашусь, — Рустем грустно улыбнулся. — Жестокость приобретённая черта, — вдруг серьезно протянул он, глядя в глаза подростку. — Иногда не оставляют выбора. Вспомни через что мы прошли. Думаешь, в данной ситуации было иное решение?

— Я не знаю, — Матвей покачал головой. — Ты же сам знаешь, мы живем в том мире, где такие радикальные меры нет смысла принимать.

— Верно, потому что их принимает старшее поколение. А мы когда-нибудь уйдём. И вот сможете ли вы сохранить тот мир, который для вас построили.

Матвей задумался. Как ни прискорбно, но оборотень определенно был прав. Их поколение было слишком слабым, но технически более продвинутым, инновационным. И они жили, не зная негатива.

Витторина сонно перевернулась, прижимаясь спиной к тёплому боку оборотня. Матвей задумался- насколько его маме спокойно с этим волком, что она может так спокойно отключаться для восполнения сил?! Насколько Рустем надёжен?! И ведь действительно надёжен, ведь он не бросал ее ни в одной ситуации, вытаскивая из самых опасных авантюр. Он, словно тень, был всегда рядом, готовый прикрыть собственным телом, не позволить умереть и совершить непоправимого.

— Хотел бы, чтобы и у меня были такие друзья, — протянул парень и Анечка тихо рассмеялась.

— Будут, наверняка будут.

— Вы ведь и в огонь, и в воду?

— Эта дура из-за меня завалила экзамен в Академию, — Анечка смешно сморщила носик, фыркнув при этом.

— Эта дура перед самым экзаменом умудрилась