Демон Жадности. Тетралогия - Юрий Розин

узор из линий вспыхнул, и я ощутил, как моя мана растекается по всему кораблю. Я почувствовал каждую доску, каждый трос, каждый парус и, разумеется, все приборы и двигатели. Корабль стал продолжением моего тела. Одной лишь силой воли я поднял паруса, развернул рули и направил «Голубя Войны» в сторону условленного места встречи.

Корабль плавно тронулся с места, набирая скорость. Я стоял у штурвала, но в нем не было нужды. Я смотрел вперед, на бескрайнее Небо, усеянное звездами и шальными Руинами.

###

«Голубь Войны» мягко пришвартовался у убогого причала на краю Руин Тихого Шепота. Место было безлюдным, тут редко останавливались суда и дежурило лишь несколько человек чисто на всякий случай.

Я спустился по трапу, поскрипывая под ногами грубым камнем. Нашел единственного портового рабочего — угрюмого типа в засаленной куртке, — сунул ему в руку пригоршню серебряных монет.

— Нужно отправить одно сообщение. Через вашу систему. Этот код, — я протянул ему смятый клочок бумаги с последовательностью символов, которую мне передал связной Кабана.

Мужик молча кивнул, деньги исчезли в кармане. Я вернулся на борт. Теперь оставалось только ждать.

Весь день я провел на корабле, пытаясь не думать о том, что грядет, и одновременно распланировать все возможные пути течения разговора с Кабаном. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая Небо в багровые тона, когда наконец раздался вежливый, но уверенный стук в дверь моей каюты.

Я глубоко вздохнул, распрямил плечи и открыл.

Глава 6

На пороге стоял Кабан. Тот самый человек с Бала Невинности. За его спиной, чуть поодаль, замерли двое его телохранителей. Даже без всяких окуляров я чувствовал их силу — ауры Предания давили на сознание, как физическая тяжесть. Они были подобны двум скалам, молчаливым и неотвратимым.

Я не дрогнул. Шагнул назад, приглашающим жестом указав на просторную, но аскетичную каюту.

— Прошу. Входите. Присаживайтесь, где удобно.

Кабан улыбнулся — тонко, без тепла. — Вежливо с вашей стороны, капитан Марион.

Он вошел, его телохранители остались у двери, слившись с тенями. Кабан выбрал кресло у стола. Я подошел к столику с напитками.

— Выпьете? Виски, пожалуй, единственное достойное, что здесь есть.

— Не откажусь, — кивнул он.

Я налил два бокала, протянул один ему. Он взял, поболтал жидкость, понюхал, но не отпил. Его взгляд уперся в меня.

— Итак, о троне. Где он?

Я сделал глоток, давая себе секунду на сбор мыслей.

— Произошел форс-мажор. На пути сюда на нас напал Великий Страж Амалиса. Я полагаю, он был либо посланником, либо наблюдателем от одной из… конкурирующих фракций в вашей империи. — Я сделал паузу, подчеркивая значимость. — Он попытался отобрать трон. В завязавшемся бою трон был уничтожен.

Глаза Кабана сузились. В каюте повисла напряженная тишина.

— Уничтожен? — его голос оставался ровным, но в нем появилась стальная нотка.

— Да. Но его содержимое мне удалось сохранить, — я медленно опустил руку в карман и вытащил браслет. Положил его на стол между нами. Дерево и металл глухо стукнули о деревянную столешницу. — Вот что было спрятано внутри. Истинная цель, не так ли?

Кабан не сводил глаз с браслета. Его пальцы слегка сжали бокал.

— Похищение трона, как я и предполагал, прошло максимально тихо. Но утаить кражу от такого стража… увы, не получилось. Сам Страж мертв. Мы его убили. — Я позволил себе усмехнуться. — Ценой больших потерь. Но шанс, что его покровитель в Роделионе знает о тайне трона, существует.

Я сделал еще один глоток, глядя ему прямо в глаза.

— Однако, судя по удивлению на лице Стража, когда трон разломился, об истинной ценности трона — об этом, — я кивнул на браслет, — ваши оппоненты вряд ли осведомлены. Так что я надеюсь, наша сделка остается в силе. Даже учитывая, что я теперь знаю, что именно вы искали.

Кабан молчал, его взгляд скользил между мной и браслетом. Я решил добавить последний аргумент.

— Если же вы решите, что сделка недействительна, и что я знаю слишком много… мои люди ждут в Баовальде. Если я не вернусь живым, они через принца Рилена сообщат королю Амалиса все, что знают об этом браслете. А король, я уверен, найдет способ передать эту информацию тем, кому она будет крайне интересна в Роделионе. Вам ведь не нужна лишняя огласка в и без того сложной игре?

Воздух в каюте взорвался движением. Женщина-телохранитель, что секунду назад была недвижимой статуей у двери, оказалась передо мной в мгновение ока. Ее пальцы, холодные и твердые как сталь, сомкнулись на моем горле с такой силой, что звезды поплыли перед глазами. Я даже не успел увидеть, как она двинулась.

Вне всяких сомнений, она была куда сильнее Великого Стража.

— Червяк! Как ты смеешь угрожать графу Роделиона? — ее голос был низким, шипящим, как у готовящейся к удару змеи. Давление на гортань усиливалось.

Я не сопротивлялся. Вместо этого я хрипло, с трудом выталкивая воздух, просипел:

— Угрожаю… потому что это… эффективно. Надеюсь… его сиятельство… это ценит.

И тогда раздался смех. Не громкий, но искренний, почти задорный. Смех Кабана.

— Отпусти его, Илса. Он абсолютно прав.

Пальцы разжались. Я откашлялся, потирая шею, и снова встретился взглядом с графом. Он смотрел на меня с новым интересом, как на любопытный экспонат.

— Представлюсь официально, — произнес он, отхлебнув наконец виски, — я — граф Барган фон Зейсмалин. И да, я не стану нарушать нашу сделку. При одном условии: ты забываешь о существовании этого браслета. Навсегда. Никогда и никому о нем не упоминаешь.

Я медленно кивнул, все еще восстанавливая дыхание.

— Это разумно. Я согласен.

— Я впечатлен, капитан, — продолжил Барган. — Не только твоими навыками — украсть трон и добыть это, — он кивнул на браслет, — менее чем за два месяца. Но и твоим характером. Силой воли. С такими данными в Коалиции ты закопан напрасно.

Он отставил бокал и сложил руки на столе.

— Брось эту игру в солдатика. Уходи из Коалиции. Переходи ко мне на службу. В Роделионе, с моей поддержкой, твой талант раскроется. Ранг Предания будет для тебя лишь началом. При удаче — сможешь достичь и Эпоса. А это… даже у нас вызывает уважение.

В голове мгновенно пронесся расчет. Роделион? Да, там ресурсов на порядки больше. Но под крылом графа я стану его инструментом. Мои перемещения будут ограничены, каждый мой шаг — под контролем.

Собирать достаточно золота для ненасытной Маски будет невозможно без его ведома, а раскрывать ее секрет — смерти подобно. И главное — месть. Пиратский совет Перекрестка останется безнаказанным, я буду заперт в империи