"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

Охранники наводили порядок: одни из них успокаивали вопящую толпу, другие открывали двери, третьи помогали сопровождать Импоса. Эбрим Лен визгливо кричал, призывая советников покинуть зал. Если бы те подчинились его требованиям, давка помешала бы вывести кадзе. Прибывшее подкрепление охранников оттеснило советников и их штат на нижний ярус.

Лейтенант Крендер и несколько его коллег удалили Импоса/Элта из помещения. По приказу Мэндиша массивные двери снова закрылись. Испуганные люди, оставшиеся внутри, не знали, что делать. Хэши толкали из стороны в сторону. Кто-то сбил его на пол, и он получил несколько болезненных ударов по бокам.

Сквозь рев обезумевшей толпы донесся крик Инджа:

– Всем сесть! Всем сесть, я сказал! Пригнитесь и приготовьтесь к взрыву!

Его свирепый приказ вызвал миг леденящей тишины. Но прежде чем кто-то успел подчиниться, зал содрогнулся от мощного грохота. Взрыв произошел неподалеку от двери. Одна из створок треснула сверху донизу. Пол и стены затряслись. Несколько человек упали на пол. От ударной волны воздух наполнился пылью. На головы людей посыпались куски штукатурки и мелкое крошево бетона. Затем все закончилось.

Советники ошеломленно смотрели друг на друга. Их бледные лица и волосы были покрыты пылью. Какое-то время они не могли поверить, что все еще живы. Кто-то стонал, кто-то плакал, кто-то истерически смеялся. На губах Лебуола появилась счастливая улыбка. Он поднялся на ноги и начал искать свои очки.

Вместе с Импосом/Элтом погиб еще один человек. Охранника из службы безопасности Руководящего Совета, сопровождавшего задержанного кадзе, разорвало в клочья. Лейтенант Крендер получил серьезное ранение: при взрыве он потерял часть левой руки. Но в остальном шеф Мэндиш предпринял эффективные меры, которые позволили сохранить многие жизни. Несколько служащих Совета и подразделения специального назначения получили контузию и были отправлены в госпиталь для оказания необходимой медицинской помощи.

Когда паника улеглась и порядок был восстановлен, президент Лен предложил отложить заседание, чтобы члены Совета могли прийти в себя. К его удивлению, советники решили продолжить заседание. С учетом чрезвычайных обстоятельств обсуждаемый проект закона тут же выставили на голосование, и, как следовало ожидать, он был отклонен – почти единодушно. Потрясенные взрывом советники не осмелились одобрить его. Ссылаясь на заявление Клитуса Фейна, они мотивировали свой отказ тем, что отделение полиции от Концерна рудных компаний ослабит боеготовность славных защитников правопорядка. Централизованная власть казалась им гораздо предпочтительнее атак террористов-кадзе.

Перепуганные советники побоялись взять на себя ответственность за личную безопасность. Кроме того, аргументы Фейна получили дополнительный вес, поскольку именно он был предполагаемой целью террористического акта. То есть угроза для благополучия людей исходила не от амнионов, а от врагов Концерна рудных компаний. Следовательно, разбираться с ней должен был Холт Фэснер.

Когда чрезвычайное заседание закончилось, капитан Вертигус, прихрамывая, направился к выходу. Его осанка была гордой и не усмиренной. Он по-прежнему оставался тем отважным и благородным человеком, который первым установил контакт с амнионами.

Койна Хэнниш не могла сдержать негодования. Взрыв кадзе заставил ее на время забыть о былом профессионализме.

– Как он проник сюда? – возмущалась она. – Неужели лучшая служба безопасности настолько беспомощна? Зачем же мы перевели охрану острова под управление шефа Мэндиша? Ведь я предупреждала его о возможной диверсии!

Форрест Индж уныло пожал плечами. У помощника шефа не было ответов на ее вопросы. Впрочем, гнев Койны имел другую причину. Она верила, что если бы кадзе не пробрался в зал, законопроект об отделении был бы принят. Хэши тоже считал это возможным. Он слышал аргументы Вертигуса, и они превосходили доводы Фейна. Даже советники, подкупленные Фэснером, склонялись к мнению Вертигуса. Однако несмотря на результат, директор Лебуол полагал: заседание прошло успешно.

Уорден утверждал, что жизни Койны ничего не угрожало. Очевидно, Диос имел в виду, что целью террористов будет не она. Прежние атаки на капитана Вертигуса и Годсена Фрика не предполагали такой тенденции. Они имели другое направление. После гибели Натана Элта и поражения Вертигуса на заседании Совета Хэши начал понимать, откуда исходила реальная угроза. События в потоке времени проясняли друг друга. Но с другой стороны, Лебуол не знал, что могло случиться дальше.

Мин

Когда вой бортовых сирен возвестил о пожаре, она направлялась на мостик. «Каратель» приближался к огромному астероидному рою, где скрывалась контрабандная лаборатория Динера Бекмана. Мин хотела узнать последние новости и вернуться в каюту, но неожиданный вой сирен изменил ее планы. Она раздраженно выругалась. Инстинкты подвели ее: она не почувствовала вибраций корабля, предвещавших критическую ситуацию. Теряясь в догадках, Мин поспешила в командный центр крейсера.

Оказавшись на мостике, она первым делом осмотрела дежурную смену. Долфин Юбикви еще не прибыл. Третий помощник капитана Харджин Стоувал сидел за командным пультом и отдавал приказы через интерком. Системотехник и инженер вели анализ повреждений. Остальные офицеры хмуро выполняли свои служебные задачи, надеясь, что аварийной команде удастся предотвратить возникший пожар.

– Статус! – потребовала Мин.

Стоувал прервал свои переговоры с руководителем ремонтной группы. Он не заметил появления Доннер, но услышав ее голос, тут же повернулся и отдал салют.

– Директор Доннер, у нас пожар.

Харджин назвал номер секции корабля, которая располагалась неподалеку от ядра.

– Пока мы не знаем, что там случилось, но ситуация очень сложная. Температура поднялась до таких пределов, что плавится жаропрочный пластик. Мы уже имеем двух погибших и одного раненого.

Немного помолчав, он добавил:

– Я хотел бы отправиться туда. Если вы примете команду над сменой…

Мин кивнула головой.

– Ступайте.

Судя по отзывам Долфина, Стоувал был именно тем человеком, который мог возглавить аварийные работы. Мин надеялась, что капитан Юбикви не обидится на нее, если она немного поруководит дежурной сменой. Как только Харджин отстегнул ремни и направился к трапу, она оттолкнулась от переборки и подлетела к командному пульту. Мин не стала садиться в капитанское кресло. Остановившись у края консоли, она быстро осмотрела экраны и показания датчиков, а затем повернулась к офицерам.

– Что еще мне нужно знать для оценки ситуации?

Команду на мостике составляли офицеры из разных смен: обычная ротация сместилась, компенсируя возникшие потери. Стрелок Глессен и связистка Крей покачали головами.

– Мы достигли границы роя, – доложил пилот Пэтрис. – Через час можем начать полет к лаборатории.

Штурман Порсон яростно вводил команды. Почувствовав на себя взгляд Мин, он мрачно произнес:

– Похоже, мы потеряли сенсорный блок. Тот, на котором мы работали с тех пор, как вы взошли на борт, директор. Мне кажется, пожар возник от замыкания.

– Компенсируйте потерю, – велела Доннер. – Скажите пилоту, каким должно быть вращение, чтобы сохранить обзор. Мы не можем позволить себе слепых пятен. Системотехник, это ваша область. Что случилось?

Системотехник Байделл была молодым офицером. Когда Мин обратилась к ней с вопросом, она испуганно вздрогнула и залепетала:

– Инженерная группа… Компьютер…

Возможно, ей не хватало опыта, или она просто устала от долгого полета.

– Я не знаю, директор.

Казалось, что Байделл вот-вот заплачет.

– Проведите реконструкцию событий, – велела Мин.

Пусть с усталостью Байделл разбирается Долфин. Доннер не могла брать в расчет индивидуальные особенности людей, с которыми была едва знакома. Тем не менее она не собиралась позволять им бездействовать, пока их судно горело.