Мир приключений 1974 - Николай Коротеев

— Подумать только, что эта крохотная звездочка и есть наше Солнце! — глубокомысленно заметил Эо, от нечего делать всматриваясь в экран.

— У тебя слабое воображение, друг мой, — откликнулся Ант Брага; склонившись над пультом, он готовил корабль к последней в этом дежурстве пульсации.

Корабль Службы патрулирования возвращался на Землю после двухнедельного полета по периферии Солнечной системы.

Дежурство выдалось спокойное — за все время им не встретился ни один корабль из тех, что возвращаются на Землю, что, в общем, было большой редкостью. Эо, молодой стажер из Ласточкина гнезда, изнывал от безделья. Хорошо хоть, что нудное патрулирование на исходе. По сути дела, оно уже закончилось. Минут через пятнадцать корабль наберет скорость, необходимую для пульсации, затем глубокий обморок прыжка — и Эо с Антом очнутся уже над Землей.

Эо посмотрел на суровое лицо командира, и ему захотелось сделать Анту что-нибудь приятное. Ант уже двадцать лет водит корабли службы. Эо узнал его недавно и сразу же успел пустить в оборот фразу, которую с улыбкой повторяет вся Служба патрулирования: «Суровый Ант не презирал сонета». Знает ли Ант об этой шутке? Если и знает, то виду не подает. Вот вернется он, Эо, к обязанностям биолога и навсегда расстанется с «суровым Антом»…

— Послушай, Ант… — начал Эо.

Командир корабля посмотрел на него.

— Поедем после полета ко мне, на Ласточкино гнездо? — предложил Эо.

— А что у вас там хорошего?

— В горах побродим, в море поплаваем, позагораем, отдохнем… Обещаю тебе солнце чуть побольше этой звездочки, — сказал Эо.

— Посмотрим.

— Увидишь места, где жила и работала Зарика Борца, — продолжал Эо.

— Зарика? — переспросил Ант. — Разве она работала в тех местах?

— С самого начала, когда вернулась на Землю. Говорят, это она назвала биостанцию близ Чертова пальца Ласточкиным гнездом, — сказал Ант.

— Может, это и выдумки, — скептически заметил Ант. — Знаешь, великие люди еще при жизни обрастают легендами. А давно это было?

— Тысячу лет назад.

— За тысячу лет и камень мохом обрастет, — сказал Ант.

Последние минуты перед входом в пульсацию были самыми томительными. Почему бы не заполнить их мало что значащим разговором?

— Послушай, Ант, — снова начал Эо, — есть у тебя кто-нибудь в космосе?

— Глубинном?

— Да.

— Есть у нас в семье предание, что какой-то предок улетел когда-то на корабле дальнего поиска. Но ни имени его, ни названия корабля никто не знает. Тоже, наверно, легенда, — произнес Ант.

— Как сказать… Может, ты его и встретишь когда-нибудь здесь, на границе Солнечной, когда он будет возвращаться домой.

Ант сделал жест, означающий, что реплика Эо не заслуживает ответа.

— Пора входить в пульсацию, — сказал Эо. — Погоди, — ответил Ант.

Среди работников Службы патрулирования бытовало выражение: «вслушиваться в приборы». Апт и вслушивался в приборы, стараясь уловить то, чего еще нельзя было прочесть на языке стрелок и шкал. И хотя обзорный экран был девственно чист, интуиция не обманула Ант а. Через несколько минут стало ясно, что к границам Солнечной системы приближается корабль. Приготовления к пульсации пришлось отменить.

— Твой предок летит! — ухмыльнулся Эо.

— Прибереги шутки, — оборвал его Ант. — Займись своим делом. Постарайся все сделать на ходу, чтобы мы их не задержали. Люди и так истосковались по Земле.

— Они-то, может, летели совсем недолго по ракетному времени… — произнес Эо.

— В космосе каждый год десятка стоит, — ответил Ант пословицей, популярной среди звездолетчиков.

Вскоре вся Служба патрулирования была оповещена о том, что из пространства возвращается на Землю древний космический корабль.

По форме фотонного отражателя Ант Брага прикинул век, в котором корабль мог стартовать с Земли. «Неужели двадцать второго столетия?» — с волнением подумал он.

Эо, пока дело не дошло до биологической проверки членов экипажа, помогал командиру корабля.

— Инфращуп определил какие-то выпуклости на борту звездолета, — доложил он.

— Ну-ка, покажи, — заинтересовался Ант и, глянув на электронную развертку, расхохотался.

Эо и сам понял свою оплошность.

— Это же буквы! — сказал Ант. — Буквы на борту.

— Странной формы, — оправдывался Эо.

— Мне знакомы такие письмена, — произнес Ант и медленно прочел название старинного корабля: «О-Р-И-О-Н».

Между тем автоматика выдавала данные замеров, собирая их на одной ленте дешифратора.

— Как посудина? Сильно пострадала? — спросил Эо, скрывая волнение: такие старые корабли он видел только в Музее звездоплавания.

— Не очень, — сказал Ант. — Механизмы устарели, но вполне надежны.

— Что ж, посмотрим, что там по моей части, — пробормотал Эо.

Нажатие кнопки — и перед ним возникла на экране капитанская рубка «Ориона». Несколько человек сидело перед огромным примитивным экраном, всматриваясь в нечеткие изображения, проплывающие в глубине его. Человек, сидевший ближе всех к пульту, — видимо, капитан — обе руки держал на рычагах. Время от времени он трогал свою рыжую бороду, в то время как глубоко запавшие глаза перебегали с прибора на прибор. Эо обратил внимание на его сильные, жилистые руки. Даже когда к нему обращались орионцы, капитан, отвечая, не отрывал взгляда от командного пульта.

«Орион» шел на средней тяге, и сила гравитации на борту корабля была близка к земной, так что позы, которые принимали орионцы, выглядели вполне естественно; только вот одежда их казалась Анту и Эо диковинной и неуклюжей.

— Приличная все-таки скорость для такой посудины, — заметил Ант.

— А что! Наши предки были, как видно, тоже не промах, — сказал Эо.

Ему пришлось пустить в ход все свое умение, всю сноровку, приобретенную в Ласточкином гнезде. Глаза его пробегали всё новые и новые данные биологического анализа, доставляемые автоматическими приборами. А когда выдавалась свободная секунда, он жадно приникал к экрану, наблюдая чужую диковинную жизнь.

Рядом с рыжебородым капитаном стоял, облокотившись на пульт, штурман. Тонкое, узкое лицо его подергивалось от волнения. Он что-то быстро говорил капитану, время от времени показывая на какой-то прибор, расположенный на пульте. Капитан изредка кивал, соглашаясь. В ответ на его реплику штурман вдруг весело оскалился, отчего его лицо помолодело.

Люк отворился, и в капитанский отсек, чуть пригнувшись, вошел еще один человек.

— Погляди, Ант! — крикнул Эо, указывая на вошедшего. — Он похож на тебя, честное слово!