Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

Больше нет пути назад.

* * *

Я ошиблась. Это была не оранжерея. Это был бывший бассейн. Но он уже десятки лет не видел воды. Стоки заросли сорняками. Плитка в облицовке почти полностью обвалилась, а та, что уцелела, либо выцвела, либо потрескалась. В прошлом это место явно было очаровательно. Теперь же оно годилось только как декорация для крутого фильма ужасов.

– Дочь моя! – Голос отца эхом отразился от стеклянных стен и кафельного пола.

Танатос стоял посреди осушенного бассейна и приветствовал меня, протягивая руки. На нем было плотное зимнее пальто с меховым воротником. Так он становился похожим на русского аристократа. Взгляд его льдисто-голубых глаз пробудил во мне чистую ярость. На самом деле я ее не испытывала, но ощущала, как она билась в своей тюрьме внутри меня.

Тристан послал мне понимающую улыбочку, полную сарказма, прежде чем по широким ступеням спуститься в бассейн. Я решительным шагом пошла за ним. Чем быстрее мы оставим всё это позади, тем быстрее я смогу выбить с лица моего отца эту высокомерную усмешку.

– Как здорово, что ты нашла к нам дорогу, – вкрадчиво проговорил он.

Под «нами» он наверняка имел в виду многочисленных ведьм, которые заняли позиции вдоль стеклянных стен. На грязных стеклах за их спинами кто-то кровью нарисовал огромные печати. Однако не это было самое жуткое. В центре бассейна были сложены все черные ациамы. Кто-то выложил из них гигантский круг. Кончики лезвий были направлены внутрь, на одиноко стоящий металлический табурет.

Танатос сделал приглашающий жест в его сторону.

– Присядь же!

Сейчас я была еще более благодарна за то, что мои эмоции заперты. В противном случае я бы уже давно описалась от страха. Тем не менее я была не так глупа, чтобы проигнорировать свои сомнения.

«Всё нормально, малышка», – голос Люциана скользнул в мои мысли. Я незаметно осмотрелась, пытаясь его найти. Он сидел в углу бассейна на табурете, похожем на тот, который стоял в середине кошмарного ритуального круга. Правой рукой опирался о колено, держа запястье над пластиковым контейнером. Последний был нужен, чтобы собирать кровь, которая стекала из глубокой раны у него на руке. Судя по звукам, контейнер был уже почти полным. Несмотря на это, Люциан не выглядел ни истощенным, ни взволнованным. Он даже ободряюще подмигнул мне, прикрываясь буйными темными локонами.

«Кажется, не только у тебя есть виды на мои внутренние ценности», – пошутил он, глядя на свое окровавленное запястье.

Я улыбнулась в ответ. Ясно, что Люциан старался сделать так, чтобы я перестала бояться. Он же не знал, что я полностью заблокировала все чувства. Соответственно, он не ощутил и той волны счастья, которая накрыла меня при виде него.

«Только в виде исключения, – ухмыльнулась я. – Не люблю тобой делиться…»

До меня донеслось дикое рычание. Сразу после этого меня подхватили и грубо усадили на табурет в центре круга из ациамов.

– Тристан! Будь полюбезнее с моими гостями, – поругал его отец, явно не всерьез. Он оттолкнул от меня своего любимого приспешника и прижал руку к груди в притворном возмущении.

– Ты должна его простить, – театрально взмолился Танатос. – Тристан лишь переживает за твою репутацию. По его мнению, моя дочь не может иметь дело с развратным демоном.

Тристан хмыкнул и вытащил кинжал. Последний недостающий черный ациам. Он положил его к остальным, замкнув тем самым пугающий круг вокруг меня.

– И я могу его понять, – продолжал мой отец. – Меня ведь должны беспокоить твой неуместный выбор партнера и бесстыдная демонстрация твоей импульсивности. Но я же знаю, что ты делаешь это просто из упрямства, чтобы ранить твоего бедного старого папу. – Он страдальчески вздохнул. – Хотя в отношении твоей невинности поезд уже ушел, не так ли?

Я вновь отреагировала безэмоционально. Не зацикливаясь на его оскорблениях, я спросила:

– Где Лиззи?

Танатос захихикал. Он достал из нагрудного кармана своей темной рубашки мобильный телефон. Держа мобильник обеими руками, он большими пальцами набрал сообщение. Это хорошо, потому что означало, что мы не застряли в зоне вне сети.

– Скажи-ка, Люциан, – проговорил отец, не поднимая сосредоточенного взгляда от дисплея, – а что думает твой отец об интрижке с Ари?

Люциан тихо засмеялся:

– Ты напрасно тратишь воздух, человек!

Я сдерживала улыбку. Мы договорились не позволять отцу нас спровоцировать. До этого момента, похоже, у нас получалось. Однако так мы еще сильнее раззадоривали Танатоса…

Внезапно на краю бортика открылся портал-призма. Через переливающуюся дымку прошел коренастый мужчина низкого роста с конским хвостиком. Его шевелюра так блестела, что создавалось впечатление, будто он вылил на нее весь тюбик геля для волос. И очевидно, волосяной покров головой не ограничивался. Под открытым воротником выглядывали кустики темных волос. На груди висела золотая цепочка с подвеской-крестом.

За руку он волок за собой рыжеволосую медсестру. Целая гора камней упала у меня с души. По-видимому, с Лиззи всё было хорошо. Ее немного шатало, как если бы она была пьяна, но она была невредима.

«Он накачали ее успокоительными», – проинформировал меня Люциан.

Ладно. Это было в тысячу раз лучше, чем манипуляции Тристана.

– Видишь, Ариана. Мы примерно вели себя с твоей подружкой.

Танатос злобно улыбался мне. А я четко поняла, что он бы без промедлений убил Лиззи, если бы я все еще не была ему нужна. Точно так же, как я уничтожила бы Танатоса, если бы моя жизнь, как назло, не оказалась связана с его.

Вот что называется патовой ситуацией.

По крайней мере, мы с отцом сходились во мнении, что наш статус-кво был неприемлем.

– Неро! Готовь ритуал! – прикрикнул Танатос на крепкого мужчину с хвостиком. Имя заставило меня навострить уши, и я разрешила себе повнимательнее приглядеться к этому Неро. Так это был временно бывший муж Полины?! Тот самый, что вел дела с Белом, Викториусом и, стало быть, с Танатосом? Так или иначе, принципов у него явно не было никаких…

Неро передал Лиззи на попечение двух ведьм. Затем он легко спрыгнул в бассейн и направился прямиком к Люциану. Он взял сосуд с его кровью, погрузил туда руку, и его ведьминские ободки в глазах загорелись. Невероятно низким голосом он начал что-то декламировать. Потом он вышел из круга ациамов и вылил содержимое контейнера на кинжалы. Теплая кровь Люциана шипела, попадая на ледяной металл.

– Теперь ты понимаешь, как великолепно я выбрал место, – веселился Танатос. – Такого рода ритуал всегда оставляет после себя ужасный беспорядок. А здесь можно всё просто смыть! – Он пребывал в омерзительном восхищении. – Кстати, когда-то здесь была