Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

всевозможных раскрасок, рядом издавали резкие лающие звуки животные, напоминавшие буйвола. По двору взад вперед сновали мужчины и женщины, один из них, поманил его к себе пальцем. Никитин подошел к нему и коротко поклонился.

— Чего тебе надо парень? — его глаза быстро обежали его одежду. — Вроде бы наниматься в работники ты не спешишь.

На несколько мгновений все замерли, рассматривая пришельца, потом беготня возобновилась, только молоденькие девушки, пробегая мимо с любопытством, глядели на его светлые волосы.

— Мне к тысячнику надо. — просто ответил Сергей.

Лицо мужчины сразу помрачнело.

— Не случилось ли чего! Может быть, опять «мохначи» появились? — тревожно спросил он.

— Да нет, все спокойно, он мне велел сегодня к нему придти.

— А— а тогда другое дело. — мужчина с облегчением вздохнул. — Я Провк, управляющий и старший над слугами и рабами. Пошли я тебя провожу к нему.

Управляющий вперевалочку пошел к дому, Сергей последовал за ним. Войдя в дом, они прошли через несколько комнат, судя по запахам, здесь была кухня, и по скрипучей лестнице поднялись на второй этаж.

Здесь они сняли обувь и, пройдя через комнату, завешанную всевозможными шкурами, остановились перед пологом, из-за которого доносился веселый девичий смех и звук льющейся воды.

Провк, без церемоний откинул полог, и они зашли вовнутрь. Красный, распаренный тысячник сидел в огромной кадушке. Вокруг него суетились две обнажённые молодые женщины, которые временами поливая на него из ковша. Хозяин довольно фыркал и временами старался ущипнуть то одну то другую женщину, те ловко уклонялись от его рук и весело хохотали.

Тяжёлая голова Зонтера повернулась в их сторону.

— А Провк, чего там у тебя?

— Вот этот парень говорит, что вы его хотели видеть.

Тысячник некоторое время с недоумением смотрел на него, видимо пытаясь сообразить кто, он такой, потом вспомнил.

— Вот что Провк покажи парню, где он сможет переночевать, ну ты знаешь… Я скоро выйду, ну там за ужином мы с ним и поговорим.

Сотник махнул рукой, и управляющий потащил его за собой. Одев обувь и вновь спустившись на первый этаж, они прошли дальше вглубь дома. Управляющий открыл одну из дверей, и они вошли в большую комнату, где было с десяток лежанок, многие из которых были уже заняты.

— Вот здесь и располагайся. Вот эти две лежанки свободны, располагайся на любой из них.

Никитин окинул взглядом это полутёмное помещение, от которого разило крепким мужским потом и ещё чем-то кислым, потом подошел к лежанке, потрогал тощий матрас, набитый соломой и хмыкнул. Потом обернулся к управляющему и спросил:

— А что-нибудь получше здесь есть, для одного человека.

Провк от изумления даже разинул рот, потом крякнул и начал выговаривать ему:

— Если здесь всякие будут…

Никитин перевал его тираду на полуслове.

— Я не всякий Провк… — со значением сказал он, посмотрев в его глаза.

После чего сунул руку в боковой карман и достал мелкую золотую монету. Никитин повертел её между двумя пальцами и протянул монету управляющему. Тот, приоткрыв рот с удивлёнием переводил взгляд с монеты на него, через мгновение его лицо стало улыбчивыми и услужливым. Его рука быстро выхватила монету у него. Сунув её в рот и прикусив, он сразу засуетился.

— Есть комната, есть, как не быть парень, сейчас всё тебе сделаем. — он торопливо повёл Никитина из этой комнаты.

Они прошли ещё немного и вновь поднялись на второй этаж, где помещались комнаты для более привилегированных гостей.

— Вот это другое дело — вслух сказал Сергей, разглядывая комнату.

Большая резная кровать, широкий стол, пара стульев, несколько разных размеров плетёных коробов и шкуры, шкуры, шкуры. На полу был ковер, сшитый из множества серых шкурок. Стены украшали пара медвежьих и еще, чьих то мохнатых с белым хвостом.

Конечно, на взгляд современников Сергея эта комната была довольно просто обставлена, но по здешним меркам — довольно богато. Соседняя комната явно предназначалась для водных процедур, в полу была даже проделана небольшая дыра для слива воды.

— Ну что же здесь жить можно. — одобрительно произнес Никитин ставшему таким предупредительным управляющему.

Он снял куртку, открыв свой кинжал, взглянув на который Провк окончательно уверился, что его владелец человек явно не простой. Никитин даже прочел на его лице опасение, что такой гость как бы не пожаловался сотнику, что его сперва хотели поместить к слугам.

— Может быть, господин желает ополоснуться с дороги?

Молодой господин не возражал, и управитель помчался вниз. Минут через пять двое дюжих мужиков втащили большую кадушку, а четверо служанок принялись торопливо наполнять её горячей водой.

Двое из них наиболее смазливые остались в комнате, что бы выполнять его приказания, но Никитин, сунув им в руки по мелкой жемчужине, выгнал их вон, после чего с наслаждением окунулся в воду.

— Ох, и хорошо как! — он с наслаждением почесал зудящую от укусов насекомых правую руку.

Намылившись мыльным корнем, он смыл пену из оставленного ведра, и попытался, вытереться жестким здешним полотенцем, но оно сильно царапало ему кожу. Оставляя мокрые следы на полу, он двинулся к своему рюкзаку и достал оттуда, одно из своих мягких полотенец, которые он захватил с собой при побеге из деревни и с наслаждением вытерся.

Потом вытащил и одел чистые трусы и рубашку. Мягкое полотенце, сделанное ещё в деревне руками его названной сестры, всколыхнуло вдруг воспоминания о тех временах. Временах которые казались, были давным-давно, хотя после побега прошло не так уж много времени.

— Как там поживают мои подружки?

От дальнейших сентиментальных воспоминаний его отвлекло неожиданное появление служанки, которая на скверном торговом пригласила его на ужин.

Никитин благодарно кивнул ей головой, и она попятилась обратно, не спуская удивлённого взгляда с его трусов, видимо такая деталь одежды была здесь в диковинку.

Сергей сунул, было руку в карман рюкзака за зеркальцем, запоздало, вспомнив, что он подарил его тогда в джунглях своёй амазонке.

— Ладно, и так сойдёт.

Он причесал костяным гребнем свои волосы, мимоходом заметив, что они сильно отросли и уже свободно спадают с плеч. Надев штаны и куртку, он прицепил кинжал, и отправился вниз.

Стол здесь накрывали прямо на улице, с одной стороны сидел хозяин дома, рядом с ним сидело три женщины. Самой старшей было где-то под сорок, второй двадцать с небольшим, третьей было, где то восемнадцать.

— Шустёр дядя! — одобрительно подумал Никитин и легким поклоном поприветствовал всех присутствующих.

Никитин на мгновение замешкался, не зная куда сесть. Хозяин что-то, добродушно рыкнув, указал ему рукой, где-то за четырьмя мальчиками, разного возраста. Самый старший сидел ближе всех к отцу. Всего