Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

Кажется, светловолоска ещё что-то говорила, потому что я моргнул и неожиданно увидел девушку с посиневшими от холода губами, сидящую на коленях прямо напротив меня.

— …не скажешь?

— Что не скажу?

— Откуда у тебя эти шрамы. Они… — она робко дотронулась до того, что осталось от моей сорочки, — выглядят просто ужасно.

Перехватил её руку. Гниющие трупы, Джейн действительно замёрзла!

— Зато ты делаешь просто отличные комплименты, — криво усмехнулся, прекрасно представляя, насколько пугающе должна выглядеть сейчас моя улыбка.

Разбитые губы, судя по боли в челюсти — синяк на скуле, запёкшаяся кровь.

— Да я же за тебя волну… — начала возмущаться леди Оллроу, но я перебил.

— Не интересует. Молчи и слушай. У нас нет времени на то, чтобы здесь рассиживаться. Сейчас ты поднимешь свой прекрасный зад, опустишь лиф… нет-нет, не подтянешь, а опустишь, я сказал. Развяжешь эту убогую косу, или как там называется твоя причёска, состроишь милую рожицу и позовёшь охранника. Скажешь ему, что замёрзла, поняла? Попросишь отвести в уборную. Там включишь горячую воду в раковине и будешь греть руки. Дверь не запирай.

— Кай, но зачем? — Огромные дымчато-голубые глаза Джейн изумлённо распахнулись. — К нам уже вот-вот должен прийти врачеватель, он тебя посмотрит, залатает, а заодно и с жандармами поговорим. Объясним, что всё это одно большое недоразумение, драться ты не хотел, но тебя заставили. На худой конец заплатим штраф, ну что там ещё может быть?

— Дже-е-енни, — протянул я нарочито медленно, перекатывая на языке ласкающие звуки её имени, — ты действительно считаешь, что жандармам можно сказать, что мы оказались в «Старом лосе» случайно?

— Ну, если нет, — тут же стушевалась девушка, — то объясним, как есть. Правду расскажем. К тому же неужели ты никогда не оказывал услуги жандармерии? Неужели тебя никто здесь не знает в лицо? Кай, ты же сыщик! Тебе обязательно должны поверить!

Вот то-то и оно, что я сыщик, и слишком многие знают меня в лицо. Я не питаю иллюзий насчёт служителей жандармерии. Ленивых идиотов вроде инспектора Шейна Теренса, которые по тем или иным причинам точат на меня зуб, в участке большинство. Да что там! Некоторые жандармы мечтают о том, чтобы засадить ненавистного Короля Лжи в каменный мешок до конца жизни. А тот же комиссар Маркус Лейк своего не упустит и сдерёт с меня десять шкур взамен на то, чтобы выпустить. Благо под коркой из крови и пыли, со сломанным носом и в порванной рубахе на меня до сих пор никто не обратил внимания. Но леди Оллроу незачем знать о характере моих взаимоотношений с городскими службами.

— А где, кстати, картечный пистоль? — неожиданно поинтересовался.

— Так в кармане твоего пальто. — Девушка обхватила себя руками, тщетно пытаясь согреться. — Меня не обыскивали, а я, когда пыталась тебя привести в сознание, машинально сунула его туда.

— Хм-м-м, — улыбнулся, — то есть у меня под головой сейчас находится запрещённое к использованию и даже хранению в Лорнаке оружие, на котором совершенно точно присутствуют твои отпечатки пальцев.

— Но это же твой пистоль, — неуверенно возразила леди Джейн.

— А может, твой? При открытии сейфа я использовал энергию браслета, то есть магическая экспертиза укажет на остатки твоей ауры, да и отпечатки пальцев при тщательном исследовании подтвердят, что ты держала пистоль в руках и даже целилась из опасного оружия. Ай-ай-ай… — Покачал головой, прицыкивая языком.

Про магическую экспертизу я, конечно, блефовал. Сейф в моём доме был одним из лучших, и это его дверца впитала все эманации. Но сейчас мне было на руку, чтобы девчонка действительно испугалась и исполнила все мои указания неукоснительно. Лицо Джейн вытянулось от удивления и понимания.

— Да-да, крошка, я не брезгую шантажом. Я вообще не брезгливый, — добавил с нажимом.

На долю секунды по лицу леди Оллроу пробежала тень презрения. Уголки губ опустились вниз, кончик подбородка наоборот поднялся, скулы чётко прорисовались. Всё это произошло за какую-то крошечную, ничтожную долю секунды, следом за которой все мышцы лица расслабились, а глаза стали отчуждённо-холодными. Леди медленно встала, демонстративно поправила корсет, подошла к решётке и громко крикнула:

— Эй, кто-нибудь! Мне очень надо в уборную. Пожалуйста! Я замёрзла!

Откинулся на импровизированную подушку из верхней одежды и прикрыл ресницы, стараясь не думать о том, почему так паршиво себя ощущаю. Всё это, разумеется, от ранений. Иначе и быть не может.

Краем уха услышал, как леди Джейн флиртует с охранником и просит провести её в дамскую комнату. Всё правильно, малышка, всё верно. Даже из-под прикрытых век я видел, как метают молнии серо-голубые глаза, как бешено бьётся жилка на тонкой шее, но женский голос при этом остаётся сладким, словно акациевый мёд.

— А вы меня проводите? Да, здесь ужасно холодно…. Ваш жакет? А так можно? Что вы, конечно, я с радостью…

С трудом удержался от того, чтобы не фыркнуть во весь голос. Жандарм загромыхал решёткой, выпустил леди Джейн.

— Эй, а ты что, сдох, что ли? — донесся до меня недовольный мужской голос. — Гм-м, ладно пускай Патрик сам с документами разбирается. И так должен до потолка прыгать от радости, что я взял его смену.

Правильно, проваливай скорее, тебе здесь делать нечего.

Вновь загрохотала решётчатая дверь.

Я продолжал неподвижно лежать на полу и отсчитывать секунды. Досчитав до сорока трёх, а именно столько требовалось, чтобы выйти из общего коридора с камерами, с трудом поднялся со своего места. Голова кружилась, перед глазами плыло, всё тело адски болело. С колоссальным трудом натянул пальто на себя и застегнул на все пуговицы, чтобы рваная сорочка не бросалась в глаза, а затем, шатаясь, подошёл к кованой решётке. Нащупал силу. Резерв за время моего беспамятства почти не пополнился, организм отдавать имеющиеся крохи явно не собирался.

Хм… Придётся зачерпать магию из жизненных ресурсов. Опасно, конечно, в текущем состоянии велик риск выгореть или вовсе свести себя в могилу, но попытаться я просто обязан. На кону стоит слишком многое, а если идиоты на государственном попечении вспомнят, что не обыскали мой полутруп, то, пожалуй, дела обернутся совсем скверно. Прикрыл ресницы, расслабился, чтобы увидеть едва пульсирующий светло-салатовый кокон в районе сердца, напрягся и рывком вырвал тонкую нить, что светилась тусклее остальных. Как сдержался и не завопил от боли – не знаю. По ощущениям