Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

«Нам татарам все равно, что водка, что пулемет — лишь бы с ног валило!» — промелькнуло в голове «верхнего» Дениса, сразу после того, как последний, шестой мечник схватился за горло в тщетной попытке вырвать из него дырокольный болт. И тут же, часть своры, до этого занятая Шэфом, бросилась к Денису — как будто получила новый приказ, уж больно синхронно все было выполнено. И в этот же момент «верхний» и «нижний» Денис воссоединились, чему «верхний» был очень даже рад — а то как-то неудобно получалось: «нижний» воюет за себя и за того парня, а «верхний» чуть ли не попкорн жрет в это время. Единственное чего было жаль — из головы исчез как «обзорный» экран, так и «кадры» целеуказаний… но ничего — поработаем вручную, решил Денис и сразу же приступил к реализации намеченных планов.

Естественно, все эти события происходили неизмеримо быстрее, чем были описаны — указательные пальцы Дениса, лежащие на курках обоих дыроколов, двигались со скоростью челнока швейной машинки, а сами дыроколы, ставшие смертоносным продолжением его рук, непрерывно совершали короткие, экономные движения, необходимые для перенацеливания.

Если бы его смог увидеть в этот момент кто-то из землян, то был бы сильно удивлен сходством Дениса, облаченного в черный металлический комбинезон, с терминатором из «жидкого металла», а то что он вытворял и вовсе было «плагиатом» сцены с тем первым, легендарным терминатором — из первой серии, когда тот крушил с двух рук, из автоматов, полицейский участок, оставаясь неуязвимым для ответного огня.

Единственное, но коренное отличие было в том, что терминатор — Шварценегер двигался с чувством собственного достоинства: медленно, равномерно и прямолинейно, как идеальное тело из школьного курса физики, а Денис же, наоборот, пытался повторить поведение летающей тарелки, которая внезапно меняет скорость и направление движения — проще говоря, петлял как заяц.

Кстати говоря, шкальный ответный «огонь», если можно так выразиться в отношении дротиков, стрел из луков и болтов из арбалетов, присутствовал и здесь, не нанося, впрочем, существенного вреда, не совместимого с жизнью или потерей «трудоспособности», хотя разницу между шкирой с включенной батареей и шкирой с выключенной батареей Денис прочувствовал на своей, так сказать шкуре. Разумеется стрелы, болты, дротики, копья и мечи по — прежнему отскакивали от непробиваемой «кожи», но… чего греха таить… — разница присутствовала!

И если попадания стрел, выпущенных издалека, особого вреда не приносили — чувствовался легкий тычок и все, то стрелы выпущенные с близкого расстояния и попавшие не вскользь, ощущались вполне по — взрослому, а уж дошедшие до цели тяжелые удары дротиков, копий и мечей хотя и не травмировали Дениса, но синяки без всего сомнения оставляли, а уж прицел сбивали наверняка, и зачастую отшвыривали на шаг или даже два.

Один раз он даже был сбит на землю мощным ударом двуручного меча, но сумел мгновенно откатиться в сторону, избежав погребения под грудой подбегавших меченосцев, и быстро вскочить на ноги. И это несмотря на то, что Денис ни секунды не оставался на одном месте, а его передвижения были в достаточной мере хаотичными чтобы сбивать врагов с толку, и большинство остро заточенного металла, направленного в него, пролетало мимо.

Поэтому не стоит думать, что Денис расстреливал оппонентов легко и просто, как мишени на олимпийском стрельбище — если бы не его непрерывные перемещения и не убийственная, в самом прямом смысле этого слова, меткость, то враги просто задавили бы его числом, сбили на землю, рано или поздно содрали шкиру и… — в общем, ничто не ново под луной: или ты — или тебя…

… прыжок в сторону… за время полета — от того момента как ноги оторвались от земли, до того как снова утвердились на ней, выпущены четыре стрелы: по две с каждой руки — посадочная полоса для приземления расчищена — Денис даже не целился — просто знал куда должен быть направлен дырокол и в какой момент нужно нажать на курок… приземление… плавный — ну это по ощущениям Дениса, а с точки зрения пехотинцев, быстрый как юла, поворот на триста шестьдесят градусов, во время которого из центра вихря успевают вылететь двенадцать стрел — ни одна в молоко не уходит… резкое ощущение опасности — нестерпимо жгут «Поцелуи Пчелы» в подмышках и вопль Шэфа:

— Колдун!!!

… резкий, на пределе сил и прочности связок на разрыв, прыжок вперед ласточкой, как будто в воду… струя огня над спиной… ощущение нестерпимого жара и одновременно дуновение ледяного ветра оттуда — с Того Света… противоречивые надо признать ощущения… — но одинаково хреновые… следующая секунда — Денис вновь на ногах, мгновенная оценка обстановки — живых в радиусе десяти метров нет… хотя может только раненные — сразу не разберешь — потом рассортируем!.. — главное пока не опасные… надо кончать с Незнайкой! а то… воспоминание о ледяном сквозняке действует мобилизующее, хотя никакого расслабления и недооценки соперника и так не было… семь стрел выпущенные практически одновременно: в голову колдуна, в грудь, живот, руки и ноги, бессильно опадают к его ногам, не долетев пары сантиметров.

Маг делает ладонями такие движения будто лепит снежок… только вот «снежок» этот будет горячим… очень горячим, мелиферы в подмышках просто вопиют о неотвратимой опасности, инстинкт самосохранения орет нечеловеческим голосом, что надо бежать, прятаться, зарываться в землю, улетать, испаряться, свинчиваться, сматывать удочки, исчезать, но Денис дело свое знает туго, он успевает выпустить по колдуну тучу стрел, правда все безрезультатно — они осыпаются к ногам мерзкого чародея, не дотянув до цели пары сантиметров.

Это была воплощенная американская мечта: они несут демократию и права пидорасов в любое место земного шара, где есть нефть, или еще какие полезные (для американской демократии) ресурсы, кстати, не обязательно ископаемые, а ей — американской демократии, за это ничего не будет — в том смысле, что она безнаказанно отсидится за своим противоракетным щитом. Выпустят эти чертовы русские свои допотопные ракеты, которые вообще не должны летать, а они — упс! — разобьются о непреодолимый щит ПРО Соединенных Штатов Америки!

«Всё плохо… — подумал Денис, но через мгновение изменил свою точку зрения: — … хотя нет! — не всё!»

Шэф освободился от ловчей сети и шинкует «бронеподростков» в труху — неожиданно всплывает воспоминание из детства, сильно поразившее воображение юного Дениса: по ящику показывали какую-то очередную передачу с мистическими откровениями, которых (передач) в ту пору было как у дурака стёклышек… так вот — Дениса, с младых ногтей умевшего инстинктивно отделять мух от котлет (хорошие гены — это сила!), поразил один сюжет, сильно отличавшийся от остальной горы гумуса: белых магов; потомственных колдунов, в пятом поколении; баб Нюр, снимающих венец безбрачия, порчу и запор, ну и так далее… — был приглашен на передачу какой-то китаец, приехавший в город в составе своей китайской делегации для показательных выступлений по ушу, и ведущая — нахальная, но очень симпатичная сисястая бабенка, томно придыхая попросила китайца продемонстрировать что-нибудь этакое… — китаец, заворожено поглядывая в низкое декольте, взял тогдашнюю десятку, еще советскую, красненькую такую и почти что без замаха перерубил ею палочку из слоновой кости, диаметром сантиметра полтора… — так что успехи верховного главнокомандующего, рубящего своими «Черными когтями» стальные доспехи, будто они сделаны из фольги, особого впечатления на Дениса не произвели — мол и не такое видали — с! — но это так — мельком, на краешке сознания… главное — колдун!.. а тот наконец закончил лепить «снежок» и сейчас выбирал цель — неизвестно откуда, но Денис твердо знал, может быть даже раньше, чем принял окончательное решение сам Незнайка, что огненный снежок будет пущен в главкома и теперь уже Денис заорал срывая связки: