Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич

– Милый доктор, – пропела она своим чарующим голосом, – Какой негодяй тебя так напугал? Я надеюсь не наш добрейший Гэндальф? Поверь мне, что, несмотря на свой рыкающих баритон, он и мухи не обидит, если она, конечно, не начнет упражняться в черной магии…

Королевский врачеватель взглянул на утешительницу и его напряженное лицо сразу отмякло, выдавив некое подобие улыбки:

– Госпожа, поверьте мне, я сделаю все, что в моих силах, но вызов к королеве стал для меня такой неожиданностью…

– Как – неожиданностью?! – перебил я его, – Ты что же не осматривал больную королеву?!

Лекарь мгновенно втянул голову в плечи и мелко затрясся.

– Серый! – строжайшим тоном обратилась ко мне Эльнорда, – Сейчас же покинь королевские покои и выведи с собой этих двух… кх-м… молодцев, – она кивнула в сторону гвардейцев, – Ты же видишь, что твое присутствие решительно мешает доктору отправлять свои обязанности.

Я с такой яростью взглянул на лукавую эльфийку, что та поспешила меня успокоить:

– Поверь, я смогу проследить, чтобы Кине не причинили вреда!..

– И чтобы она больше не бродила по Замку!.. – мстительно добавил я, направляясь к выходу. Эльнорда только укоризненно покачала головой.

Вместе со мной королевскую спальню покинули и гвардейцы. Едва я оказался в утренней приемной, как ко мне подскочил какой-то расфранченный тип и довольно развязно сообщил:

– Господин Фродо, председатель правящего триумвирата, велел передать, что после торжественного обеда он собирает триумвират в малом кабинете королевы. Ты должен явиться туда, если не захочешь, конечно, посетить обед…

Я долго смотрел на этого прощелыгу, не в силах вымолвить ни слова, а затем едва сдерживая кипевшую во мне ярость, выдавил:

– Ты кто такой?!

– Я личный глашатай председателя правящего триумвирата, господина Фродо! – гордо, даже с оттенком некоторой наглости, заявил тип.

– Ступай к своему господину и огласи ему, что если он не бросит свои руководящие замашки, я ему его мохнатые ноги повыдергиваю.

У франта от такого моего заявления отвисла челюсть и он часто-часто заморгал глазами, а я, словно не замечая, какое впечатление произвожу на столь высокопоставленную особу, продолжил:

– А ты, личный глашатай, отправишься сейчас бегом в зал малых приемов и скажешь воеводе Шалаю, чтобы они с Фродо быстренько шли сюда, мы можем понадобится королеве!

– Но королева сама назначила… – начал было лепетать глашатай, однако я его немедленно перебил:

– Ты побежишь, или я тебя в лягушку превращу, и тогда ты уже никогда бегать не сможешь!

Видимо, он мне сразу и до конца поверил, потому что, уже не вступая в пререкания, развернулся и мгновенно исчез в коридоре. Оглядев зал, я увидел что расположившиеся в нем гвардейцы с нескрываемым одобрением поглядывают в мою сторону.

В этот момент из королевской спальни выглянула Эльнорда и поманила меня пальчиком.

Я вошел. Кина снова лежала, закрыв глаза, высоко на подложенных подушках, но выглядела уже гораздо лучше, на ее щеках даже появился румянец. К самой кровати был придвинут маленький столик возле которого на жестком стуле с высокой спинкой сидел лекарь. На столе лежал раскрытый саквояж, и в нем, в отдельных кожаных кармашках, покоились разнообразные пузырьки, бутылочки, скляночки, с приклеенными на них бирочками. Старик держал в руках довольно большую колбочку, потряхивая ее темное содержимое. Время от времени он переставал трясти свою колбу, нюхал плескавшееся в ней снадобье, рассматривал его на свет, затем добавлял несколько крупинок или капель из одной из своих многочисленных бутылочек и принимался вновь потряхивать колбу.

Пару минут я наблюдал за действиями старого лекаря, а Эльнорда в это время мне тихонько шептала на ухо:

– Кина не спит, это она попросила снова тебя привести. Старик дал ей что-то понюхать, и ей сразу стало лучше. Сейчас он готовит какую-то специальную микстуру, но я хотела бы, чтобы ты послушал его рассказ… Он мне начал рассказывать, да я попросила, чтобы он при тебе рассказал.

В этот момент лекарь снова исследовал на свету смешиваемое им снадобье, понюхал его, затем наклонил колбу и выпустил долгую маслянистую каплю на свою ладонь. Внимательно рассмотрев каплю со всех сторон, он слизнул ее и, чуть покряхтев, повернулся к королеве:

– Кина, девочка, я приготовил для тебя питье и сейчас объясню твоей сиделке, как его надо принимать. Ты уж, пожалуйста, не капризничай, оно совсем не горькое, ну, может быть, чуть-чуть…

Затем, не дожидаясь ответа королевы, он повернулся к Эльнорде и заговорил гораздо тише:

– Вот этот состав будешь добавлять в вино, одну большую каплю на бокал. Вино и бокал я выберу сам и пришлю сюда. Тщательно следи, чтобы девочка принимала лекарство каждые два часа. Только учти, она на счет лекарств очень капризная, так что ты уж понастойчивее будь.

– Да я помню, – нетерпеливо перебила лекаря Эльнорда, – Мне уже приходилось с ней нянчиться… Ты лучше расскажи, как дошел до такого испуга.

– Нет, сначала скажи, что ты думаешь о состоянии королевы? – потребовал я.

Лекарь посмотрел на прикрывшую глаза Кину и, покачав головой, быстро направился к выходу. Мы последовали за ним. Пропустив нас в приемную, он прикрыл дверь и бросил на меня быстрый взгляд. Надо сказать, что страха у него в глазах стало гораздо меньше. Потом он старчески пожевал губами и ответил:

– Кина очень ослабла, я бы сказал, она истощена, но это поправимо… Кроме того, она чем-то напугана, но именно чем-то, а не кем-то, – подчеркнул он, а потом неожиданно спросил, – А ты действительно Гэндальф Серый Конец, – и словно испугавшись своей смелости, добавил, – Мне Эльнорда сказала, только что-то не верится!..

Я, убедившись, что Кина находится вне опасности, тоже несколько успокоился и потому ответил с улыбкой:

– Тебе сказали правду, в этом мире меня действительно называют Гэндальф.

– Странно… – лекарь снова пожевал губами, – Хотя, должен сказать, что теперь ты выглядишь более… естественным, что ли… У того Гэндальфа был достаточно странный вид – при стариковской внешности чересчур молодые глаза… Да… Так вот. По поводу моего испуга… Видите ли, молодые люди, если старика пугать ежедневно в течение полугода, он поневоле станет испуганным. И может остаться таким на всю жизнь.

– И кто ж это тебя посмел пугать? – удивился я, – Тебя – королевского лекаря.

Старик бросил мгновенный взгляд на дверь, втянул голову в плечи и шепотом произнес:

– Королевский советник Юрга…

И еще раз оглянувшись на дверь, спросил:

– Это правда, что его арестовали?..

– Я думаю, что уже и повесили! – резко ответил я.

– Повесили… – повторил старик, и вновь посмотрел мне в глаза. Теперь в его взгляде страха не было вовсе.

«Как быстро лечится испуг», – подумал я, – «Достаточно лишь убрать его причину».

– Советник вызвал меня на третий или четвертый день после вступления в должность, – начал между тем свой рассказ старый лекарь, – Двор тогда еще только приглядывался к нему. Еще бы, человек он был абсолютно новый, из довольно подозрительного места… Правда, он был утвержден в должности королевой после личной беседы, но многие это назначение не одобряли. Например, Отшельник Там просто устроил Кине скандал… Воевода Шалай тоже сразу невзлюбил этого… Юргу. Так вот, как я сказал, советник вызвал меня к себе и сразу напрямик спросил, не считаю ли я, что Кина очень больна? Я ответил, что нет, не считаю. Королева была угнетена, озабочена, встревожена, но абсолютно здорова! Это-то я знал отлично, я наблюдаю за ней с самого ее рождения!

В тот раз советник удовлетворился моим ответом, хотя я заметил, что он им очень недоволен. Однако, через десять-двенадцать дней разговор повторился и уже в гораздо более резкой форме. Советник обвинил меня в том, что я недопустимо халатно отношусь к здоровью королевы. Кина и вправду, к тому времени впала в глубокую депрессию, но я по-прежнему не находил в ее состоянии признаков физического недомогания.