Древнерусская литература. Библиотека русской классики. Том 1 - Ермолай-Еразм

138

Тиун — см. коммент. к с. 87.

139

С. 217. Держать путь — специальный термин, означающий сбор дани.

140

С 218. …сын… старший, новгородский. — Старший сын Владимира Мстислав, родившийся в 1076 г., дважды был новгородским князем: в 1088–1093 гг. и в 1095–1117 гг.

141

…семечей и пленников… — Слово «семечи» на настоящий момент не получило удовлетворительного объяснения.

142

…семца одного… — Слово «семца» также не объяснено: не исключено, что оно родственно слову «семечи».

143

С. 219. Острог — небольшое поселенье, городок, обнесенный острогом — палисадником из свай, вверху заостренных.

144

…на святого Бориса день… — День памяти св. Бориса Владимировича — 24 июля.

145

…Юрьева мать… — Жена Владимира Мономаха и мать младшего Мономаховича Юрия Долгорукого Гита, дочь погибшего при Гастингсе англосаксонского короля Харальда; умерла 7 мая 1107 г.

146

С. 220. …Шаруканевых двух братьев… — Половецкий хан Шарукан — дед Кончака — был разбит русскими князьями в 1106 г.

147

Лютый зверь. — Какое животное (вероятно, из породы кошачьих) обозначает этот термин, в точности не известно.

148

Бирич — глашатай, сборщик податей и штрафов, блюститель порядка.

149

С. 221. О я, многострадальный и печальный! — Этими словами открывается письмо Владимира Мономаха, адресованное двоюродному брату Олегу Святославичу. Оно составлено раньше «Поучения» по поводу конкретных политических событий. В 1096 г. Олег разбил сына Мономаха Изяслава, который и погиб в битве; а старший Мономахович, Мстислав, в свою очередь, победил Олега, но неожиданно — несмотря на достигнутые успехи — сам предложил противнику мир и убедил присоединиться к мирной инициативе отца. Владимир согласился с сыном, о чем и написал Олегу: «Послушал я сына моего, написал тебе грамоту…» Таким образом, редактор «Повести временных лет» вполне резонно поместил письмо Олегу Святославичу именно под 1096 годом, «Поучение» же попало в эту статью, оказавшись в «сцепке» с письмом, хотя создано было позднее. Сейчас трудно однозначно объяснить объединение «Поучения» Мономаха и его письма Олегу в единое целое: неизвестно, сделано ли это по воле Владимира или по инициативе переписчика.

150

…сын мой, крещенный тобою… — Имеется в виду Мстислав Владимирович, крестный сын Олега Святославича.

151

С. 222. …дитя, мое и твое… — По-видимому, Изяслав, сын Мономаха, тоже был, как и его брат Мстислав Владимирович, крестным сыном Олега.

152

…крови твоей у Стародуба… — В 1096 г. Владимир Всеволодович и Святополк Изяславич осадили войско Олега в Стародубе, но отпустили его.

153

С. 223. …сын твой крестный с малым братом своим… — Владимир говорит о своих сыновьях Мстиславе и Юрии.

154

…хлеб едят дедовский… — Мономах использует специальный термин, означающий управление родовым уделом.

155

…мы с братом твоим рядились… — Имеется в виду договор Владимира Всеволодовича и Святополка Изяславича с Давыдом Святославичем (1096 г.).

156

Печатается по изданию:

Библиотека литературы Древней Руси. Т.4: XII век СПб., 1997.

«Слово о полку Игореве» — самое известное широкому читателю произведение древнерусской литературы, но в то же время и самое загадочное.

Рукопись «Слова» была обнаружена в конце 1780 — начале 1790-х гг. Коллекционер древностей А. И. Мусин-Пушкин приобрел ее у архимандрита Иоиля — настоятеля закрытого при Екатерине II Спасо-Ярославского монастыря. Рукопись, изготовленная, видимо, в XVI в., представляла собой сборник оригинальных и переводных произведений древнерусской литературы. Мусин-Пушкин сразу оценил значение находки. Была сделана копия для Екатерины II интересовавшейся отечественной историей, а в 1800 г. «Слово» усилиями Мусина-Пушкина и его помощников, ученых А. Ф. Малиновского, Н. Н. Бантыш-Каменского, было опубликовано. Произведение датировалось приблизительно 1185 г. — временем похода Игоря Святославича на половцев. Затем, по свидетельству Мусина-Пушкина, его собрание древностей, в том числе и рукопись из Спасо-Ярославского монастыря, сгорело при взятии Москвы войсками Наполеона (1812 г.).

Сразу после публикации «Слово» обрело восторженных поклонников (среди них был и А. С. Пушкин), но почти одновременно выступили и «скептики» которые высказывали сомнения в древности произведения, считая его мистификацией XVIII в. (автором в разное время называли архимандрита Иоиля, Мусина-Пушкина, его экспертов, Н. М. Карамзина и др.).

Действительно, поразительное открытие и обстоятельства исчезновения рукописи вызывают много вопросов, да и с художественной точки зрения «Слово» явно занимает особое место в ряду произведений древнерусской словесности. Удивительны обращение его автора — видимо, христианина — к языческим богам (Велес, Стрибог, Даждьбог), причудливая образность слога и т. д. Однако «скептики», считающие «Слово» мистификацией, весьма неубедительно объясняют его очевидное сходство с «Задонщиной» — сочинением о Куликовской битве рубежа XIV–XV вв., подлинность которого ни у кого не вызывает сомнений. Их доводы о том, что автор «Слова» взял его за образец, опровергает тот факт, что «Задонщина» была опубликована только в середине XIX в., а предположения, что неизвестный мистификатор самостоятельно нашел сочинение о Куликовской битве в рукописи еще в конце XVIII столетия, но не захотел издавать и т. д., не находят подтверждения. Легче представить, что «Слово» — действительно древний памятник, а автор «Задонщины» на рубеже XIV–XV вв. обратился к этому произведению в качестве литературного образца.

При изучении «Слова» следует учитывать те трудности, с которыми приходится сталкиваться.

1. До сих пор науке был известен единственный список произведения (найденный Мусиным-Пушкиным), т. е. не существовало возможности сопоставить различные рукописи, чтобы с максимальной точностью восстановить исходный текст.

2. Этот единственный список утрачен. В качестве источников «Слова» доступны только первое печатное издание 1800 г., копия императрицы и выписки, которые делали для себя эксперты Мусина-Пушкина. А значит, если ими при толковании рукописи были допущены ошибки, их уже не устранить.

3. Сгоревшую рукопись Спасо-Ярославского монастыря отделяло от предполагаемого времени создания «Слова» несколько веков, а это повышает вероятность возникновения ошибок. Ведь их могли совершать не только ученые XVIII в., но и древнерусские книжники в процессе неоднократного переписывания произведения.

4. Составитель рукописи из соображений экономии дорогого писчего материала писал слова, не разделяя их и сливая в единую строку, да еще и прибегал к сокращениям. Потому в «Слове» имеются так называемые «трудные места», которые и сейчас не поддаются точному толкованию. (Например, в финале автор «Слова» пишет: «Рекъ Боянъ и ходы на…», что обычно переводилось так «Повествовал Боян и о походах…» Однако существует другая авторитетная версия, согласно которой эти слова надо переводить: «Повествовали Боян и Ходына…», т. е. речь идет о двух княжеских певцах.)

5. Среди исследователей «Слова» нет единства в понимании отдельных слов и имен, встречающихся в тексте памятника (например, никому не известен полоцкий князь Изяслав Василькович); вызывают сомнения и фигуры некоторых других упоминающихся в тексте князей.

6. Иногда автор «Слова» описывает события слишком кратко или слишком образно, так что уточнить, о чем идет речь, можно только обратившись к летописям — Лаврентьевской и Ипатьевской, где описывается поход Игоря.

7. Датируют «Слово» исключительно на основе упомянутых в произведении фактов. Летописи относят поход Игоря к 1185 г., соответственно и произведение считают созданным в конце XII века.

8. Автор «Слова о полку Игореве» не установлен. В качестве кандидатов на эту роль исследователями выдвигались сам Игорь Святославич, Святослав Киевский, Ярославна, певец Митуса, певец Ходына, летописец Петр Бориславич и другие, но авторство ни одного их них не удалось доказать.