"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей

Целью был выбран линкор 'Принс оф Уэлс' просто потому, что он находился ближе другого линкора. Накопленный опыт подводника предписывал атаковать с перископной глубины, хотя руководство прямо утверждало, что зрительное сопровождение не обязательно. Торпед было пущено аж целых три.

Дисциплина взяла верх. Н-4 ушла с перископной глубины сразу же после пуска, развернулась и в полном соответствии с приказом легла на курс к базе.

Звук от трех попаданий был недвусмысленным.

- Шума винтов от цели нет, - доложил акустик. А через три минуты последовало: - Еще взрыв... нет, больше.

Доклад вызвал радостные и частично цензурные комментарии товарищей в центральном посту.

- Похоже, Магомед влепил куда надо.

- Нет шума от линкоров! Эсминцы... те бомбят, точно.

Акустик докладывал по уставу, но частично эта информация была лишней. Взрывы от торпед и от глубинных бомб и так были слышны.

Обе 'ниночки', атаковавшие английские линкоры, тихо уходили на север. Приказ был однозначен: никаких добиваний! Всплытие под перископ у них планировалось не раньше наступления сумерек, то есть через шесть часов. Летний световой день в тех широтах был короче, чем 22 июня, но все равно длинный. Расчет показывал, что к тому моменту аккумуляторы надо будет подзарядить. Также в заранее заданное время предписывалось выйти на связь.

Положительно, у судьбы случился День юмора.

По всем оценкам линкору 'Принс оф Уэлс' надлежало отправиться на дно Атлантики. Три торпеды, да не простые, а с усиленным зарядом! И все же английский корабль, набрав три тысячи тонн воды, лишившись хода, умудрился спастись. Ну не сам, конечно: с помощью аварийных команд, перебравшихся с крейсеров 'Сассекс' и 'Шеффилд' и перебросивших электропитание ради включения всех водоотливных устройств. У самого линкора трюмные команды пострадали как бы не больше прочих. Вице-адмирал Холланд распорядился немедленно вызвать океанские буксиры, что и было сделано. До базы подранка повели со скоростью, внушавшей ужас: аж целых пять узлов.

'Родни' пострадал куда больше. Один из взрывов перебил киль и разрушил сразу три переборки. Англичане не сдались без боя, но силы были неравными. Под угрозой затопления котлы пришлось погасить. Течь сдержать не удалось. Через два часа с небольшим линкор затонул, не переворачиваясь, что дало возможность спасти всех, кто не погиб при попаданиях торпед.

Ланселот Холланд принял тяжелое решение: отменить атаку на немецкую эскадру. Даже при том, что подвижность 'Бисмарка' упала, это грозило полным разгромом: артиллерия у немецких линейных сил сохранилась.

Но эсминцы получили приказ: выделить специальную группу на поиск тех подлодок, которые с такой дерзостью устроили налет на линейные силы Королевского флота. Имелся риск схлопотать повторную атаку, но английский командир решил довериться чутью, а оно говорило, что лодки постараются уйти.

Так и вышло. Эсминцы искали чуть не двадцать четыре часа, не прекращая утюжить близлежащие воды и стегать глубины импульсами асдиков даже в темное время суток. Никто не нашел ничего.

Гюнтер Лютьенс бросил короткий взгляд на британскую эскадру. Корабли разворачивались. А преследовать быстроходные крейсера хромым линкором со скоростью восемнадцать узлов - ну нет!

Немцы ушли безнаказанными. Или уцелевшими - это как посмотреть.

Глава 12

Ни в одном флоте мира гибель аж трех кораблей линии (а авианосцы вполне могли к таким относиться), а также тяжелейшее повреждение еще одного не осталось бы без 'разбора полетов'. Королевский флот, понятное, дело, следовал этому правилу.

Всех акустиков, всех операторов эхолокаторов опросили с максимальной въедливостью. Акустики были тверды, как скалы Дувра: не было шумов от винтов подлодок. Вот это и показалось странным понимающим людям, в том числе коммандеру Уоррену Дарлингтону. Своими соображениями он поделился с коллегами по расследованию:

- Ну хорошо, допустим, что гунны после атаки сразу ушли на большую глубину, и потому асдики ничего не могли поймать. Допустим, что они удачно выбрали позицию для атаки. Но выходили они на нее под перископом и под электродвигателями, а не дизелями - иначе их бы услышали. Атаковали также в перископном положении, это очевидно. Но ведь после атак охота длилась сутки. Сутки! Лечь на грунт в этом районе невозможно: глубины не позволяют. Сколько 'семерка' или 'девятка' могут продержаться, не вентилируя отсеки и, главное, не подзаряжая аккумуляторы?

Довод был более чем весом. Из него можно было сделать печальный вывод: гуннам удалось сделать бесшумную подводную лодку. Или скорее малошумную, ибо совсем бесшумных просто не бывает. Члены группы следователей переглянулись. Видимо, каждый из них пришел к этой мысли. Но тут встрял неприметный человек, не носивший форму, который был представлен как специалист по снабжению. О его настоящих обязанностях все моряки догадывались, но вслух не говорили.

- Джентльмены, из ваших собственных данных я делаю вывод, что подводная лодка могла выйти на атакующую позицию, не выдавая себя шумом, лишь на самом малом ходу и в подводном положении. Волнение в тот день было малым - следовательно, велика вероятность обнаружения перископа. Но допустим даже, что каким-то образом сигнальщики его проглядели. Точнее, их проглядели, поскольку вы полагаете, что подлодка была, как минимум, не одна. Я задаю вопрос: откуда наши противники знали точный путь следования эскадры вице-адмирала Холланда? И можно ли объяснить случившееся лишь удачей?

Последовал еще один обмен взглядами. Слово взял все тот же неугомонный Дарлингтон:

- Если позволите, сэр, объяснение может найтись. До этого подводные лодки противника по шумовым характеристикам не являли собой нечто выдающееся. Вполне готов допустить разработку и конструирование бесшумных движителей для подводных лодок. Но, видимо, подобное пока не поддается серийному изготовлению. Пусть даже этих бесшумных субмарин было четыре... шесть... восемь, наконец. Но это не сравнить с имеющимися шестью десятками. До этого момента, насколько мне известно, германские верфи строили лодки типа VII и IХ. Они весьма хороши, не спорю, но по шумности не могут сравниться с теми, которые атаковали наши корабли. А ведь подводная лодка - не тот корабль, который можно успеть построить за полгода. По моему скромному мнению, это дело разведки: предвидеть присутствие в море подобного противника.

Фраза выглядела не булавочным уколом. Какое там! Скорее это был выпад на рапире. Но представитель контрразведки был из тех, кто мастерски парирует удары:

- Эта версия, коммандер, в настоящее время отрабатывается. Спасибо, что обратили наше внимание. Однако наше дело - оценить возможность утечки данных.

Контрразведчик также прикинул вариант, который казался ему вероятным; впрочем, вслух ничего такого сказано не было. Он подумал, что экипажи в субмаринах были почти наверняка немецкими. Очень уж грамотными и эффективными оказались атаки. А вот происхождение лодок оставалось неочевидным.

Американцы? Ну нет, те хранить свои секреты не умеют. Адмиралтейство знало бы о подобных единицах флота.

Русские? Вот они как раз понимают толк в сохранении тайны. И в технике достигли удивительных высот. Но только не в массовом производстве, это все знают. Могли они построить малую (несомненно!) серию подлодок для Германии? Вообще говоря, да. Зачем? Как? На эти вопросы надлежало отвечать разведке.

Спихивание ответственности на кого-то другого - без этого направления деятельности не существует ни одна бюрократия. Английская исключения не составляла.

Иначе говоря, контрразведка прокукарекала. А с рассветом будут иметь дело другие.

Формально говоря, немцы имели все поводы шумно отмечать замечательную победу Кригсмарине. Однако вице-адмирал Дёниц (он тогда был именно в этом звании) лично попросил министра пропаганды не нагнетать эмоции вплоть до уровня восторга и экстаза. Обосновал он это тем, что не все данные собраны и что некоторые сведения могут представить собой государственную тайну.