Идеология и филология. Ленинград, 1940-е годы. Документальное исследование. Том 1 - Петр Александрович Дружинин

«Нельзя ни о чем ни говорить, ни писать. Всякая мысль задушена. ‹…› Запрещается и русское классическое искусство, и классическая русская наука. Агент, официально именуемый руководителем Союза писателей, Фадеев, недавно выступил с большой речью, где он “проработал” в площадных выражениях А. Н. Веселовского (“раба романо-германской школы”, “псевдо-ученого”, “основоположника низкопоклонства перед заграницей”). Идет опять волна публичного опозоривания видных ученых. Когда знаешь, что это старики с трясущейся головой, с урологическими старческими болезнями, полуживые люди, от которых жены скрывают такую “критику”, – впечатление получается еще более тяжелое. Сейчас публично опозорили, не пощадив площадных выражений, старого почтенного Шишмарева, больного Азадовского, немолодого и честного Проппа. Ждем дальнейшего. Сталин из года в год держит в напряженьи. Из года в год идет новая волна чисток, проработок, арестов, ссылок, травли. Человека давят всевозможными способами, физическими и психическими»[1692].

Осеннее обострение идеологической работы

Уже летом 1947 г. в ЛГУ наступали видимые перемены, даже темы сочинений на вступительных экзаменах в университет были скорректированы в соответствии с политическим курсом. Если сравнить темы, которые давались до постановления ЦК, летом 1946 г., с темами 1947 г., то можно видеть эту разницу.

Если в 1946 г. новостная лента ЛенТАСС сообщала:

«Вчера, 1 августа, в старинных аудиториях университета будущие студенты писали работы по литературе. Им были предложены разнообразные темы: “Идейный смысл и художественные особенности поэмы Пушкина ‘Медный всадник’ ”», “Отечественная война 1812 года в изображении Льва Толстого”, сочинения на строки великих поэтов: “Мне жизнь скучна, когда горения нет” – Лермонтова, – “Я всю свою звонкую силу поэта тебе отдаю, атакующий класс” – Маяковского и другие»[1693], –

то в 1947 г. тот же источник информирует:

«Не без волнения переступает молодежь порог старинного здания университета. В 9 утра в аудиториях воцаряется тишина. На столе перед педагогом сложены экзаменационные листки. Идет экзамен по литературе. Предложены на выбор три темы: “Ломоносов – первый русский университет” (А. С. Пушкин), ‘Комсомольцы в годы Гражданской войны – по роману Николая Островского ‘Как закалялась сталь’ и в годы Великой Отечественной войны – по роману Александра Фадеева ‘Молодая Гвардия’ ”, “Искусство не может отделять себя от судьбы народа” (А. А. Жданов)»[1694].

А с первых чисел октября 1947 г. началось осеннее обострение идеологической работы, связанное как с наступлением нового учебного года, так и с грядущим празднованием 30-летия советской власти. Шло оно в русле кампании против пресмыкательства перед заграницей, рука об руку с набирающей обороты кампании против А. Н. Веселовского.

Для приведения в надлежащий идеологический тонус профессорско-преподавательского состава ленинградских вузов в город прибыл заместитель министра высшего образования СССР, ученый-металлург, член-корреспондент Академии наук СССР, будущий академик А. М. Самарин, под руководством которого 6 октября прошло совещание работников вузов.

«В актовом зале Инженерно-строительного института состоялось общегородское совещание актива руководящих и научных работников вузов. ‹…› Подробно остановившись на успехах советской высшей школы, докладчик подчеркнул необходимость дальнейшего повышения качества подготовки кадров. Вузы должны обеспечить обучение всесторонне образованных советских специалистов. Особое внимание в докладе было уделено идейно-политическому воспитанию студенчества, воспитанию его в духе советского патриотизма, беспредельной преданности Родине.

– Каждый преподаватель высшей школы является воспитателем молодежи, – сказал докладчик. – Прошлое и настоящее нашего народа-победителя обязывают работников вузов быть активными борцами за честь отечественной науки.

– К сожалению, – отмечает тов. Самарин, – в среде советской интеллигенции есть еще люди, которые роняют свое национальное достоинство, раболепствуют перед иностранщиной, принижают в лекциях и учебных пособиях роль и значение научных открытий, сделанных выдающимися сынами нашего народа.

Кафедра вуза – это трибуна, с которой должны звучать слова правды о достижениях русской и советской науки, об успехах социалистической промышленности, сельского хозяйства. Пусть с этой же трибуны звучит и гневное обличение буржуазной псевдо-науки, находящейся на службе у империалистов»[1695].

Незадолго перед этим, 3 и 4 октября, прошло масштабное собрание в университете, посвященное задачам идеологической работы. Явка была обязательной: присутствовало около полутора тысяч человек, в президиуме, кроме членов ректората, парткома, ведущих профессоров и представителя Василеостровского райкома ВКП(б), восседал и секретарь Ленинградского горкома ВКП(б) по пропаганде И. Г. Стожилов[1696].

«Два дня продолжалось собрание работников Ленинградского университета, посвященное ближайшим задачам научной деятельности этого крупнейшего вуза страны. С докладом выступил ректор проф[ессор] А. А. Вознесенский»[1697].

Как свидетельствует дневниковая запись Б. М. Эйхенбаума[1698], ректор выступил в первый день.

А в день окончания мероприятия вечерний выпуск «Последних известий» Ленинградского радио сообщал жителям города:

«Сегодня закрылась двухдневная конференция научных работников и аспирантов Ленинградского университета. В ней приняло участие более 1500 представителей советской интеллигенции, деятелей науки, руководителей и воспитателей студенческой молодежи.

С докладом о задачах научных работников выступил ректор Университета профессор Вознесенский. Особое внимание докладчик уделил вопросам идеологического содержания научной, учебной и воспитательной работы. Ленинградский университет является одним из крупнейших высших учебных заведений страны. Здесь работают выдающиеся ученые Советского Союза. Профессор Вознесенский призвал университетских деятелей выше поднимать авторитет советской науки, проявлять большую политическую страстность во всей научной и учебной работе, беспощадно искоренять всяческие проявления низкопоклонства перед иностранщиной. Он подчеркнул также необходимость дальнейшего расширения научного творчества и укрепления связей советской науки с практическими потребностями народного хозяйства.

В прениях по докладу профессора Вознесенского выступили: академик Струве, члены-корреспонденты Академии наук СССР Жирмунский и Насонов, заслуженный деятель науки Серебряков, профессора Щукарев, Штейн и другие»[1699].

Подробное описание доклада ректора предлагала читателям университетская газета:

«С большим докладом выступил ректор Университета проф[ессор] А. А. Вознесенский. Коротко охарактеризовав успехи и недостатки прошлого учебного года, он отметил значительное расширение научной, учебно-педагогической и просветительной деятельности Университета.

Три основные функции выполняют профессора и преподаватели: научную работу, учебно-педагогическую и воспитание студенческой молодежи. Основным фактором, определяющим успешность их выполнения, является идеологическое содержание, идейная направленность всей нашей работы, сущностью которых является советский патриотизм, материалистическое мировоззрение и методология материалистической диалектики.

Наша задача – воспитание всего советского народа, особенно молодежи, в духе советского патриотизма и марксистско-ленинского мировоззрения. Все эти обстоятельства предъявляют к нам, научным работникам, ряд специфических требований, важнейшим из которых является непримиримая борьба с низкопоклонством, раболепием перед буржуазией, культурой и наукой, перед всякой иностранщиной, перед заграницей. Это – дурная, застарелая болезнь, которая мешает воспитанию всего народа нашей страны в духе советского патриотизма, которое несовместимо с достоинством советского человека, с нашей национальной гордостью. Низкопоклонство перед буржуазной культурой является одним из самых вредных, самых опасных пережитков