'Фантастика 2025-10'. Книги 1-31 - Макс Вальтер

сердцевины? Все вокруг одинаковое. Деревья и трава, трава и деревья…

– Увидим, – ответила Дашка и уже через несколько минут указала рукой вперед.

Их глазам открылся просторный участок, на который почти не покушались деревья. Сложенные из камней прямоугольные глыбы, поставленные то вплотную друг к другу, то на расстоянии, образовывали круглый лабиринт. Несложный, его мог бы пройти любой – сооружение имело чисто символическое значение. В центре лабиринта возвышались останки чего-то монументального, похожего на башню, собранную из разномастных, хитро переплетающихся элементов.

– Господи боже… – Маша смотрела на стальную конструкцию, прикрываясь ладонью от солнца. – Это же стартовая площадка! Была когда-то.

Двинулись мимо каменных глыб, местами украшенных выцветшими тряпицами. Пространство между ними зарастало не обычной травой, а пестрой в своем разнообразии смесью растений. Они лишь недавно выползли из земли, показали первые листья, поэтому сложно было сказать – что это? Цветы? Кустарник? А может, сами секвохи?

Решено было устроиться на первом, бетонном ярусе стартовой площадки. Все-таки возвышение, дает обзор ближайших окрестностей. Еще выше было бы опасно, там изрядно проржавевший металл.

Конопатая до вечера таскала ветки, чтобы сложить на бетоне подобие шалаша, накидать еловых лап. Сильный дождь найдет и в этом укрытии щели, но лучше такое, чем совсем ничего. Когда солнце зашло и обитатели только что построенного домика повалились на его пахнущий хвоей пол, Дашка, дождавшись умиротворенного сопения девочки, спросила:

– Срок уже должен выйти. Разве нет?

– Думаю, что давно вышел, – ответила Маша. – Но то наш, людской срок. А сколько носила бы самка мутанта, если бы они могли давать потомство? Мы с тобой не знаем.

– Ты думаешь, что носишь…

– Тут и думать нечего. Спи! Тебе надо больше отдыхать. От нас с мелкой много помощи не дождешься, уж извини.

Но сон на новом месте приходил к Конопатой с трудом. Ни в эту ночь, ни в другую. Даже когда жилье удалось обустроить, укрепить, добавить в нем простора и уюта, спала она беспокойно, словно не под крышей и на еловых ветках, а в холодной яме посреди леса. И это казалось ей странным, ведь она была единственной, на кого зона никак не должна воздействовать.

Несколько недель ничего не менялось. Не было ни единого признака трансформации – ни у девочки, ни у Маши. Только живот Властительницы продолжал округляться и расти.

Однажды ночью Дашка, измученная бессонницей, вышла на открытое пространство среди каменных блоков, забралась на один из них и раскинула руки в стороны, будто надеясь подключиться к самим небесам. Стояла так несколько минут, задрав голову, но не открывая глаз. Ее не интересовали созвездия, она ждала. Ждала, когда снова вернется ее тихое безумие, голос в голове.

“Хочешь стать мною?”

Она вздрогнула, но не открыла глаз, не сошла с места.

“Ты говорил про большую чистку. Что еще за чистка?”

“Ты знаешь… В большой чистке нуждается вся планета. И мы пробовали. Но вы разбегаетесь, как насекомые, и еще умудряетесь придумывать новые и новые способы размножения”.

Конопатая облизнула пересохшие губы. Нет, это не сумасшествие! Кто-то стоит за странным голосом, кто-то реальный. И она нужна ему. Нужна для… Да, для чего-то нехорошего – в этом она убеждалась все сильнее.

Опустила руки, открыла глаза. Спустилась на землю и пошла к их обиталищу. Но голос догнал ее: “Люди говорят – не можешь победить, возглавь. Мы так и поступим. Теперь не стравливая вас, а забирая под свое крыло”.

Конопатая легла, однако задремать ей удалось лишь под самое утро. А к полудню Маша принесла букет из листьев.

– Ты не поверишь, – произнесла она торжественно, таким тоном, будто и сама не верила.

– Да мне все равно, – ответила Дашка, лишь на мгновение отвлекаясь от штопанья прохудившейся одежки. – Если так важно – уверую во что угодно.

Маша села на пол, показала один лист:

– Это томат.

Достала из букета другой:

– Огурец.

Еще один:

– Кажется, мята. Но я не уверена. А вот ростки смородины, малины… Этот, ветвистый, укроп. И там еще куча всего!

Конопатая смотрела на зелень, пытаясь понять, что все это значит?

– Оно не должно расти в нынешнем мире, да?

– Бинго, детка. Не должно! Если только кто-то не притаранил семена со Шпицбергена, в чем я сильно сомневаюсь.

Дашка взяла один лист, осторожно понюхала. Хотела даже откусить, но передумала.

– А почему тогда выросло?

Маша потянулась к ней, едва не касаясь ее носа своим.

– А почему мы с девчонкой еще не стали волосатыми, безмозглыми уродами?

– Слушай, не говори загадками. Я ничего не понимаю. Если знаешь – объясни!

Властительница отодвинулась, опустив голову. Бросила все листья на пол, разворошила их, разглядывая.

– Не буду утверждать, что знаю. Но я бы сказала, что здешняя зона тормознула. Она свои функции не выполняет. Как все это выросло – я объяснить не могу. Но зона не препятствовала растениям, как раньше, когда они уничтожались неизвестно чем, вместе с животными. И она, похоже, не собирается превращать нас с Белкой в нелюдей.

Они оглянулись, потому что у входа послышался шорох.

– Подслушиваешь?

– Вас и подслушивать не надо. Луженые глотки у обеих.

Белка положила двух птиц, вынутых из силков.

– А что, это правда? – она смотрела на девушек с надеждой. – Мы не изменимся?

Конопатая вздохнула, забрала добычу, собираясь готовить обед.

– Я бы зря не надеялась. Это, может, и не насовсемное происшествие. Обманываться бывает очень горько.

Она принялась выдергивать из птиц перья.

Трудности с едой оставались, да и вообще обустроить житье в таком месте было непросто, но после войны зона на космодроме казалась единственным правильным выбором. И Маша, и Конопатая, да и Белка впервые за долгое время обрели здесь покой. Несмотря на злые превратности судьбы, собравшие эту троицу вместе, несмотря на былое их отношение друг к другу, им казалось, что так теперь будет всегда. Или, по крайней мере, умопомрачительно долго. Они очень хотели, чтобы долго.

И только Конопатая знала, чувствовала всеми своими человеческими и нечеловеческими фибрами души, что неизвестная, злая сила ходит вокруг них постоянно, выжидает удобного момента, чтобы вершить злые дела.

Дашка посмотрела на мирно спящую Машу, мысли которой в последнее время крутились только вокруг беременности. Невозможно было представить, что еще недавно она командовала армией, приказывала убивать и разрушать.

Выскочив на улицу, Конопатая вдохнула свежего ночного воздуха. Быстро спустилась по самодельной лестнице на землю,