Моя жизнь. От зависимости к свободе - Нурсултан Абишевич Назарбаев

в фильме «Меня зовут Кожá». В то время я отреагировал на это так, как это, наверное, сделал бы любой типичный коммунист. Скорее всего, в душе я осуждал маститого мастера пера. Но точно помню, что воспринял это неодобрительно. Прошли годы. Завершил свой земной путь Габит Мусрепов. А в 2019 году покинула этот мир и актриса. В тот момент в моих руках оказалась книга Габита Мусрепова «Данадан қалған рухани дүние» («Духовное наследие мудреца»), составленная из писем, размышлений и наставлений писателя. Прочитал ее с большим интересом. В главе «Жан сыры» («Душевные тайны») автор пишет:

«Вот уже пятнадцать лет я искал кого-то. Искал томительно, тоскуя, как ребенок. Искал на улицах, на собраниях и там и сям. Но не мог найти. Ждал, что, быть может, позвонит по телефону или напишет мне письмо. Ждал, надеясь, что придет ко мне во сне или повстречается в любом случае. Но встречи не было.

Не знаю, как ее зовут и как она выглядит. Но тосковал только по ней. Искал пятнадцать лет, ждал пятнадцать лет, и вот на одном собрании она мне повстречалась.

Ее густые черные волосы ниспадали на спину. Черноглазая девушка была, скорее, белокожей, чем бледной. Как только она вошла на собрание, я посмотрел на нее и потом уже не смог отвести от нее взгляда. Сердце застучало, будто вырываясь из груди. Прежде не знакомые люди, мы встретились взглядами и словно сразу поняли друг друга. Я не сводил с нее глаз. Она не смотрела пристально, но то и дело касалась меня взглядами. Я так это понял. Спустя какое-то время глаза невинной девушки уже безбоязненно смотрели на меня…»

Что на это можно сказать? Писателю уже за шестьдесят. Классик, успевший дать читающему миру и «Кыз Жибек», и «Козы Корпеш – Баян Сулу», и «Солдата из Казахстана», и «Пробужденный край». А предмет его речи и предел его мечтаний – юная красавица, только что переступившая порог своего двадцатилетия.

На вопрос «Что на это сказать?» народ как будто бы уже ответил в своем знаменитом эпосе «Кыз Жибек»:

         Властелины седлают отборных коней,

         Коль не смогут скакать они – бей, не жалей.

         И богатства, и славы у кого только нету,

         Лишь любовь – редкий дар, что дается не всем.

Так гласит великая поэма, ставящая любовь превыше всего. О том, что любовь – это чувство духовной близости и особой симпатии и что она выше преходящей страсти, известно всем. Недаром и у Абая, чье слово коснулось абсолютно всего во Вселенной, есть такие строки: «Любовь и страсть – то разных два пути». Хотя, впрочем, не моя прямая задача – рассуждать здесь о любви и ее месте в жизни человека. Поэтому ограничусь лишь напоминанием о том, что те романтические переживания, переполнявшие душу Габита Мусрепова, впоследствии привели его к созданию прославленной повести «Улпан ее имя», где красочно описывается трогательная история любви пожилого бия Есенея и мудрой красавицы Улпан. А сам перейду к собственному сюжету, который я вознамерился изложить со всей откровенностью.

Дело в том, что я тоже пережил нечто подобное.

Перенос столицы явился грандиозным событием, принесшим перемены и оставившим глубокий след не только в истории государства, но и в судьбах сотен тысяч людей. Сказать, что идея переезда из Алматы в Акмолу понравилась далеко не всем – оказалось бы недостаточным: точнее и справедливее было бы сказать, что эта идея не понравилась большинству. Нечего скрывать, что даже внутри нашей семьи перенос столицы породил много сомнений и даже споров. Моя супруга Сара, сама будучи родом из Сарыарки и уроженкой Нуры, откуда рукой подать до Акмолы, не раз мне говорила: «Нурсултан, подумай-ка еще. Насколько это нужно в столь тяжелое время? Может, вы сперва позаботитесь о том, чтобы народ пришел в себя и созрел для этого?» Но я твердо стоял на своем.

После переноса столицы в Акмолу Сара некоторое время жила в новом городе, но потом все чаще стала наведываться в Алматы. В ту пору все наши дочери и зятья, а соответственно, и все наши внуки находились в Алматы. С какого-то момента участились ее аргументы вроде: «Ты не отвлекайся от своей работы, а я побуду здесь при своих внуках». Со временем она все больше привыкала к проживанию в Алматы. В пылу строительства и формирования облика новой столицы я тоже начал свыкаться с такой жизнью. Но одиночество есть одиночество. Мечтаешь, придя усталым с работы, провести ужин за непринужденной беседой в кругу семьи… А без этого – на сердце грусть и опустошение. Ищешь душевной теплоты и искреннего общения.

А тем временем… Однажды мне выпала дорога в Талдыкорган. Во время рабочих поездок главы государства в регионы его встречали с цветами у трапа самолета. Известно, что для участия в такой церемонии подбирают самых пригожих из местных девушек. Красивый ритуал, к которому мы привыкли давно. С самого прибытия на эту землю становится приятно глазу, тепло на душе. Но тот случай произвел особое впечатление. Девушка, которая преподнесла мне цветы в аэропорту, была потрясающе красива. Мне надолго запомнилась и потом часто вспоминалась светлолицая красавица с пылающим взглядом и изящной точеной фигурой.

Как тут не вспомнить Габита Мусрепова, который, выражаясь словами поэта Кадыра Мырзалиева, «и в семьдесят лет не состарился сердцем, и в восемьдесят лет не убавил чувство», а также других знаменитых людей, которые пережили подобные истории? Как не вспомнить великого Гёте, в семидесятилетнем возрасте влюбившегося в восемнадцатилетнюю Ульрику? А разве эта Ульрика не ответила поэту взаимностью, а затем на протяжении всей жизни (оказывается, она прожила 96 лет) не берегла это чувство в глубине своего сердца и, сохранив ему верность, любила и вспоминала только его?.. От последней любви Гёте человечеству остались дивные газели. И таких примеров предостаточно. И в жизни, и в искусстве. И у других, и у нас.

Прошло некоторое время. Образ той красивой девушки, встречавшей меня в аэропорту Талдыкоргана, вновь и вновь возникал в моей памяти. В один из дней неожиданно появился повод ее найти. Я просматривал прессу, когда одно газетное фото словно обожгло меня: в Астане прошел конкурс красоты «Мисс Казахстан», на котором Гран-при завоевала та самая девушка (оказывается, зовут ее Асель)… Теперь разыскать ее было нетрудно.

Наше знакомство переросло во взаимную симпатию, а симпатия – в сближение. Постепенно мы стали встречаться. И в облике, и в мыслях Асель я увидел много тех качеств, которые