Ее грешные избранники - Кассия Брайер

— Разве я не должен ничего не делать, — практически заныл Бо, подмигивая Клэр. Она улыбнулась.

Ви задумалась над ним. — Как только Финеаса не станет, я хочу, чтобы ты позвал сюда «Грешных Святых». Это твоя задача.

Бо, казалось, был доволен этим. Он щелкнул пальцами и попросил Генри снова наполнить всем напитки.

Примерно через час мы определились со всеми деталями, и часть обсуждения была закончена.

Ви встала. — Мне нужно кое-что сделать перед отъездом. Но сначала мне нужно поговорить с тобой, Эмма. Наедине.

Напряжение пронзило меня, и я определила его источник в лице Кейда. Он сдержанно покачал головой. Я мысленно вздохнула. Несмотря ни на что, он никогда не проникнется теплотой к Ви. Даже сейчас ему не нравилось, что я остаюсь с ней наедине. Но это был не его выбор.

— Увидимся через некоторое время, — сказала я Лукасу. Он понял намек и практически выволок Кейда и Зейна из комнаты. Все остальные достаточно легко ушли, думая о своих делах.

Как только мы остались одни, Ви заняла свободное место рядом со мной на диване. — Я увидела в тебе кое-что новое, — сказала она.

Равные части жгучего любопытства и страха смешались в моем желудке, превратившись в тошнотворную смесь.

— В чем дело? — спросила я.

— Я давно знала, что ты была тем, кого судьба выбрала, чтобы освободить всех гибридов от «5-го Круга». Но недавно видение сказало мне, что вы с Брайоном Вексом… связаны.

— Как связаны? — Я затаила дыхание, ожидая ее ответа. Миллион мыслей столкнулись в моей голове. Пожалуйста, не говори мне, что мы родственники.

— Я не уверена в деталях. Но мне нужно, чтобы ты покопалась в истории своей семьи. Ты сделаешь это для меня?

Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. — Нет, — прошептала я.

Ви задумчиво выдохнула, по-видимому, ее не волновало, что я вот-вот сорвусь. — Я не думаю, что вы кровные родственники. Все, что я знаю, это то, что ты найдешь связь, покопавшись в истории своих предков.

— Ты не можешь сказать мне ничего больше? — Черт возьми, она не могла оставить меня в таком состоянии.

— Если предположить… Я бы сказала, что ты могла бы обнаружить кровную месть, или нарушенную клятву, или, может быть, проклятие поколений.

Она говорила серьезно? Я на мгновение уставилась на нее, затем обдумала эту новую информацию. — Итак, если хоть что-то из этого правда, то, возможно, я на самом деле не была избрана судьбой для убийства Векса. А то, что есть между нами, может быть что-то создано моими предками?

— Я не вижу разницы между судьбой и решениями твоих предков. В любом случае, судьба привела тебя туда, где ты сейчас находишься. — Она похлопала меня по плечу. — Обещай, что разберешься с этим.

— Я обещаю. — Конечно, я собиралась покопаться в истории своей семьи и выяснить, как, черт возьми, мы были связаны с ведьмами из рода Векс.

— Замечательно. — Она хлопнула в ладоши. — Давай займемся другими вещами. — Ви выскочила из комнаты, больше чем когда-либо похожая на фейри, и оставила меня наедине с моими мыслями. Которые были быстро прерваны мужским покашливанием.

Я почувствовала запах агента Мартина еще до того, как заметила его входящим в дверь. От него пахло фенхелем и солнцем, что совершенно не вязалось с его суровым, грубоватым характером.

— Как у тебя дела? — спросил он тем же серьезным, глубоким голосом.

Застигнутая врасплох его вопросом, я спросила: — Что?

Он подошел ближе к дивану. — Полагаю, миссис Элиза Холт была тебе дорога? Как ты восприняла известие о ее смерти?

Ах, это. Я пожала плечами. — Я справляюсь. — Почему его это волновало? И кто ему это сказал?

— Справляться — это хорошо. Потерять дорогого человека тяжело. — Он изучал мое лицо, словно что-то искал, но я понятия не имела, что именно.

— Так и есть. Я потеряла маму около десяти лет назад. — Как только эти слова слетели с моих губ, я стиснула зубы. Зачем я ему это сказала?

Он снова откашлялся, и у меня возникло ощущение, что он нервничает. Странно.

— Ты была близка со своей матерью? — Вопрос прозвучал пытливо, как будто его действительно волновал ответ.

— Очень. Я была близка с ней и моим братом… — Я оборвала себя. Боль пронзала меня каждый раз, когда я думала об Орионе. Он предал меня сильнее, чем кто-либо за всю мою жизнь.

— Твоим братом. Орионом. — Агент Мартин закончил предложение за меня.

— Да. — Я встала, желая поскорее закончить этот разговор. — Мне, э-э, пора идти. — Я без необходимости указала на дверь, чтобы прояснить ситуацию.

Он выпрямился и сделал шаг назад. — Конечно. Я не хотел тебя задерживать. Но если тебе когда-нибудь понадобится выговориться, я умею слушать.

— Хорошо. Спасибо. — Неуклюже я обошла его и направилась к двери. Его пристальный взгляд покалывал мне спину, пока я не поднялась по лестнице и не скрылась из виду.

Ладно… Немного жутковато. В основном просто странно. Что все это значило?

12

КЕЙД

Мы были легкой добычей здесь, в этом открытом поле. Ловушка чародейки была настолько очевидной, что казалась нелепой. «5-й Круг», должно быть, идиоты, если они решат появиться сегодня вечером. В то же время, без всех этих «Грешных Святых» гибридов, которые множат нашу численность, Векс мог бы воспользоваться этой возможностью, чтобы одолеть нас. Я ставил пятьдесят на пятьдесят, что они объявятся. И если они это сделают, пятьдесят на пятьдесят процентов шансов, что мы выберемся отсюда живыми.

Пока мы ждали, мое внимание постоянно возвращалось к Эмме. То, что она отправилась на то задание, и только Зейн мог защитить ее, сломало что-то внутри меня. То, что она была вне моей досягаемости, почти свело меня с ума от страха потерять ее. Лукасу было ненамного лучше, и той ночью мы поклялись, что никогда не позволим этому случиться снова. Только через наши трупы эта женщина когда-нибудь снова расстанется с нами.

Я никогда ни в ком раньше не нуждался, по крайней мере, до Эммы. Теперь я жил ради ощущения ее эмоций, бурлящих в моей груди, ради каждого взгляда, который она бросала на меня, ради прикосновения ее кожи к моей. Она была всем моим миром.

Потеря мамы Холт еще больше усилила мою потребность оберегать Эмму. Боль потери все еще терзала и сжимала мою грудь. Мама Холт была самым близким человеком, похожим на настоящую мать — та, кто лелеяла и заботилась, в отличие от моей биологической матери. Она