'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

тёмной «благодатью». Преследуют они Царицу не просто так. В её чреве должен зародиться ребёнок, переполненный Светом. И как ребёнок родиться, наступит предпоследняя точка Цикла. Мать должна съесть своего ребёнка, и забрать его «Свет», пробудив свою истинную силу и тем самым наконец–то одолеть главного Тёмного Царя — финал цикла «Ребёнок Света». Но, как это было и в моём Цикле, есть переломная точка. Тёмный Царь может пожрать плод Царицы, и тогда всё человечество умрёт, а Цикл перезапуститься. И если местные аборигены говорят про Цикл, значит, они знают про Единого и знают, про Истинного Ребёнка.

Эх, знали бы они, что эта борьба бесполезна. Пробуждённая Царица с Радужным фруктом внутри своего тела впитает в себя силу побеждённого Тёмного Царя, обратившись в Истинную дочь Единого. И тем самым она откроет проход в его мир… а всё остальное человечество вместо облегчения и мира, получат вечную жизнь в рабстве, став источником энергии города «Иерихон».

Теперь осталось понять, кто из света и тьмы, Ваня…

— Алоглазых! — вышел вперёд молодой парнишка, — Он не один… их целая раса.

— Спасибо за уточнение, — подмигнул я парнишке, — Ну так что, проводите меня к Царице… — я развёл руки в разные стороны, — Я готов отдать ей свою силу, дабы свершился конец Цикла! Она может съесть меня, я не буду сопротивляться.

Рудольф чуть не выдал наши истинные намерения. Ему нужно поработать над мимикой лица, когда он слышит явную лож от союзника. Сначала удивиться как ребенок, а следом состроить строгую морду, выглядит слишком подозрительно. Но да ладно, взгляды белоглазых направлены только на меня.

— Хорошо… — кивнул старик, — Следуй за нами. Мы отведём тебя и твоего брата к Царице.

Белоглазые пошли вперёд, углубляясь в пещеру, которую словно пробурили буром. Я подмигнул Рудольфу.

— Пойдём, брат близнец.

* * *

Туннель вглубь скалы, кажется бесконечным. Звуки усилились. Каждый шаг, каждый шорох был слышен так, словно возле меня пробегает стадо слонов. И… чем дальше, тем я больше чувствую, что моя сила исчезает. Это гора и есть особый чёрный камень, что обнуляет мою благодать и силы Рудольфа.

— Ты же придумал план, как нам выбраться отсюда? — прошептал Рудольф.

— Эм… да, конечно! — покрылся я весь холодным потом, так как план побега я почему–то не продумал.

«Мефисто… пожалуйста, скажи что твои силы не угасли.»

«Как сказать… я ослаб на процентов восемьдесят, и чувствую, когда мы придём на место, от моей мощи останется десять процентов. Появиться и спасти тебя с Рудольфом, я не смогу. Но, ты сможешь использовать мой огонь. Кроху, но все же сможешь. С тобой осталась чудовищная физическая сила, так что ты сможешь их перебить в случае отступления. Они ведь не обладают маной или энергией, а если она у них есть, то они, как и ты, обесточены.»

«И правда… ладно, хотя бы что–то! Надеюсь на тебя, Партнёр.»

Туннель наконец–то закончился. Впервые я увидел яркий огонь, вот только, он белого цвета и отбрасывает чернильные тени. Блин… я как будто и правда, попал в старинный фильм.

Мы вышли из туннеля в огромную пещеру, забитую белоснежными кострами. На потолке скапливается чёрный дым, и выдувается через щели наружу. Так бы здешние люди уже давно задохнулись от угарного газа.

Поселение поразило своей простотой. Местность усеяна каменными домами. Дети сражаются на палках, пока мужчины контролируют процесс тренировки. Женщины шьют одежду, затачивают оружие или готовят еду.

Мы с Рудольфом проглотили язык, увидев не слишком приятное зрелище. На каждом участке поселения установлены каменные столбы, и в них, черными каменными гвоздями, прибиты люди с алыми глазами. Каждый участок их плоти пронзён особым камнем, дабы их сила не вырвалась наружу. Да и сама гора не даёт им полностью восстановиться. Они не умирают, каждый уставился в одну точку. Их разум словно погас от вечных пыток. Вокруг каждого столба проросли алые цветы, чем–то напоминающие мак. И это впервые, когда я увидел иной цвет этого мира, помимо черного и белого.

— Ал…

— Можешь не начинать… я сам стою с мокрыми портками, — я тут же тыкнул на экран гаджета, — Ёхан… ты меня слышишь? — в ответ шорох помех, — Ага, ну конечно, какая может быть связь внутри горы? — испуганно усмехнулся я.

— Их тут много, — оглядывался Рудольф.

— Даже слишком! Сражаться с ними без наших сил, бессмысленно… задавят численностью.

В поселение проживает, если брать на глаз, примерно двадцать тысяч людей. И самое печальное, что выход один. И дабы вернуться к туннелю, нужно пробежать всё поселение, ведь нас ведут в самый конец пещеры.

— Короче, — встал я рядом с другом, отчего мы начали биться плечами, — Находим Царицу, забалтываем её… и крадём. Придётся прорываться с боем: ты несёшь Царицу, я убираю преграду. Бежим без оглядки и остановки. Действуем быстро и слаженно. У нас одна попытка… или нас сожрут.

— Понял… вот дерьмо, смотри!

Мы с Рудольфом уставились на мерзкое зрелище. Алоглазых держат в плену не потому что они враги человечества, а потому что… они вечный источник мяса. Женщины подходят к столбам с небольшими ведрами, и срезают с бедняг пару килограмм плоти. Те даже не кричат, видимо привыкли. Хоть их сила и обнулилась, но вот тело все ещё регенерирует. Как и сказал Мефисто, способности самого тела не обнуляются. Алоглазые не пытаются сбежать, потому что эти аборигены их обескровили, тем самым лишив их физических сил. И если наш план потерпит неудачу… два пустующих столба обзаведутся новыми пленниками.

Старик и его отряд наконец–то привели нас в нужное место. И люди — местные жители, увидев неизвестных, стянулись в конец пещеры. И это хренова. Пробиваться через толпу будет трудно. Они взяли местность полукругом, отсеяны к стене, закрыв любой намёк на побег.

— Нам жопа, да? — побледнел Рудольф.

— Поживём, увидим…

Старик встал за нашими спинами, рухнул на оба колена и приклонил голову. Впереди нас идёт тропа, выложенная из человеческих костей, прямо к костяному трону из скелетов младенцев. И главенствующее место занимает беловолосая женщина с белыми глазами. На ней одежда, собранная из… костей, как и её корона. У женщины видно огромный живот. Она явно уже на последних месяцах.

— Царица… я не могу поверить своим глазам, но в нашем мире жила ещё одна Царица, породившая ребёнка, но, к сожалению, не успевшая вкусить своего собственного плода. Он явился, дабы принести себя в жертву. Если вы съедите это дитя, а следом и своего ребёнка, ваша сила точно уничтожит всех Алоглазых и их Главу.

Лицо женщины бледное, на щеках проступают морщины, зубы чёрные и заточены как у пираньи. Она глянула на меня презренным взглядом. И почему–то все горожане рухнули на колени, опустив голову вниз.

— На колени… — лениво махнула рукой Царица.

— На колени? — удивился я, — А покупать? А яблочко в рот засунуть? Костёр развести? Масличком меня омыть, для золотистой корочки?

— Что ты несёшь? — прошептал Рудольф.

— Импровизирую! — шикнул я в ответ, и продолжил браваду, вступив на костяную тропу, — Ты и есть Царица, что должна пожрать меня?

— ВЕЛИКАЯ… Царица, — уточнила она с явными признаками агрессии, — Я не вижу, что бы ты стоял на коленях!!! На колени!!! Склони голову!!!

Она явно злоупотребляет своим положением. Беситься как ребёнок, даже забавляет её раздражать.

Я практически добрался до трона.

— Ах ты!!!.. но ничего, я знаю, что умерит твой пыл!!! — Царица неуклюжа встала на ноги, убрала руку за спину и сняла с пояса каменную скрижаль, — УЗРИ ЖЕ!!! В МОИХ РУКАХ ЕГО ПОСЛАНИЕ!!! ЗАМЫСЕЛ ВСЕГО МИРА, ЧТО Я ИСПОЛНЮ ДЛЯ ВСЕОТЦА!!! ЭТА ВЕЩЬ СВЯЩЕННА. ТЫ ПРИКЛОНИШЬ КОЛЕНО!!!

Я пригляделся. На каменной поверхности дощечки изображён чёрный, рогатый силуэт человека с ярко алыми глазами. Над его головой нарисована алая луна. Всё остальное свободное от рисунков пространство, занято тоннами текста.

— В моих руках сама истина… и ты встанешь на колени перед той, кто станет Истинной Дочерью Единого!!!

У меня в голове возникли воспоминания о городе Единого — Иерихон. Перед глазами застыл момент, когда в пирамиде открылся отсек, и я увидел, что обычные люди стали заменой электричества — живая энергия. Такова участь тех, кто переживёт Цикл… вечное рабство для них и их детей, что никогда не познают вкус свободы.

Даже не сказав и слова, я подошёл к женщине и одним движением отобрал каменную