Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Гуров, ты в порядке?

Разблокировав дверцы, Лев с трудом вылез наружу и увидел невысокого, коренастого и совсем незнакомого ему человека. Словно прочитав его мысли, тот сказал:

– Не напрягайся! Ты меня не знаешь. Ты как себя чувствуешь? Разбитая бровь – не в счет, ребра как?

– Бывало и лучше, – пробормотал Гуров. – Откуда дровишки? – взглядом показал он на нападавших.

– Сейчас разберемся. Давайте сюда кого-нибудь! – приказал коренастый.

– Это мы полковника спасли! – горячился тем временем Гурам, пытаясь пробиться к Гурову.

– Никто не спорит, вы просто были ближе, а сейчас помолчи, – отмахнулся от него мужчина и спросил у нападавшего, которого подвели к нему, заломив руку за спину: – Кто послал?

– Да мы просто хотели бабок срубить…

Продолжить ему не дали, он получил такой силы удар снизу ногой в лицо, что невольно заорал и от боли в плече, и от разбитых, видимо, носа и губ. Поняв, что дальше будет только хуже, он выкрикнул:

– Колька-Лапоть! Сказал, что клиент хочет, чтобы мы этого «кента» кончили!

– А то, что этот «кент» на минутку полковник полиции, он вас не предупредил? – спокойно поинтересовался коренастый.

– Сукой буду! Не знали мы! – перепугавшись, уже просто орал парень.

– Будешь. Куда же ты денешься? – равнодушно заметил мужчина. – Где Лаптя искать? Мне всякую шваль знать не по чину.

– Барыга он, от Косого работает, на Арбате «герычем» приторговывает, – изливал душу парень.

– Разберемся, – пообещал коренастый и махнул рукой – парня тут же увели. – На кого думаешь? – повернулся он к Гурову.

– Только без трупов, – предупредил Лев.

– Беда с вами, с порядочными! – усмехнулся мужчина. – Он тебя «заказал», а ты его жалеешь!

– Он и так сядет, а для него это страшнее смерти, – сказал Гуров.

– Ладно, кончать не будем, хоть и заслужил. Ты время не тяни – тебе в больничку надо, рентген сделать, – поторопил его мужчина.

– Не надо в больницу, я лучше дома отлежусь, и все будет нормально. Некогда мне болеть. Это полковник Шатров, мой коллега с Петровки, теперь уже бывший, конечно.

– Ну, блин, и порядки у вас там! Как на зоне – не повернись спиной! – усмехнулся коренастый. – Ты возьми из машины все, что тебе надо, а потом тебя отвезут. Вон белый «Ниссан» стоит. Со своей-то машиной что делать будешь? У нее вся задница всмятку, да и морда побита.

– Ремонтировать, конечно. У меня на новую денег нет, а в кредит влезать не хочу, – пробормотал Лев.

– Ладно, – вздохнул мужчина. – Позвоню сейчас, чтобы ее в сервис забрали.

– Только счет мне потом выставите за ремонт, – предупредил Гуров.

– Тебе, блин, в долларах или в евро? – разозлился коренастый. – Ну, беда с честными ментами! Все у вас не как у людей!

Мужчина свистнул, и к нему тут же подбежал парнишка. Он мигом положил один на другой дипломаты Шатрова с документами и сунул их под мышку, забрал пакет с термосами и пошел к «Ниссану», а борсетка досталась Гурову – на всякие мелочи из бардачка он, чувствовавший себя с каждой минутой все хуже, решил не отвлекаться – ничего ценного там не было. Подойдя к «Ниссану», Лев осторожно опустился на пассажирское место впереди, а парнишка свалил все на заднее сиденье, заметив:

– Не боись! Ничего не пропадет! Мне еще жить не надоело!

Возле дома процедура повторилась, и, выйдя из лифта, Гуров увидел, что Тамара уже стоит в дверях и горестно качает головой.

– Уже все знаю, – сказала она. – Как же это не вовремя!

Парнишка занес все в квартиру и ушел. Теперь уже Гуров перетащил все в спальню и наконец-то прилег.

– Врача надо, – твердо проговорила Тома, поднимая его за плечи и подкладывая под спину подушки, чтобы он полусидел.

– Отлежусь! – с трудом пробормотал Лев, потому что любое движение вызывало боль. – Сама знаешь, нельзя мне болеть.

– А вот это уже не тебе решать! – сварливо заметила Тамара.

– Колись, что натворила! – потребовал он, но прозвучало это не грозно, а жалобно.

– Получишь готовое, – буркнула она. – Я тебе сейчас спиртовую салфетку дам, руки протрешь и поешь. И не спорь! – решительно заявила Тома, увидев, что он хочет возразить. – А то потом времени не будет.

Не успел Гуров закончить с едой, как примчались Крячко и Степан с врачом. Лев укоризненно посмотрел на Тамару, монументально стоявшую, скрестив руки на неохватной груди, как памятник самой себе, но сопротивляться у него сил не было. Пока врач, Степан и Тамара занимались Гуровым, Крячко тайком проник в кухню, где обнаружил под салфеткой на столе пирожки. Взяв один, откусил, закрыл глаза и застыл от блаженства, что его и сгубило – он был застигнут на месте преступления бдительной Тамарой, получил за воровство заслуженный подзатыльник и могучим коленом под зад был изгнан с подведомственной ей территории. В ответ Крячко даже мяукнуть не решился – они были в разной весовой категории. Врач же, осмотрев Льва, сказал Степану:

– Так, бровь я ему обработал. Теперь по поводу остального: по моему мнению, переломов или даже трещин нет, но есть ушиб грудины, хотя рентген не помешал бы. Чем можно помочь сейчас? Покой, охлаждающие компрессы, противовоспалительное и обезболивающее. – Он повернулся к Льву: – Я понимаю, что дышать глубоко вам больно, но надо! А то потом придется лечить уже легочную инфекцию! Назначения я сейчас напишу.

Когда он ушел, Крячко, памятуя о своих прегрешениях, быстро схватил листок и поехал в круглосуточную аптеку, откуда привез кучу лекарств. Но надо было что-то решать с завтрашним днем, и Тамара решительно заявила:

– Гуров! Тебе прописали покой? Вот и лежи!

– Лев Иванович, вы не волнуйтесь! Мы сами всех опросим, потом записи послушаем и самое важное выцепим. А если хотите, то вам их привезем, чтобы вы сами послушать могли и убедиться, что мы ничего не пропустили, – успокаивал его Степан.

– Ладно, – скрепя сердце согласился Гуров. – Степан, вон в той тумбочке лежат запасные ключи от Машиного джипа, возьми их, и пусть кто-то из твоих ребят его к моему дому подгонит, а то я временно безлошадный. Кстати, там еще и доверенность на мое имя должна быть, посмотри, она не просрочена?

Савельев покопался в тумбочке, нашел ключи и доверенность, которая оказалась действующей, потому что Мария каждые три года ее возобновляла. Подаренный сибиряками Марии «Лексус» был Льву как нож острый – у него столько неприятностей из-за него было! Он дал себе слово, что никогда за его руль не сядет, и действительно до сих пор ездил в нем считаные разы, и то в качестве пассажира, но сейчас выхода не было.

– Дипломаты пусть пока здесь полежат, а завтра вы их заберете, – продолжал он. – Только акт экспертизы и буклеты достаньте – они сейчас Орлову нужны будут. Не думаю, что Шатрова теперь волнует их судьба.

Крячко с Савельевым ушли, Лев выпил все таблетки, включая снотворное, и уснул, даже не предполагая, как же он прав, потому что Шатрову действительно было сейчас не до каких-то документов.

Вызванный на встречу своим агентом Николаем Лаптевым, который хотел доложить о выполненном поручении и предъявить в качестве доказательства фотографии мертвого Гурова, Шатров без раздумий поехал на их обычное место. Его до такой степени захлестнула ненависть ко Льву, что крышу сорвало, и он сам не понимал, что творит. Приехав, он вышел из машины, огляделся, закурил, а потом почувствовал сильный удар по голове. И темнота. Его долго били, так, чтобы живого места не осталось, но молча, без злобы – работу выполняли. А потом ушли, оставив его под мостом. Он пришел в себя от холода и почувствовал дикую боль во всем теле, казалось, болели даже волосы. Но самым страшным для него была мысль о том, что Гуров его опять переиграл! Его нашли случайно. Он долго лечился, одновременно отвечая на очень неприятные вопросы сотрудников УСБ, потом был суд, лишение звания и срок в десять лет. И какие бы планы мести ни строил он потом на зоне, они никогда не осуществятся – он умрет в колонии. А ведь всего этого можно было избежать! Ну, чего проще? Соблюдай технику безопасности, не стой под стрелой, не буди спящую собаку и останешься жив и здоров!