Секреты - Vorabiza

- О, не забудь поговорить с ним о Джинни, - напомнил Гарри.

- Я уже работаю над тем, чтобы вызвать у него интерес к ней, - рассеянно ответил Драко, макая перо в чернила.

Гарри ухмыльнулся, его подозрения на этот счет подтвердились.

- Ты расписал ее в самых радужных тонах, да? - поддразнил он бойфренда.

Драко усмехнулся в ответ и предупредил:

- Я бы предпочел не слышать, как ты будешь расписывать ее в радужных тонах.

Гарри рассказывал ему о состоявшемся накануне разговоре с Джинни.

- Так, теперь нам осталось придумать, как организовать им встречу, - сказал Драко.

- Не представляю себе, что тут можно сделать, - признался Поттер.

Они обсудили несколько вариантов, продолжая тем временем просматривать письма. Драко передал Гарри письмо Гермионы, которое было более беспокойным, чем послание Блейза. Как Поттер и ожидал, она не радовалась смерти Люциуса, а напоминала ему о Крауче.

- Мой отец объявлен умершим, - сказал Драко. - Почему она пытается накрутить тебя?

- Драко, у Гермионы есть основания для беспокойства, - сухо заметил Гарри. - Люциус сделал то же самое, что и Крауч в свое время.

Малфой скривился.

- Грейнджер чересчур умна, это вряд ли сослужит ей добрую службу.

Гарри закатил глаза.

- Хорошо рассуждать, когда знаешь, что твой отец на моей стороне.

- Да, на твоей, - подтвердил Люциус, входя в комнату с кинжалом в руке.

Гарри распахнул глаза.

- Я рад.

Люциус усмехнулся и протянул ему кинжал рукояткой вперед. Гарри осторожно взял его в руки.

- Для чего это? - спросил он.

- Для дополнительной защиты, - пояснил Люциус.

- Но у меня есть палочка, - возразил Поттер.

- А если ты ее потеряешь?

- Я попрошу меч, черт возьми, - пробормотал Гарри.

- Что? - спросил Драко, недоуменно глядя на него.

- Ничего, - ответил Поттер. Он собирался как-нибудь рассказать бойфренду о мече Гриффиндора, но понимал, что сейчас еще не время.

Драко выглядел очень встревоженным, но все же попросил посмотреть кинжал. Гарри наблюдал, как тот разглядывает его. Он тряхнул головой, удивляясь, что нож все сильнее и сильнее ассоциируется у него со змеями. Возможно потому, что на рукоятке были изображены змеи (кобры, если он не ошибался). Драко вытащил кинжал из ножен. Острый клинок блеснул на свету. Гарри вздрогнул.

- Чтобы ударить кинжалом, надо подойти близко, - сказал он, неосознанно потирая руку в том месте, где в нее вонзился клык василиска.

- Да, это так, - согласился Люциус. - Но ты должен иметь все возможные средства защиты.

Он немного помолчал и добавил:

- Именно поэтому я пойду с тобой.

- Куда пойдете? - сконфуженно спросил Поттер.

- Если Северус скажет, что сегодня тебе предстоит сражаться, я пойду с тобой. Ты возьмешь меня вместо Драко.

- Нет, - начал протестовать Малфой-младший. - Я пойду с ним.

- Люциус, вы не можете идти со мной, - присоединился к протесту Гарри.

- Я могу сопровождать тебя в анимагической форме, а Драко нет, - пояснил Люциус, игнорируя их возражения.

Гарри осторожно посмотрел на бойфренда. Они пока не говорили об анимагической форме его отца. Драко нахмурился, но Поттер не мог сказать из-за чего - то ли из-за упоминания о хорьке, то ли из-за того, что ему придется остаться дома.

- Ты будешь в большей безопасности, если наденешь свою новую мантию-невидимку. А Драко будет в большей безопасности, если останется здесь, - спокойно продолжил Люциус.

Гарри нечего было возразить. Он понимал - им повезло, что их до сих пор не раскрыли. Старая мантия годилась только на то, чтобы спрятаться, и Гарри знал, что, пока он переводил дневник Волдеморта, Драко с близнецами пытались усовершенствовать новую мантию. А еще Драко попросил Северуса проверить ее, вот тогда и выяснилось, что она может отражать Непростительные. Все равно, что установить персональные защитные чары. И хотя Гарри нравилась старая мантия, ее не стоило надевать, отправляясь на битву.

Он эгоистично хотел, чтобы Драко был рядом, но еще больше ему хотелось, чтобы тот находился в безопасности. К тому же Люциуса, когда он превращался в хорька, было легко спрятать в кармане.

Поттер посмотрел на бойфренда. Судя по выражению его лица, Драко пришел к тем же самым выводам, хотя был не рад им.

- С отцом ты будешь в большей безопасности, - неохотно признался он.

- Великолепно, я получил в телохранители чертова хорька, - пробормотал Гарри.

- Заткнись, Поттер, - огрызнулся Драко.

- Драко, я ничем не оскорбил его, - возразил Поттер. - Твой отец и есть чертов хорек.

- И у меня больший опыт общения с Пожирателями, чем у тебя, - сказал Люциус, пресекая их ссору.

Ремус все это время молчал, и Гарри повернулся к нему, чтобы узнать его мнение. По виду Люпина было ясно, что он не хотел встревать в дискуссию.

- Северус считает, что это хорошая идея, - спокойно сказал он.

- А ты не согласен? - спросил Гарри.

Ремус немного поколебался и посмотрел на Люциуса, прежде чем ответить.

- У меня есть кое-какие сомнения, - наконец признался он, - но я согласен, что, если тебе придется участвовать в битве, защита должна быть самая лучшая.

- А Люциус и есть самая лучшая защита? - давил Поттер.

Оборотень вздохнул:

- Лучше, чем если ты будешь один.

-----------------------------------------------------

Гарри стоял рядом с кроваткой, глядя на спящую Викторию. Он смотрел, как поднимается и опускается ее грудь, как она разметалась во сне. Казалось, что в мире нет никаких треволнений. Их не было… для нее.

Интересно, а его отец когда-нибудь вот так смотрел на него спящего? Гарри был уверен, что смотрел. Конечно, Джеймс Поттер беспокоился о будущем сына.

Гарри мрачно улыбнулся. Вряд ли отец представлял себе, что его сын будет смотреть на ребенка Малфоя и беспокоиться о Северусе Снейпе. Он не был уверен, что отец принял бы это, но в одобрении матери не сомневался. Ремус знал, что говорил.

Сейчас Люпин мерил шагами переднюю. По крайней мере, именно там Гарри видел его в последний раз. Люциус и Нарцисса сидели в гостиной. Они были сдержаны и скрывали свое беспокойство. Драко пытался уговорить отца разрешить ему участвовать в сражении, но безуспешно. Сейчас, насколько Гарри было известно, бойфренд заперся в их комнате и дулся на всех и вся.

Все были как на иголках, ожидая весточки от Северуса. Самой спокойной казалась Виктория. Гарри снова посмотрел на браслет. Насколько лучше было, когда его предупреждали о предстоящем сражении за пару часов до начала. Он хотел двигаться. Действовать. Делать хоть что-нибудь.

Он резко обернулся, держа палочку наготове, когда дверь в детскую открылась.

Вошла Нарцисса и, увидев его боевую стойку, выгнула бровь.

- Простите, - пробормотал Гарри. Он возвел вокруг кроватки заглушающие чары и сунул палочку в задний карман.