Проект «Геката» (СИ) - "Токацин"

«Огнен? Новая смена?» — сармат попытался вспомнить, о ком речь, но ничего не вышло — из исследователей Аметиста он знал только Дугала Тарса.

— Есть! — Хольгер кулаком ткнул Гедимина в плечо. В шести километрах от реактора над каменистым грунтом зажглась яркая белая точка — портал начал открываться.

— Связь, — отозвался Гедимин, запуская системы Прожига. В этот раз у него не было координат — он наугад повторял пульсацию, выдаваемую порталом Огнена, и надеялся, что этого будет достаточно.

Два ослепительно-ярких луча впились в светящуюся мишень. «Надеюсь, отойти они успели,» — думал Гедимин, осторожно сдвигая стержни. Вспышка и затухание чередовались так быстро, что сосчитать их он не успевал — только рябило в глазах от едва уловимого мигания. Точка, расплывшаяся было в пятисантиметровый шарик, ужалась вдвое — и тут же ярко сверкнула и разошлась неровным мерцающим кольцом, оставив в пустоте четырёхметровую дыру. Гедимин сбросил стержни и сам стиснул зубы от фантомной боли — как ему казалось, такой внезапный останов был для реактора не приятнее, чем для сармата — удар кручёным проводом поперёк спины. Портал дрогнул и расширился ещё на полметра, едва не зацепив краем поверхность. На той стороне Гедимин увидел багровый лёд — ещё не растаявшие пласты, освещённые тусклым светом красного гиганта. Потом в проём выглянул сармат в сером скафандре. Осторожно потрогав край «окна» пальцем, он шагнул — и вышел на поверхность Луны.

— Огнен! — Хольгер хлопнул Гедимина по спине так, что броня зазвенела. Серый сармат, вскинув руку в приветственном жесте, развернулся и шагнул назад.

— Вижу, что Огнен, — Гедимин перевёл взгляд на монитор. — Что у Айзека?

Хольгер снова просунул антенны в щель. Его передатчик замигал.

— Стабилизируется, — сообщил он. — Огнен говорит то же самое. Просит выждать пять минут.

Он втянул антенны и повернулся к Гедимину.

— А ведь это прорыв, — медленно проговорил он. — Если можно так подпитать любой портал с той стороны, то… Один такой реактор в «Койольшауки» — и у нас будет космопорт с мгновенными рейсами прямо на базе. Портал Нептун-Кагет, портал Юпитер-Кагет, небольшая подпитка…

— Следи за порталом, — буркнул Гедимин. Он следил за мигающим излучением. Реактор сегодня успокаивался медленно, неохотно, несмотря на сразу же сброшенные стержни.

…Когда Гедимин добрался до портала, красные светодиоды уже растянули в две ленты вдоль импровизированной дороги, и в пятиметровый проём въезжал, мигая бортовыми огнями, караван из шести «Кенвортов». Их сопровождали охранники в экзоскелетах Биоблока. Гедимин быстро огляделся, — чёрный корабль с красно-золотым орнаментом стоял рядом с базой Исгельта. «Ассархаддон,» — сармат посмотрел на массивные контейнеры для перевозки жидкостей, на передвижную кислородную станцию, въезжающую за ними, и едва заметно усмехнулся. «Его оборудование. За червяками?»

— Гедимин, вы здесь? — послышался в наушниках удивлённый голос Ассархаддона. — Возникли проблемы?

— Нет пока, — отозвался сармат, включая дозиметр. — Надо проверить стабильность портала. Это твои «Кенворты»?

— Передвижная база Биоблока, — подтвердил куратор; он был где-то рядом, но Гедимин так и не увидел его, как ни вертел головой. — Не хочу отвлекать Дугала и Огнена от важных экспериментов. Биосферой займутся мои специалисты. Спасибо за портал, Гедимин, — так гораздо удобнее проводить исследования.

Сармат заглянул в портал. Грузовики уже проехали; он видел, как они осторожно ползут по оттаявшему плато к виднеющейся неподалёку базе из двух близко поставленных куполов. Красное солнце ушло за горизонт, Фрейя, как всегда, скрывалась за самой планетой, оставив на небе широкие дуги колец; Гедимин посмотрел на незнакомые звёзды, усмехнулся и, оглянувшись через плечо, шагнул в портал.

— Невозможно удержаться, не правда ли? — послышался в наушниках негромкий смешок. Гедимин ничего не ответил. Он смотрел под ноги, на тёмно-бурую скалу и красный поток, медленно стекающий к обрыву. Лёд таял, железная пыль — остатки древних метеоритов — вместе с водой уходила в море. Если бы не подсветка от близко расположенной базы, Гедимин не различал бы цветов, — на чёрном небе не было ярких источников света. Совсем рядом, за порталом, горели красные огни, но ни один из них не отражался в тёмной воде под ногами сармата.

— Здесь слабая гравитация, — предупредил Ассархаддон. — Если хотите подойти к воде, будьте осторожны. Лучше спускаться на когтях, обрыв очень скользкий.

— Я… — Гедимин посмотрел в темноту, за которой ничего не было. Вода в отсутствие ветра вела себя непривычно тихо, но какой-то плеск жидкая атмосфера Аметиста всё же доносила до наушников сармата, — скорее всего, источником звука были водяные твари.

— Ничего я там не понимаю, — смущённо пробормотал он и, в последний раз посмотрев на базу Дугала, шагнул обратно на поверхность Луны. — Ты вывезешь этих червяков? У тебя они выживут?

— Могу лишь надеяться, — отозвался Ассархаддон. — Это хемотрофы, Гедимин, с ними всегда множество трудностей. В крайнем случае, у меня останется база их ДНК. Это уже больше, чем ничего. Но я удивлён, что вас заинтересовали эти организмы.

Гедимин покачал головой.

— Я не разбираюсь в червяках. Но хорошо, что ты можешь что-то сделать. Вымирание — неприятная штука.

«Надо будет выбраться туда днём,» — думал сармат, возвращаясь под купол реактора. «Может быть, эту планету после нас никто уже не увидит…»

07 октября 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон

— Атомщик! И ты здесь? — удивился Хольгер, наткнувшись на Гедимина. Тот успел подойти к ограждению и теперь задумчиво смотрел в портал. Над Аметистом взошло солнце; гребни тающих наледей окрасились в пурпурный и лиловый, красные ручьи снова наполнились водой. Вдалеке, у куполов временной базы, каждые пять минут сверкали вспышки — Дугал, с утра сменивший Огнена, продолжал опыты с прожигателями. Биологов видно не было, и Гедимин предположил, что они разбили лагерь ближе к воде, на другом краю плато.

— Жду. Реактор остывает, — отозвался он. — А ты чего? Они работают…

Он указал на вспышки.

— А… — махнул рукой Хольгер. — Дугал отлично справляется. Константин составляет прыжковую карту Солнечной Системы. Айзек и Амос работают передатчиками между ними. Я там — лишнее звено… Ты куда собираешься?

— Спущусь к воде, — ответил Гедимин. — Посмотрю на червяков. Видел? Ассархаддон за ними отправил пол-Биоблока…

— Не представляю, где он разместит биосферу целой планеты, — пробормотал Хольгер, быстро оглядываясь через плечо и щёлкая коммутатором. Гедимин мигнул — он и забыл о том, что Ассархаддон может его услышать.

— Идём? — Хольгер, не заметив ничего опасного, приободрился и подтолкнул сармата в спину. — Там низкая гравитация, будь осторожен!

Гедимину казалось, что за время работы в Кармане он привык к сниженной гравитации, но Аметист, по-видимому, был ещё легче Луны, — первый же шаг по ту сторону портала подбросил сармата на метр вверх. Он, плюнув на попытки удержаться на «земле», включил «лучевое крыло» и пару секунд спустя уже сползал вниз по скользкому, почти отвесному склону, всадив «когти» в красно-бурую породу. Хольгер, качая головой, смотрел на него сверху. Через секунду он мягко опустился на крошечный пятачок над самой водой и посморел на Гедимина снизу.

— Левую ногу на три сантиметра левее, там опора. Теперь развернись на правой руке… Вот так, — он немного подвинулся, уступая сармату половину пятачка.

— Чужая планета… — Гедимин посмотрел на свои руки, измазанные красной грязью, и хмыкнул. — Отсюда ведь не видно наше Солнце?

— Отсюда не видно ни одну из наших звёзд, — отозвался Хольгер, наклоняясь к воде. — Этих существ ты называешь червяками? На мой взгляд, они похожи на ланцетников. Определённо, это хордовые. И…

Он достал анализатор и поднёс к куче слизи с торчащими из неё кремниевыми иглами. Эта скала вышла на поверхность недавно — фильтровщики погибли и частично разложились, но органическая масса ещё была съедобна для ползучих падальщиков. Гедимин покосился на них и, отодвинувшись, опустил руку в воду. Мелкие белесые организмы на секунду облепили её и, не найдя ничего съедобного, брызнули во все стороны. Сармат еле успел подхватить одного из них и поднести к глазам. На одном конце существа был треугольный плавник, на другом — бахрома прозрачных волосков. Гедимин искал намёк на жаберные щели или глазные отверстия, но ни того, ни другого не было, зато на брюхе вдоль всей трубки просвечивающего кишечника тянулись странные тёмные скопления. Они были несимметричны, местами окружали только внутренности, местами соприкасались с кожей.