Вооруженные силы на Юге России - Коллектив авторов -- История

Тобай и к вечеру занял последний. Красные занимали высоты к северо-западу и группировались в районе ст. Грамматикове. С нашей стороны была произведена ночная разведка и были выяснены значительные силы красных. 6-я рота заняла деревню Коронки.

8 июня в 14 часов красные энергично атаковали наше расположение у деревни Черкез-Тобай, пытаясь охватить наш левый фланг конницей. Атака была отбита ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем с близких дистанций. Прибывшая из деревни Коронки наша 6-я рота обеспечила левый фланг полка. Ночь прошла спокойно, но на другой день, 9 июня, красные вновь перешли в наступление на Черкез-Тобай, стремясь отрезать наш полк от полка 34-й пех. дивизии, наступавшего вдоль железной дороги. Наступление было отбито при содействии полка 13-й пех. дивизии, прибывшего в разгар боя в деревню для занятия промежутка между нашим полком и полком 34-й пех. дивизии.

10 июня полк наступал по дороге Надеждино — Ички — Кирлиут и к вечеру занял последний. У деревни Ички произошел короткий бой. На следующий день полк перешел в деревню Тотонай.

Полку было приказано содействовать наступлению полка 34 пех. дивизии на ст. Колай. 12 июня полк выступил из деревни Тотонай на Неймен, сбил там красных и направил 2-ю и 4-ю роты во фланг на ст. Колай. Остальные роты продолжали наступление на Джанкой. К вечеру полк занял деревню Аксюра-Конрат, где и выставил сторожевое охранение. На следующий день полк занял 1-м батальоном деревню Аджай-Кат, 2-м батальоном Джурин (Мирновку). Красные спешно отходили на Сальково и Перекоп.

После дневки 14 июня в Мирновке и Аджай-Кате полк 15 июня совершил переход в Воинку и, переночевав там, 16 июня перешел в Армянский Базар. 1-й батальон занял Перекоп и хутор Преображенка, причем был захвачен бронеавтомобиль и много пулеметов.

После недельной стоянки в резерве (16–23 июня) в Армянском Базаре полк перешел 24 июня в село Б. Маячки, причем 1-й батальон с командой пеших разведчиков был выдвинут к Днепру и занял участок по реке от Каир до Каховки. 2-й батальон оставался в дивизионном, а затем в корпусном резерве в Б. Маячках.

Раздел 3

Барон П. Врангель{287}

Записки{288}

На Дону

В Ростове на вокзале я встречен был генералом Юзефовичем с чинами штаба. Почетный караул был выставлен от сводного полка 12-й кавалерийской дивизии. Полк формировался в Ростове. Караул был отлично одет, люди выглядели молодцами.

Оккупированная французскими войсками после падения гетманской власти на Украине Одесса неожиданно в конце марта была французами оставлена. Одновременно с французами бежал из Одессы и штаб формируемой с благословения французского генерала Franchet d’Espaire «Народной Русской армии» во главе с ее инициатором генералом Шварцем. В числе его ближайших помощников оказался и генерал Бискупский{289}, долженствовавший занять пост инспектора кавалерии и обратившийся из украинского «генерального хорунжего» в генерала «демократической русской армии».

С оставлением Крыма штаб генерала Боровского был расформирован; сам же генерал Боровский получил назначение начальником Закаспийской области. Он так и не успел туда попасть, ограничив поле дальнейшей своей деятельности рестораном гостиницы «Палас». Объединенные под начальством генерала Шиллинга наши крымские части, при поддержке мощной артиллерии союзного флота, продолжали удерживать Керченский перешеек. В Каменноугольном бассейне, в районе Андреевка — Ясиноватая — Криничная, героически сражались обескровленные многомесячной борьбой добровольцы генерала Май-Маевского. Полки его корпуса после ряда тяжелых потерь насчитывали каждый 400–500 человек. Противник продолжал настойчиво пытаться овладеть важным для него Каменноугольным районом. Однако, несмотря на огромное превосходство, все же не мог оттеснить геройские полки Добровольческого корпуса. На левом фланге последнего в районе Волноваха — Мариуполь действовал слабый численно сборный отряд из трех родов оружия под начальством генерала Виноградова{290}, имея против себя незначительные силы красных. На правом фланге генерала Май-Маевского только что сосредоточился после удачного рейда в тыл противника Сводный конный корпус в составе Кавказской (Кубанской) и 1-й Терской казачьих дивизий. Корпусом временно командовал начальник Кавказской дивизии генерал Шкуро.

Во главе дивизий стояли: Кавказской — временно замещающий генерала Шкуро, командир одной из бригад, генерал Губин, бывший мой сослуживец по Уссурийской дивизии; Терской — доблестный генерал Топорков. Последний, недавно на эту должность назначенный, имел уже в дивизии ряд блестящих дел, был тяжело ранен и ко времени моего приезда в Ростов отсутствовал. Правофланговые части генерала Шкуро держали связь с Донской армией, действовавшей на правом берегу реки Донца, к югу от Луганска. 1-я Кубанская дивизия была оттянута в тыл для переброски на фронт Маныча. Генерал Покровский со штабом ожидался в Ростове на следующий день. Он должен был объединить действия 1-й Кубанской и спешно направлявшейся на Манычский фронт с Кавказа, только что окончившей формирование 2-й Терской казачьей дивизии. Сосредоточение корпуса намечалось в районе станции Батайск.

Впредь до прибытия в район сосредоточения частей генерала Покровского важнейший Ростовский узел с юга ничем не прикрывался. Кроме не закончившего формирования сводного полка 12-й кавалерийской дивизии, необходимого для поддержания порядка в самом городе, свободных резервов в распоряжении штаба армии не было. Донские части генерала Мамонтова окончательно потеряли всякую боеспособность, «совершенно разложились», как доносил сам генерал Мамонтов. Перед наступающей конницей красных казаки, бросая артиллерию и оружие, бежали за Дон. Высланный для наблюдения переправы у станицы Ольгинской разъезд ординарческого эскадрона под начальством хорунжего Гриневича доносил о движении разъездов красных в направлении на Батайск.

Забитый многочисленными армейскими и правительственными учреждениями громадный торговый и промышленный центр Ростов был объят паникой. В самом городе было не спокойно, и, по сведениям штабной и местной, донской, контрразведок, можно было со дня на день ожидать выступления местных большевиков. Я принял меры к ускорению переброски эшелонов Кубанской дивизии. Выслал для прикрытия Батайска бронепоезд. Назначил на утро совещание для принятия мер по охране города, пригласив на него командующего войсками округа, донского генерала Семенова{291}, заведующего донской контрразведкой полковника Сорохтина, начальника контрразведки штаба армии ротмистра Маньковского, коменданта города и коменданта главной