Целитель - Gezenshaft

Выходной, здравствуй... Но, кажется, всё равно так или иначе, но буду работать. Над тем же Щагом, хотя бы...

Глава 31

Примечание к части

Думается, Шаг будет в пятницу. Знаю, что в моём случае кричать "Волки!" уже бесполезно, но что поделать.

Возвращаюсь к весенне-летней практике попрошайничества, в обмен на контент. Любая денежка в радость. Как говорится, с миру по нитке - автору хлеб. Да, только хлеб - пока что не до масла.

Не до стишков с самокритикой... Опять пристава дали о себе знать. Догасить остатки долгов надо...

Моб. банк. +79501107586

Сбер. (новая) 2202 2032 7560 9925

PayPal - [email protected]

Яндекс 410019411970257

WebMoney -

R880122335276

Z174532754177

Среда — день тяжелый. Как и понедельник, и вторник, и любой другой день, когда на тебя сваливается слишком много и сразу.

После завтрака я перебросился буквально двумя фразами с Делакур, и мы договорились выяснить степень никудышности моих танцевальных навыков вечером после ужина. Во время этого короткого разговора меня несколько раздражали взгляды французской свиты Делакур — то ли просто убить хотят, то ли убить и съесть, непонятно. В общем, типичная такая социальная группа, настроенная на лёгкое противостояние со всем миром вообще, и со мной в частности. Но к Мордреду этих дамочек…

Гляжу им вслед и не перестаю удивляться и задаваться вопросом — по каким параметрам вообще проходил отбор потенциальных чемпионок для Турнира? Ну, то есть, если, образно говоря, сделать им одинаковые стрижки и цвет волос, а на лицо надеть одинаковые маски, то различить их станет крайне трудно. Крайне!

Но и эта, несколько внеплановая активность, оказалась не последним событием, что должно было немного осложнить мне жизнь.

— Ну что, салага, — прокряхтел почти незаметно подкравшийся профессор Грюм возле входа в Большой Зал. — Не пропало желание обучиться чему-то новому?

— Никак нет, сэр, — выдал я, кивнув.

— Хо, вот и отлично. Пойдём.

А ведь я собирался заняться своими делами, воспользовавшись образовавшимся окном в утреннем расписании среды — у потока Прорицания. И что теперь? А теперь я иду за профессором, который даже в замке ходит в своём коричневом пальто — единственный среди преподавателей он игнорирует мантии. Мерный стук его посоха о пол коридора разгонял учеников вокруг, давая возможность пройти, не толкаясь в потоке и не лавируя в нём. Удобно, ничего не скажешь.

Несмотря на то, что профессор Грюм мог похвастать протезом чуть выше колена, упрекать его в медлительности было решительно невозможно — этот инвалид двигался широким шагом и очень стремительно, хоть и немного прихрамывая и лишь на лестницах немного сдавал в скорости. В общем, добрались до кабинета ЗоТИ мы довольно быстро — там сейчас никого не было.

— Обожди здесь, — не оборачиваясь бросил Грюм, двигаясь между столов к дверям личного кабинета.

Не найдя причин поступать иначе, просто присел за один из столов. Не прошло и минуты, как профессор вышел из своего кабинета, держа в руках кипу подшитых пергаментов. Дойдя до моего стола, сел лицом ко мне за соседний стол, вытянув вперёд ногу-протез и только после этого положил передо мною эту подшивку листов.

— Нашёл минутку, накидал магией текст и схемы, — Грюм обоими глазами указал на подшивку. — Сухо, чётко и по сути. Не чета учебникам, где слишком много ненужной воды.

— В воде тоже есть толк.

— Пока учишься базе. Потом — только мешает. Здесь — будет мешать.

Поднеся руку к подшивке, словно хочу взять, незаметно проверил наличие различных магических откликов, возможных вредоносных чар и прочего, но ничего не обнаружил, и уже после этого взял их.

— Проверяешь? — ухмыльнулся Грюм, отчего шрамы на его лице устрашающе деформировались. — Правильно делаешь. Никогда не знаешь, где окажется ловушка. Постоянная бдительность!

В подтверждение весомости своих слов, профессор стукнул посохом о пол.

— Глядя на вас, думаешь, что, либо постоянная бдительность ничуть не помогла, либо наоборот, многократно уберегла от неизбежной гибели.

— Фифти-фифти, салага, — ничуть не обиделся старый вояка. — Как бы ты ни был хорош в чём-то, всегда найдутся противники сильнее и срать они хотели на твою постоянную бдительность. Но при этом, без неё — точно крышка.

В выражениях Грюм не стеснялся, но и без откровенных перегибов с ругательствами. Просто говорил, как есть.

— Спасибо, профессор.

Не успел я забрать записи, как Грюм меня остановил.

— Давай-ка здесь учи. Заодно и отработаешь. Чтобы я был уверен в успехе, и без претензий к качеству.

Пожав плечами, начал читать первую страницу подшивки, попутно запоминая всё дословно. Вторую, третью, десятую, шестнадцатую, двадцать восьмую… Почти тридцать листов мелкого, но легко читаемого прописного шрифта, нанесённого чернилами при помощи магии, схемы движения палочки для чар, рунные цепочки с уточнением нюансов их нанесения на разный тип поверхности — сферическую, плоскую или многогранник какой. Формулы для пересчёта, точное описание нужных образов, описание взаимодействия с другими чарами… В общем, вполне себе комплексное зачарование.

— А ещё говорят, — не удержался я от ехидного замечания, когда покончил с изучением бумаг, — что у нас, в Англии, артефакторика не развита.

— А это и не артефакторика, — пожал лишь одним плечом Грюм, что пристально следил всё это время за моей работой, изредка задумчиво рассматривая собственные ногти на руке. — Просто сложное комплексное зачарование с применением различных техник и рунных цепочек. Ну-ка…

Грюм сунул руку в карман и вытащил оттуда простой стальной шарик размером с глаз, катнув его по столу ко мне. Всё так же предварительно проверив магией, я поймал его.

— В том виде, в котором я всё расписал, комплекс предназначен именно для сферы и именно таких вот размеров. Отрабатывай, а я проверю. Получится — отлично. А если под другие формы будешь делать, то сам проведёшь перерасчёты, не маленький уже.

— А вы сами это разработали? — я покрутил шарик в руках