Я все еще должен (СИ) - Мелешкин Максим

Из кувырка вышел уже с барлером в правой руке, наведённым на угол, за которым кто-то стрелял. Тренировки дают своё. На мостовой не шевелясь лежал Брек, части головы не было, под ним быстро расползалась красная лужа. Веером по булыжникам разлетелись брызги крови и кусочки чего-то красного. Угол здания ограничивал обзор и что с командиром видно не было, но из-за того, что он в ответ не стреляет, можно предположить, что он в таком же состоянии, как и Брек.

Левое плечо сильно болело, рука слушалась плохо, но вроде бы кости задеты не были. Чувствовал, как по коже течёт что-то липкое. Похоже, амулет в который раз уже спас. Да и банально повезло, что пуля встретилась с защитой под хорошим углом и та смогла отклонить её в сторону, но недостаточно сильно. Не было бы амулета каменной кожи, вполне возможно, что детям пришлось меня хоронить во второй раз.

Раздалось ещё два выстрела, за углом слышались крики разбегающихся людей. Показалось, что уши уловили стоны раненых. Из-за угла здания выскочила женщина и понеслась дальше по улице. Раздался выстрел, пуля ударила в спину бежавшей. Из груди несчастной вырвался фонтанчик крови и она завалилась на мостовую, голова сильно ударилась о булыжники. Пыль, под упавшим телом, стала быстро напитываться кровью и превращаться в грязь.

С трудом положил руку на бляшку амулета, нашитого на кожаный пояс, и напитал энергией до отказа. Придётся брать новый из сделанных в запас, после резкого выброса содержащейся в них ци они ослабевают, процентов на тридцать. Жалко этот был чуть ли не лучшим из сделанных мной.

Опять послышались выстрелы, показалось, что чуть дальше. Опять крики. В голове стало шуметь и начала чувствоваться слабость, кровь всё так же течёт по руке. Выглянул из-за угла и сразу же спрятался. Знакомый худой пацан, как почувствовал, резко обернулся именно в тот момент, когда я высунулся и с ходу выстрелил из длилера. Пуля из камня на уровне моей головы выбила крошево и искры. Нарик, а с реакцией и координацией всё хорошо. Послышались выстрелы на противоположном конце улицы, кто-то из стражников, наверное, подоспел или неравнодушные жители решили вмешаться. Высунул, на уровне пояса, барлер из-за угла и дважды выстрелил примерно в сторону, где совсем недавно стоял пацан.

Нарик явно занервничал и начал палить во все стороны. Пулю отправил в мой угол, потом явно в противоположную сторону. Когда ж ты перезаряжаться успеваешь? До ушей донёсся знакомый щелчок откидывания барабана. Дождался. Опять выглянул из-за угла, так и есть. Нарик стоял боком ко мне и подрагивающими пальцами пытался вставить патроны в барабан. Подкорректировал ствол барлера, выстрел. Левая нога паренька подломилась, и он рухнул на мостовую, оглашая улицу криками. Винтовка отлетела в сторону, по булыжникам рассыпались с десяток патронов и пустых гильз. Опять подкорректировал ствол и опять нажал на спуск. Плечо дёрнулось, опять брызнула кровь, крики стали тише. Краем зрения отметил лежащего со стеклянными глазами и развороченной грудью Лога. Нонер почти успел достать оружие, когда в спину прилетела увесистая пуля и вылетела из груди, проделав внушительную рваную рану.

Вздохнул и ещё дважды нажал на спусковой крючок. Худой недомерок больше не кричал, только тихо стонал и смотрел своими страшными глазами, с огромными зрачками почти закрывшими радужку, куда-то в голубое безучастное небо. Вышел из-за угла, на том конце улицы показалась нона стражи. Подошёл к пареньку, постоял немного и выстрелил в голову. Засунул барлер в кобуру, отошёл в тенёк и сполз по стеночке. Потеря крови сказывалась, ноги подрагивали, в голове шумело всё сильнее.

Вскоре набежали дознаватели и наконец-то привели мага с собой. Он быстро поставил меня на ноги. По сути, рана пустяковая, пуля вырвала кусок мышцы и улетела дальше. Просто не было времени заняться собой и светить свои умения было нельзя, а так тотем среднего лечения отлично бы справился. Пока дождался помощи, думал кони двину. Хорошо, подоспевшие стражники перевязали вполне нормально.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что тут случилось? — подошёл ко мне старший дознаватель господин Чеслав, как только маг меня подлечил.

Я вкратце описал события с самого утра и ответил на уточняющие вопросы.

— Мде, Эван, надо было сразу его пристрелить. Столько бы хороших людей остались живы. — покачал головой мужчина.

— Кто ж мог предугадать. — развёл руками. — Да и знакомый парнишка, вроде бы нормальным был, а тут..

— Откуда?

— Так, господин Чеслав, работа такая, всех знать на территории. — упал на дурачка.

— Ясно. Сейчас отдыхай, вечером у меня.

— Понял.

— Всё вспоминай! Надо найти всех, кто этим в столице занимается.

— Сделаю. — кивнул я.

Пошёл в трактир, где прозябал мой конь. Выпил квасу и несколько часов погулял по городу. В связи с неприятными событиями мой план немного претерпел изменения. Я усиленно обдумывал, как дознанию слить цепочку распространителей дури и место, где предположительно её производят. Вернулся в свой трактир, помаячил перед глазами персонала, задал несколько дурных вопросов, толкнул какого-то мужика в плечо и немного полаялся с ним, после чего поднялся в свою комнату и вышел в фазу. Были опасения, что не найду нужного человека, но очень повезло. Случайно столкнулся с ним, когда он выходил из увеселительного заведения, где обычно зависает постоянно. Крепкий парень бодро чесал по своим делам, когда позади него возник полупрозрачный дух и врезал тут же подобранным камнем по голове. Когда тело безвольно растянулось в грязи небольшой улочки, нож из-за сапога моей жертвы перекочевал ему в шею. Фальшиво изобразил женский крик, убрал ци, дождался когда из-за поворота покажется бегущая сюда нона стражи и вернулся физическое тело.

Ближе к вечеру появился в здании управы стражи и потопал к лестнице, ведущей наверх. Вокруг мужики как-то странно косились и комкано пытались выразить поддержку. Некоторые демонстративно отворачивались. Один попытался пихнуть плечом, но схлопотал увесистый тычок по рёбрам. Рыпнулся, что-то предъявить, но наткнулся на взгляд, не предвещающий ему ничего хорошего, и заткнулся. Положение немного выровняли его товарищи, подхватив его под руки и мягко утащив в сторону. На втором этаже остановил командир нашей сексты.

— Рад, что ты жив, Эван. — легонько хлопнул он меня по плечу.

— Угу. А чего все косятся?

— Все думают, что это ты отпустил этого… — отвёл глаза секстер. — Если бы не это, то… Не случилось бы.

— О как. Прям все с ходу бы пристрелили парня. Не знал, что у нас работают такие крутые ребятки. Ёркиз постарался?

— Ну..

— Ясно. Не бери в голову. — приподнял уголки губ, обозначив улыбку. — Вам с ним дальше работать.

— Ты… это..

— Понял, Галдар. — расстегнул ремень горжета и протянул символ стражи моему бывшему секстеру. — Работайте. Оружие моё, больше я ничего не должен.

— Эван, да я не об этом!

— Давно надо было уйти. Засиделся. — начал подниматься по лестнице.

— Эван! Да все понимают!

— Пошли в жопу! — не оборачиваясь громко рыкнул я. — Бывай, секстер.

На третьем этаже туда-сюда сновали в своей красивой тёмно-синей с золотыми вставками форме дознаватели. Несколько раз пришлось прижиматься к стеночке, чтобы пропустить очередного несущегося по своим важным делам молодого или не очень парня, редко симпатичную девчонку. Ещё реже грозного вида даму. Наконец остановился перед невзрачной дверью, постучал и, дождавшись приглушённого разрешения войти, открыл дверь.

— Не помешаю, господин Чеслав?

— А, Эван. Ты вовремя. Заходи, присаживайся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мельком осмотрелся. Я уже бывал в этом кабинете, но всё равно было любопытно. Сразу бросился в глаза появившийся кожаный диван у дальней стены. Я бы назвал его старинным, но в этом мире это было необычайное новшество и последний писк столичной моды. Стоит ли упоминать, что стоил такой диванчик умопомрачительных денег. Наверное, за его ценник можно купить два домика как наш, в котором мы живём уже четвёртый год. Просторный стол с красивыми резными ножками был завален какими-то бумажками и папками. И вот сейчас главный дознаватель скрупулёзно собирал кипу бумаги в очередную стопку.