Мой дом. Книга 2 - Николай Яковлевич Дружинин

клуба дверь отворена;

И тут ещё одно виденье!..

Явилась Валя Кузмина.

Высокая аж выше нормы,

Тонка…как много лет на зад;

Ей подмигнул я, для проформы,

И сделал вид, что очень рад.

Улыбку ей послал на встречу;

Привстал, приветом одарил;

Сейчас, сейчас её привечу! –

Я с ней заигрывать любил.

Я, Валентина,– однолетки;

Мы из одной времён поры…

Ломал черёмуховы ветки…

Чтобы отстали комары.

Какая рослая особа!..

Учёностью пропитана!

Спина ершилась от озноба:

«Красивая!.. воспитаннна!..»

Там в Красноярске,

Повзрослела:

Гранит науки – по зубам;

Всё одолела, что хотела,

Не то, что мы…куда уж нам!..

Должно к родителям на лето…

Иль на недельку погостить;

По слухам: дроли ещё нету…

Умеет ли она любить?..

Должна!.. дивчина не уродка;

Ей двадцать два – готовая!

Изящная её походка…

«Эх!.. голова садовая!..

Чего раззарился?.. присядь-ка!

Пусть дефилирует меж нас;

Сиди , смотри, перила гладь-ка…

Валюша, дева не про нас!..»

Прошла сквозь колкость

Наших взглядов –

Мы, мастера, во что колоть!

Доспехи, девичьих нарядов,

Не защитят младую плоть.

Сошла с крыльца,

Крыльца-помоста,

Ступая стройною ногой,

Ступает вроде бы и просто…

Но взоры тянет за собой!..

И молча ей во след смотрели,

И провожали до ворот;

Изрядно шеи извертели

Все, вчетвером, разинув рот.

= 35 =

Её усадьба рядом с клубом,

Через два дома – в аккурат,

Вон угол дома с древним срубом

И голубеет палисад.

Поближе к нам, Ленька хоромы

(Они соседи по меже)

И по соседству: песни, громы,

Кураж и ругань в дележе.

Деды зажиточными были…

Их в кулаки произвели…

Зимой подводами отбыли:

В метель, пургу!.. невидно зги…

Обоз в деревне сколотили –

Из скарба лишь, ручная кладь;

Скрипучи сани укатили…

Бесследно… ныне не узнать!

До гона, сыновья женились;

Безропотно, вошли в колхоз;

В домах своих остепенились…

Зажили задирая нос…

= 36 =

Привычно хлопнула калитка

И Валентины след простыл;

Дрожала похоти улыбка…

В улыбке: я и Михаил.

А Генка с Лёнькой

В раз забыли:

Была Валюша – нет её!..

Они по-доброму бузили,

Аргументируя своё.

Ленёк подтрунивал, как Генка

«Макаров», спьяну, потерял;

Как утром ползал на коленках…

И с ребятнёй в траве искал.

Он вечерком пугал старушек,

Стрельбой по кошкам, воробьям.

–Милиция палит из пушек!..

Опять, наш Генка, ноне пьян!..

Да, что такое с молодёжью?..

От рук отбилась молодёжь!

–И не скажи подруга, дрожью

Покрылась я аж невтерпеж!..

Турнут с работы – доигрался!

Такую выгоду пропил!

Как сыр бы в масле, он катался,

Чуть-чуть умнее, если б был!..»

= 37 =

–Пришёл из Армии красавец! –

Мать не нарадуется им –

Вот загляденье для красавиц!..

И… куда хошь готовы с ним!..

Приняли в органы, без слова –

(Служил, границу охранял)

И на «гражданке» – дома… снова,

Он власти форму примерял…

Явился в форме… при наряде –

Мундир – к лицу, ему – идёт;

Пушистый, важный, чуть позади,

За Генкой увязался кот…

– Геннадий Викторович, здрасссте!

Какой Вы! прямо – командир!..

Из за заплота, тётка Настя…

Вся в любопытстве – нету сил!

Да как ей Генку не приветить?

Как не подмаслить Генкин след?

С умильной радостью не встретить?

Ведь ныне власть – её сосед!

Она – подпольная шинкарка

И в страхе за судьбу свою,

Навстречу мчится, дышит жарко:

–Ты Ген, зайди в избу мою!..

Пойдём, пойдём!.. твой дом закрытый:

Девчонок нет, на ферме мать, -

Я покормлю, ты будешь сытый…

И в сенцах у меня кровать!..

Давай пойдём!.. я приглашаю…

Чего сидеть там одному?..

Я покормлю и погадаю

На картах, про твою судьбу!..

= 38 =

– Ну тётка Настя, ты – холера!

Эх, значит так тому и быть!..

Веди соседка кавалера –

Хочу я есть, хочу я пить!

И моложавая соседка,

С кокетством, плечи повела -

Метнула взглядом в Генку метко

И в дом, жеманясь, поплыла.

Она его за стол садила,

Борща с загнетки поднесла

И первача стакан налила,

Себя, при том , не обнесла.

Хватил забористого зелья,

Прикрякнул… дух переведя:

-Проголодался, словно зверь я,

Смотри!.. всё съем я у тебя!.

-Ах, кушай, кушай, мил дружочек,

Да самогоночки подлей…

В мундире ты, ну как цветочек!..

Ты ешь и пей… повеселей!..

Такой ты видный и красивый,

Ну настоящий атаман!..

Она походкою игривой

Носила в куть, обратно… стан.

Он ел и пил, чуть-чуть пьянея,

Она носила снедь ему;

Он веселел, глядел смелее

И всё в ней нравилось ему.

Уже не тётка Настя рядом:

А Настя – сдобная вдова;

И под его горящим взглядом

Зарделась баба, расцвела.

Ещё бы!.. парня подцепила –

Нашёлся ключик к молодцу:

–Смотри-ка, Настя, эка сила!

Ох, жарко мне и кровь к лицу!

…

« Да, да, я этого хотела!..

Пусть хмель воьзмёт,

Пусть выпьет вновь!..

Во мне, далёкое, запело:

По телу – дрожь!..

И стуком – кровь!..»

…

–Ах, Гена, Гена, как я рада!..

Я подолью тебе винца!..

Такой гвардеец!.. это ж надо!..

Кормлю такого молодца!..

Одна я, Гена, одиночка!..

В застолье я, всегда одна

И для меня, любая ночка,

Одной лишь горечи полна!

Что говорить?.. ты это знаешь

Ведь, как ни как, ты – мой сосед;

Уже большой, всё понимаешь…

Счастливой доли, видишь, нет!..

… 39 …

Наш гренадёр – конец обеду –

Доволен, китель сброшен с плеч;

Вступил с соседкою в беседу

И молвил нескладуху – речь:

– Ну, «тётя, тётя, тётя Мотя»,

Я присказкою говорю:

Пришёл конец твоей заботе…

Я у тебя, словно, в раю!..

Анастасия дорогая,

Иди-ка, на колени сядь!

А то сидишь там, где-то с краю,

Хочу тебя я приобнять.

Иди, иди, чего краснеешь?

А впрочем, в краске – красивей…

И отчего ты так робеешь?..

Ты, хочешь?.. будешь ты моей!

Ну ладно, сам… ух! ты, какая!..

Как аппетитно, Всё твоё!..

Во мне смешались полыхая:

Первач и страсть… во – ё, моё!..

– Ой, Гена, что ты! – я робею!..

Я – старая, ты мне – сынок…

Ох, не целуй мою ты шею!..

Не гладь, не гладь моих, ты, ног!..

…

Поднята, мощными руками…

И пелена покрыла взор;

На покрывале с голубями,

Они дополнили узор…

… 40 …

Смешали вместе: