Кай - 3 (СИ) - Аянский Егор

Мы проследовали с ним на озеро, он сконцентрировался на мне и ужаснулся:

— В тебе примерно полторы сотни мелких тварей, удивляюсь, как твое тело вообще вмещает их!

— Выводи!

Я извлек из ножен каму и зашел по колено в воду. Терпеть присутствие маленьких паразитов внутри мне надоело. Набрал побольше воздуха в легкие и одним движением серпа вспорол себе живот.

Крастер чуть не грохнулся в обморок от увиденного, но все же смог справиться с собой и начал выводить этих мелких уродцев через образовавшуюся дыру. Казалось, им нет конца и края, крохотные, размером с лесной орех, они все выбегали и выбегали из меня, падая вниз и барахтаясь в окрашенной кровью воде. И, несмотря на сильную боль, я почувствовал невероятное облегчение, какое не испытывал весь последний месяц, после того как последний крыпс покинул мое тело. С полчаса пролежал в воде, восстанавливая организм и блаженствуя, после чего выбрался на берег и ощутил, что будто заново родился. Пора начинать вербовку людей!

Этим же днем я выбрался из пещеры с приличным запасом свежего мяса и начал договариваться с местными на берегу о переговорах, которые к вечеру мне принесли неутешительный ответ от своих старших. Главы аграриев и ремесленники отказались встречаться со мной, мотивировав это тем, что я здесь никто. Они всеми уважаемые люди с «правильными понятиями», а не какие-то «мелкие шестерки», и, якобы, если «перспективный молодой» хочет встретиться, то они это всячески приветствуют, но разговор должен проходить исключительно на их территории.

Я поделился с соседом своими мыслями по этому поводу, и он предложил для начала попробовать набрать народ с берега. Однако, я отверг эту идею, памятуя, что мы ничего не знаем об этих людях, и в любой момент нас могут просто предать. Таковы были реалии этого проклятого места.

— Крастер, нам нужен надежный чтец, который сможет знать их мысли. Тогда мы сможем брать кого угодно, лишь бы мог держать кирку в руке и не создавал конфликтов. Конечно, это не исключит всех возможных проблем с новичками, но по крайней мере мы вычислим тех, кто работает на каннибалов и сразу откажемся от них.

Мы пришли к тому, что мой сосед, который еще особо не засветился перед шайкой Блондина, будет ежедневно гулять по берегу и искать человека с такой нужной для нас способностью, желательно не испорченного пребыванием в Яме и не закоренелого маньяка. Но сразу я не стал выпускать его в бой, а решил наконец-то попробовать поработать с руной телепортации Феу, чтобы подстраховать его.

Однажды ночью, я дождался, когда берег опустеет и в одном из неприметных мест под скалой, где достаточно редко слонялись люди, принялся выводить кровью новый для себя символ. Сложность этой работы, заключалась не в создании рисунка, он был достаточно прост, а именно в точном расчете размера руны. Она должна была быть достаточно большой, чтобы перенести человека из нашей пещеры на берег целиком, а не по частям, и при этом тратить минимум энергии. Кроме того, необходимо было настроить ее на определенных людей, а потому мне пришлось подвергнуть Крастера небольшой экзекуции и насобирать его крови. Иначе, бесплатным телепортом сможет воспользоваться кто-либо еще и этим испортить наши планы.

К моей большой радости, я управился до появления первых людей на берегу, и спокойно отправился в пещеру. Вторую часть телепорта пришлось рисовать на каменном полу грота, прямо около озера, потому что насытить такую прожорливую руну кровью я бы не смог физически и мне приходилось применять Силу.

На построение обоих рисунков у меня ушли почти целые сутки, но результат того стоил. Мы начали с телепортации мелких крыпсов, потом их заменили крупными. Все это внешне напоминало прыжок Юфина, с небольшим отличием — для активации нужно было капнуть кровью телепортируемого на специальный символ, после чего руна перемещала объект вместе с некоторым запасом пространства около него. Таким образом, кроме надетых вещей, можно было с собой брать небольшие предметы. Удивительным открытием для меня стало то, что кровь всего лишь одного крыпса позволяла телепортировать любого из них. С людьми такое не проходило.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я стер образцы крови животных и заменил их на свои и Крастера. Он с сомнением отнесся к этой затее, но, когда я исчез и полный восторга вернулся обратно, решился. Единственным неудобством всей затеи оказалось то, что мне нужно было периодически заряжать руну с помощью Силы, а перемещавшемуся добровольцу постоянно надрезать палец для активации. И если для меня это было привычно, то Крастеру не очень понравилось. Впрочем, он согласился, что лучше убежать от бандитов с небольшим порезом, чем попасться в их лапы.

Прошло еще два месяца, а мы так и не нашли подходящего чтеца. Это была достаточно распространенная способность, но нам нужен был человек, которому мы смогли бы доверять, а обжившиеся здесь местные веры не вызывали. И пока мой сосед дежурил на берегу, встречая новичков, я полностью погрузился в изобретение комбинации рун, которые бы мне позволили относительно безопасно передвигаться по основной территории Ямы.

Свои первоначальные опыты я проводил при помощи тех самых полых костяных трубочек, которые извлекал из крыпсов. Они идеально подходили для этого. Их острый кончик позволял рисовать самые мелкие детали с потрясающей точностью. Методом проб и ошибок я, наконец-то, подобрал изображение, которое должно было неплохо работать, и при этом не вытягивать из моего тела всю кровь. Возможно, не находись я в Яме, меня бы устроила самая простая версия, так как мой организм уже привык быстро вырабатывать утраченную на кормление Рики жидкость. Но в данном месте такую роскошь я себе позволить не мог, так как Сила мне была доступна лишь в паре мест.

Когда рисунок был полностью просчитан, я нанес его себе на правую ладонь и, затаив дыхание, приложил руку к скале. Она мгновенно прилипла к ее поверхности, но, когда я попробовал повиснуть, меня ожидал небольшой провал. Руна под действием моего веса местами размазалась и частично стерлась, а потому утратила свои свойства. Тем не менее, она работала! И я приступил к следующему эксперименту.

На этот раз я рисовал уже не кровью, а кропотливо вдавливал иглу в кожу, делая подобие татуировки. Мне нужен был шрам, контуры которого повторяли бы рисунок. Этот опыт также провалился — я намертво прилип рукою к скале, и мне пришлось срезать кожу с поверхности ладони, чтобы отцепится. Вернувшийся Крастер с ужасом наблюдал за моими опытами, а потом огорошил меня:

— Кай, это бесполезно. Если ты хочешь, чтобы она держала твой вес, но при этом ты ее мог оторвать от поверхности, тебе нужно просто разделить рисунок на несколько маленьких частей. Тогда отцепить каждый по отдельности будет намного легче.

Мне стало неловко, что я не додумался до этого сам. В Длани имелись специальные сколитные перчатки, которые использовались для лазания по гладким стенам. И они работали именно по такому принципу — много маленьких элементов, которые не оторвать от стены разом, но при этом легко можно отцепить по одному, постепенно выгибая руку.

Соответственно моя работа сильно усложнялась. На каждую ладонь теперь нужно было нанести несколько сотен рунных рисунков крохотного размера. Я ограничился одной рукой, так как не хотел повторять эту процедуру дважды на каждой ладони.

Эта попытка оказалась самой удачной! Теперь я легко прилипал пальцами и ладошками к стене и мог висеть на ней, пока не устану. Придуманная мной схема позволяла прекрасно чувствовать себя в течении почти полутора часов, после чего начиналась кружиться голова от нехватки крови в организме.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дело оставалось за малым. Сделать эти рисунки вечными, так как едва я ложился в озеро, как мои шрамы моментально исчезали, кроме одного. Того самого, что мне оставил профессор еще в школе Длани, когда проводил эксперимент с ритуалом предания Тьме. И именно эту свою особенность я и собирался использовать для нанесения окончательного, нестираемого изображения. Мне пришлось поднапрячь память, пока я вспомнил, какие именно руны были изображены на кинжале Баренса, и, в один прекрасный день, я приступил к их нанесению на черную обсидиановую пластинку, которую заблаговременно довел до формы острого карандаша при помощи Соа.