Осень Атлантиды - Маргарита Разенкова

Уплетая за обе щеки эту снедь, Таллури вдруг спохватилась:

— А Эннея? Может, следовало и ее подождать?

Рамичи, дожевывая, с распухшими от лепешки щеками, замахала рукой, мол, не беспокойся. Дожевав, проговорила ворчливо:

— Наша Эннея поднялась ни свет ни заря. Тут ее слуга притащил здоровущую арфу, вон она — на галерее, вся в инкрустациях, блещет каменьями. Эннея грянула на арфе и с полчаса распевала во все горло храмовые гимны. Недурно пела, надо признать. Просто отлично для раннего утра. Но я бы, между прочим, еще поспала! Неужели ты ничего не слышала? Нет? — Рамичи недоверчиво хмыкнула. — Потом она упорхнула куда-то, а я села за свои свитки: сон-то все равно пропал. Надо было разобрать несколько фраз на древнем языке. Ну, спасибо Эннее, на свежую голову разобрала строк десять. Неплохо! И ждала тебя.

— Хорошо! Мы чем-то займемся?

— Скоро придет твой ведущий с братцем, — Рамичи небрежно накрутила на палец рыжий локон, — обещали показать нам все типы летающих машин Университета. С утра это удобно: последний теплый месяц, когда большинство студентов предпочитают брать каникулы, позади и праздники позади. Так что машин теперь много. К тому же из летних экспедиций возвращаются разные ученые-практики. Их машины тоже здесь. Кстати, это удобное время для новичков, как ты, можно побеседовать сразу со всеми преподавателями.

— Что я должна делать?

— Ничего особенного — выбрать предметы, которые тебя заинтересуют.

— Я не знаю никаких.

— Тебе не надо волноваться, об этом позаботится Климий! Хорошо, что мы с ними вчера встретились, но все равно он разыскал бы тебя.

— А кто в таком случае позаботится о тебе?

— Я — другое дело. Мне в первые месяцы ведущий не нужен, я не иностранка и родичи есть. Впрочем, с этого месяца и у меня будет ведущий, — она вздохнула. — Жаль, ребята ничего не сказали. Они наверняка его знают, — она бросила на Таллури взгляд, полный затаенной надежды, вдруг подруга что-нибудь знает, но та промолчала, и Рамичи продолжила: — Ну, вот. Климий расскажет тебе обо всех предметах первой ступени, и ты выберешь. Да, еще надо будет выбрать наставника.

— У меня есть наставник. Энгиус.

— Ну, не знаю, кажется, положено из Университета, а Энгиус вроде бы уже покинул его стены. А, — она махнула рукой, — пусть Климий об этом думает.

— Другого наставника мне не надо, — упрямо повторила Таллури.

Ей вдруг представилось, что, выбери она нового наставника, приемный отец тут же откажется от нее под каким-нибудь благовидным предлогом, и она его больше никогда не увидит. Еще ей пришло в голову, что, может быть, есть закон, позволяющий иметь наставником приемного отца. Есть такой закон или нет, Таллури клятвенно пообещала себе самой, что только Энгиус будет, как и был, ее наставником. Или не будет никакого. Никогда.

Вскоре появились Нэфетис и Климий. Первый добродушно улыбался, второй держался стоически-приветливо и выглядел готовым к самопожертвованию. Братья привели с собой еще одного юношу. Долговязый и нескладный, в мятом балахоне невнятного цвета, опустив долу длинный нос, он плелся за ними будто нехотя. Так казалось на первый взгляд.

После положенных приветствий ребята представили его девушкам:

— Тэрчтитлон.

— Вообще одни согласные звуки, — выдохнула Таллури. — Мне ни за что не выговорить.

— Вы, наверное, из западных земель? — вежливо предположила Рамичи. Ее визави в ответ задумчиво вздохнул.

— Можно ли мне немного сократить ваше имя, например, Тэрч? — попросила Таллури и получила в ответ вполне равнодушный кивок.

Нэфетис пояснил:

— Титлону, как его звали до сих пор мы, и на самом деле безразлично. Зови, как хочешь. Тэрч — даже лучше, звучнее.

Он действительно из западных земель. А слов попусту не тратит.

— Иногда не тратит вообще никаких слов, — вставил Климий.

— Верно. И это не самое главное его достоинство. Тэрчтитлон — знаток многих наук и отличный механик. Он — наша гордость. Будущий великий ученый!

«Отличный механик» поднял одну бровь.

— Знак протеста принимается. Уже — великий ученый!

Бровь вернулась на место.

— Итак, — продолжил Нэфетис, — мы обещали вам показать машины. Те, что найдутся на всех площадках Университета. А вот комментировать будет наш ученый друг, сведущий в механике, как никто из нас. Мы, правда, еле уговорили его на это мероприятие. Выйти в люди для него — подвиг, так что надо зорко следить, чтобы он не сбежал от нас в какой-то момент, когда ему надоест.

Тэрчтитлон отвел глаза в сторону, и Климий поспешно предложил:

— Начнем с простого. Со стоянки, где находятся хозяйственные повозки, которые доставляют в Университет всякую всячину: от продуктов и одежды до сложных устройств и учебных пособий.

— Это летучие машины? — тут же спросила нетерпеливая Таллури.

— Боюсь, нет. В эти повозки впрягают лошадей. Обычных. Без крыльев и мотора.

— А-а… — Таллури подумала и спросила: — А можно ли сразу начать с летучих машин?

— Можно? — все обернулись к Тэрчу.

Тот оглядел всех строго, будто пересчитал, и вместо ответа, шаркая, направился к выходу.

— Можно, — «перевел» Нэфетис.

Не прошло и четверти часа, Тэрч привел всю компанию к укромно расположенной площадке, покрытой утрамбованной щебенкой. Площадка была обрамлена по краям густым ровно подстриженным низким кустарником с мелкими жесткими листьями. Через равные промежутки в кустарниковой ограде имелись разрывы, и через них от площадки во все стороны разбегались тропки — к пирамиде Университета, к лесу, к центральному выходу и каналу.

Тэрч остановился у края, жестом предлагая желающим приступить к осмотру. Братья Отбанты тут же отошли в сторону и уселись на небольшую каменную скамью. По всему было видно: им здесь совершенно неинтересно, они заполняли время беседой.

Таллури огляделась. Площадка была занята почти целиком, пустовало лишь несколько мест. Машины, находящиеся здесь, представляли собой удивительную коллекцию: одни походили на шары или капли, приплюснутые снизу, другие — на треножники с креслом для сидения в центральной части и дискообразным устройством сзади, третьи — на большие капсулы, через смотровые оконца которых можно было подсчитать, сколько пассажиров поместится внутри.

Рамичи наскоро огляделась и, заявив, что эти-то машины она уже раз сто видела, отправилась болтать с ребятами, успев уныло шепнуть Таллури:

— Неужели Тэрч — мой ведущий? Вот ужас! От него так и веет занудством, слова не добьешься!

Таллури в кандидатуре Тэрчтитлона не видела ничего ужасного, а потому продолжила осматривать машины. Потом оглянулась на Тэрча: