Всё, что нужно для счастья (СИ) - Стасина Евгения

- Что? - шепчу непослушными губами, а он только и делает, что громко дышит...

- Вот, - отдаёт свой смартфон, с горящим уведомлением о неоткрытом входящем письме и как-то растерянно тормошит волосы на своей макушке. - Ответ из лаборатории пришёл.

Вот и всё. Мы в шаге от правды.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Таким молчаливым я видела Некрасова лишь однажды. Как сейчас помню: он заявился домой в начале двенадцатого ночи, а на вороте его футболки красовался смачный отпечаток губной помады. Морковной. Вот смотрела на отметину и думала - кто в здравом уме такой пользуется? Тоже не знаете? Муж сказал - главный бухгалтер городской администрации. Он как раз их корпоратив снимал.

Так вот, я орала, как потерпевшая, чтобы он шёл к этой "шестидесятипятилетней" сирене, перебравшей с вином и решившей таким способом поблагодарить милого фотографа, так похожего на её внучка, а он, не поверите, молчал. Прилип к косяку, наблюдая за моими сборами (а я торопливо паковала чемоданы), и даже не пытался меня переубедить. Возможно, выдохся, ведь перед этим доказывал свою невиновность с пеной у рта. А, может быть, выдохнул. С облегчением. Я ревнива, а любой гуляка на дух не переносит скандалов.

- Долго сидеть будешь? - вздыхаю, взирая на него сверху вниз, и не дождавшись ответа, опускаюсь на поваленное дерево, уже минут пятнадцать служащее ему скамейкой. - Господи, это же не конец света!

- Он самый, - Макс ерошит рукой свои волосы и вымученно выпускает воздух через приоткрытые губы. - Я надеялся, что этот тест опровергнет слова твоей сестры. Я ничего не чувствую к этой девочке... Я плохой человек, Вась.

Кто бы спорил. Хорошие люди своё слово держат и не наносят сердечных ран без памяти влюблённым в них женщинам. А после не заставляют растить детей, появившихся на свет как напоминание об их бурной молодости.

- Знаю. Но это не помешает тебе отвезти нас с Соней в Москву. Главное, никого не переедь, - я пихаю его локтем, неестественно широко улыбаясь, а он дальше чертит сухой веточкой какую-то каракулю на земле. То ли пружину, то ли спираль, а, может, и вовсе - абстрактную завитушку. Нашёл тоже время художничать!

И чего раскис-то? Неделей раньше, неделей позже, один чёрт до правды когда-нибудь доберётся. Ребёнок ведь под боком, хоть сейчас в лабораторию веди!

- Нужно было всё-таки с макушки вырвать, чтоб с луковицами...

- Ещё чего? Давай сразу скальп с неё снимем, тогда уж наверняка пригодный материал для теста найдут! - ёрничаю, всё больше злясь на покинувшую нас удачу, а про себя думаю: ну чего мне стоило? Глядишь, не сидели бы в кустах, как партизаны, прячась от милой малышки и по-своему обаятельного пса. Хотя... Что за лаборатория такая? Могли бы сразу предупредить, что по волосам установить отцовство будет проблематично. Макс тогда наверняка для подстраховки что-то другое взял. Слюну, например, в фильмах же именно так ДНК тесты делают?

- Вась.

- Чего? - подпираю кулачком подбородок и отмахиваюсь от навозной мухи, кружащейся над моей головой. Ей вот, похоже, мои духи приглянулись...

- Я вдруг понял, что совершенно не готов к детям. Чёрт, да я мечтаю, чтобы моё отцовство не подтвердилось! Соня замечательная, но сама мысль, что я могу оказаться её папой пугает меня до чёртиков. Что я ей дам?

- Здоровое питание, - загибаю первый палец, - квартиру в центре нашего Мухосранска, образование в хорошей школе. У тебя тётка до сих пор директор гимназии? - всматриваюсь в его потемневшие глаза, а он, недовольно фыркнув, бросает своё импровизированное перо. - И потом, ты фотограф. А для девчонки это просто удача.

По себе знаю, мой профиль пестрел отличными снимками с еле различимой припиской в верхнем левой углу "Максим Некрасов". Так что, красивые аватарки ей в будущем обеспечены...

- Я рассчитывал на поддержку, а ты как всегда.

- А что это, если не поддержка? Иначе сказала бы правду: ни хрена хорошего ты ей не дашь. Она будет заглядывать тебе в рот, а ты рано или поздно облажаешься. Со мной было именно так.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Грубо, зато в точку. И если сейчас не оторвёт свой зад от валежника, до её разочарования рукой подать... Ну где это видано, заставлять ребёнка так долго ждать? Не удивлюсь, если мой невоспитанный пёс уже прогрыз дыру в сиденье...

- Я тебе не изменял, Вась, - я хочу встать, испуганная мыслью, что Макс доедает кожаную обивку, а мой бывший муж одной фразой гонит прочь любые мысли о порче имущества. Он зачем-то берёт мою ладошку, нежно накрывает её своей, а я губу закусываю от обиды. Потому что мы оба знаем, что правды в его словах ни на грамм. - До того дня.

Видите? Как обычно... Всё просто — его вину в этом случае никакими тестами не докажешь, а значит будет стоять на своём до победного. Смотреть на меня так, что мне тут же захочется в это поверить, молчать, давая мне время поразмыслить над его словами, сокращать расстояние между нами, чтобы я вновь почувствовала его дыхание на своих губах. Дурак, глупее я за год не стала...

- Только целоваться не лезь, - отворачиваюсь, когда между нашими лицами остаётся лишь несколько сантиметров, и не без усилий освобождаюсь от его рук. Хватит уже одно и то же мусолить. - Вставай и вези нас в свой Подольск. Я хочу найти Верку как можно скорее. Это, кстати, и в твоих интересах. В Москве тебе этот тест в два счета сделают. А с Веркиным разрешением - официально, через суд.

Хотя, как по мне, только деньги на ветер. Для Сони он уже отец: летчик-путешественник, повелитель дымящихся кастрюлек и личный извозчик в одном лице - домчит хоть на спине, хоть на грязной машине.

Отряхиваю зад от прилипших к джинсам древесных крошек и дважды киваю ему в сторону берега. К чему сейчас тратить время на болтовню, если ответы на все вопросы знает лишь один человек? И сидя здесь мы её точно не отыщем... Потому и выдвигаюсь первой, придерживая пушистые ветви кустов, норовящие хлестануть меня по груди.

- Я передумал, - слышу, как позади меня под его подошвой хрустит листва , но поворачиваться не спешу. - Найдём её и хорошенько встряхнём.

- Только чур насилие на мне. У меня опыта больше, мы в детстве часто друг друга гоняли.

Я старшая, но перевес всегда был на стороне Веры - у неё кости тяжёлые, мама так говорила. Но, на мой взгляд, не в костях дело: я просто её любила, а с этим даже злость ничего поделать не сможет. Проверено не единожды.

Небольшая справка: Хромосомная ДНК присутствует только в корнях волос, поэтому для получения достаточного количества ядерной ДНК из волоса необходимо выдернуть как минимум пять волосинок с волосяными луковицами (корнями) для проведения генетической экспертизы. И правильно собрать волосы зачастую гораздо сложнее, чем слюну или, к примеру, ногти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дороге, кажется, не видно конца. Меняется лишь её качество: если с утра мы плелись, как черепахи, объезжая выбоины, к вечеру уже мчим на всех парусах, не успевая следить за сменяющимися за окном картинками. Да и чего глазеть-то? Типичные пятиэтажки, новенькие новостройки, изредка симпатичные коттеджи, и чтобы жизнь в стране не казалось такой уж сказочной - накренившиеся деревяшки. Ветхие, почерневшие от прошедших дождей и "доживающие" свой век на окраинах пустеющих деревень.

- Смотрите коза! - Сонька припадает к окну, отчего кончик её носа расплющивается, а стекло запотевает, и верещит на весь салон, чтобы Некрасов остановился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Давайте её травой покормим? Ну, пап! Тёть Вась, - когда водитель, не сбавляя скорости, оставляет позади тощую живность, обдирающую куст иван-чая, малышка дёргает меня за плечо. - Я, вообще, в туалет хочу! Что мне прямо в шорты писать?

- Не надо в шорты! - а это уже аргумент! И чего меня на подмогу звала, вцепившись в рукав футболки?

Макс резко сворачивает на обочину, а его дочка, гордая собой, задирает подбородок. Третья победа за день: сначала уговорила отца помочить ноги в озере, потом вместе с псом носилась по огромному полю, а теперь вот к козе бежит.