Начальник Дикого Порта - Ольга Онойко

Сестры одинаково кивнули и сели — синхронно блеснув черными азиатскими глазами и золотом в завитках русых волос.

— Насколько я понимаю, у вас возникли проблемы с нелегальным вывозом сырья?

— С воровством! — кажется, трое сказали это в один голос.

Заговорила одна. Видимо, Таис.

— Мы имеем все основания полагать, что говорим с разумным человеком. — Она помолчала, сестры уставились на нее. — Поэтому все же, местер Люнеманн, выключите камеры наблюдения. Именно потому, что вы сознаете всю исходящую от нас опасность.

Невидимые сенсоры задремали, голографические экраны схлопнулись, жалюзи упали. Звукоизоляция перешла в максимальный режим.

Три завитые головки удовлетворенно склонились.

— Я слушаю.

— Вы знаете, о чем идет речь, — бесстрастно начала ближайшая. — Это стратегическое сырье. Мы не можем совершенно изолировать Терру-3, хотя принимаем исключительные меры. Мы не можем и примириться с браконьерской добычей. В последнее время, несмотря на жесточайшие, практически антигуманные методы борьбы, браконьеры активизировались. Их становится все больше. Что означает только одно: где-то налажено производство конечного продукта. Это не только невыгодно для нас, но и очень опасно. Продукт может быть бесконтрольно модифицирован!

Начальник Дикого Порта понимающе кивнул.

— Для нас большой удачей явилось то, что главой социально альтернативной республики был вновь избран представитель человечества, — по-кошачьи вытянув шею, сказала вторая, возможно, Анастис. — Вы можете оказать нам услугу, обозначив местонахождение завода. И личностей, разумеется. В идеале закрыв им приписку к Дикому Порту.

Голубые глаза пирата были мягки и бездонны.

— Я слушаю.

Две из трех встряхнули волосами.

— Мы не хотели бы идти на крайние меры, — проговорила третья. — Мы сами заинтересованы в вашей республике. Но сырье стратегическое.

Пират задумался. Сплел пальцы: блеснул перстень, платина с чернью.

— У меня действительно имеются некоторые сведения по вашему вопросу, местры.

Молчание.

— Но я не могу выдавать своих граждан официальным структурам Ареала. Существует законодательство Порта. Я могу только уведомить Терру-7, что вооруженный конфликт с Портом предприятие, во-первых, чрезвычайно невыгодное, а во-вторых, бессмысленное. Беспокоящее вас производство находится не здесь.

— Мы не слышим в ваших словах прямого отказа, — заявила одна из сестер. — Мы уполномочены устанавливать цену.

Со вздохом безмерно усталого человека Рихард Люнеманн, начальник Дикого Порта, потер виски и достал сигарету. Глянул на часы и изумился: разговор с Чиграковыми длился тридцать восемь минут. А казалось, не меньше четырех часов. Даже упование родилось в глубине души: уже вечер скоро, можно свалить второстепенные дела на заместителей и улететь домой…

Тяжка ты, пиратская корона.

Скоро, конечно, привычка сделает ношу легче. Но первые месяцы — как не живи.

И угораздило же именно сейчас нарваться на Терру-7 и Чиграковых. Что им стоило додуматься до прямого обращения к начальнику Порта пару месяцев назад? Хотя прежний начальник ничем бы им не помог. Только местер Люнеманн знает про реестр лаэкно, благодаря Гуго и файлам со взорванного грузовоза…

Уральцы согласились не пытаться вернуть уже украденное. Согласились предоставить борьбу с контрабандистами самому Люнеманну. Согласились ему за это хорошо заплатить. Но безусловно удачный разговор стоил Арийцу нескольких лет жизни.

Он успел пожалеть, что согласился. Прежний начальник Порта, всеми уважаемый, но уже очень немолодой человек, оставил пост, приобрел законный сертификат и отправился доживать на Древнюю Землю. Встал вопрос об управлении. К идее “социально альтернативной республики” на Порту пришли неспроста, без сильной и легитимной власти огромная многорасовая планета имела все шансы низвергнуться в хаос.

С завершения памятного рейса “Элизы” прошло два с половиной года. Люнеманн-старший давно перестал заниматься корсарством лично. Теперь ему принадлежали два десятка судов и неплохо развитая сервисная система на Диком Порту. Это афишировалось: бывший капитан Ариец искренне не хотел терять связей с полюбившимся миром. Сертификат обязывал постоянно жить в Ареале и находится под опекой внутренних органов, — местер Люнеманн заявлял, что еще не готов к такому.

Основные его капиталы находились на счетах в надежнейших банках (Древняя Земля, Швейцария); в акциях некоторых более чем перспективных предприятий Земли, Терры-без-номера, Третьей и Седьмой Терр. Об этом — не знали.

Улетать в Ареал Рихард не хотел и еще по одной, довольно щекотливой причине, о которой тоже предпочитал не рапространяться.

“Уйду”, - подумал Рихард. — “Плевать на все, поеду домой”.

В этот момент позвонил секретарь.

— Айлэнд Инкорпорэйтед, — сказал он. — Полномочный представитель, местер Люнеманн. Просить?

Ариец поморщился.

— Проси.

Слишком серьезный деловой партнер. Придется выдержать еще один тяжелый разговор. Последнее время дела не клеятся, и это еще мягко говоря. Рихард и так испортил себе немало крови, заключая с Айлэндом договор безопасности — стандартные условия старому психу, видите ли, не подошли. А недавно ему до зарезу понадобились фронтирские плантации Люнеманна, которые по понятной причине Рихард продавать не мог. “Вы же их все равно не разрабатываете!” — было ему заявлено.

Представитель выглядел нервно. Ариец его прекрасно понимал.

— Местер Люнеманн! — сказал представитель. — Ваша позиция, которую вы упорно не желаете менять, вступает в противоречие…

Он говорил, а исчезающе маленький портативный игломет вылетал из-под белоснежной манжеты на тыльную сторону ладони.

— …с политикой компании…

Игломета этого Рихард не видел. Его вручил Люнеманну начальник охраны, лично взявший знатную добычу. Поднять руку с оружием киллер не успел; он и последнее слово договаривал, уже падая с выдернутой из сустава кистью.

— Срать я хотел на политику вашей компании, — со вкусом сказал Ариец. — Передайте местеру Айлэнду, — продолжил он, глядя на киллера сверху вниз, — что зря он так. У меня очень качественная охрана.

Вывший на полу от боли представитель не мог, к сожалению, оценить великолепия клыков, которые демонстрировала в улыбках охрана местера Люнеманна. Но местер Айлэнд, к которому уходил сигнал с миникамеры киллера, возможно, получил некоторое представление о причине, по которой начальник Дикого Порта так неуступчив.

Начальник охраны полюбовался иглометом на просвет. Ни одной металлической детали, только пластик, с внедрением особых технологий на грани высоких и гипер. Потому-то сканеры и не обнаружили игрушку.