Бракованная Омега для Несокрушимых (СИ) - Астра Аврора

— И проверить все маячки, — соглашается Конрар. — Не нравится мне это затишье.

— Нужно вычислить крысу в Союзе.

— Легче найти тех, кто ими не является, — усмехается Конрар.

Бортовой компьютер объявляет о приближении к точке выхода, вырывая их из неги.

Они осторожно выбираются из постели, стараясь не потревожить сон своей пары. Каждый шаг прочь от нее отдается болью в груди.

Ксандра:

Просыпаясь в пустой постели, я все еще чувствую тепло тел моих мужчин. Тело приятно ноет, а кожа все еще горит от их прикосновений.

Никогда не думала, что может быть так… правильно. Словно всю жизнь была неполной, а теперь, наконец, обрела себя настоящую.

А почему у меня шея пульсирует?

И где Конрар и Роан?

Прислушавшись к себе, я нащупываю невидимую нить, что связывает нас. Они рядом. Чувствую своих хищников как своих.

Поднявшись, я направляюсь в очистительную кабину. Горячие струи ласкают кожу, но даже они не могут сравниться с жаром прикосновений моих мужчин. Закрыв глаза, воспоминания накрывают с головой — их руки, губы, сильные тела, прижимающие меня к постели…

Звезды, о чем я думаю?

Щеки заливает румянец. Но ведь теперь можно, правда? Они мои. А я их. Навсегда.

Вернувшись в каюту, замечаю на столике завтрак. Заботливые.

Наскоро перекусив, надеваю комбинезон. Коридоры пусты, только изредка попадаются дроиды-уборщики. Чем ближе к рубке, тем сильнее бьется сердце. Странно — вроде все между нами решено, метки поставлены, но я все равно дико волнуюсь.

Уже у самых дверей рубки слышу знакомый мужской голос.

— Это не обсуждается, — чеканит он. — Ваша невеста уже прибыла в наш дом. Все готово к церемонии.

— Отец, — в голосе Конрара слышится едва сдерживаемое раздражение. — Мы уже говорили об этом. Мы не…

Земля уходит из-под ног. В ушах звенит, а к горлу подкатывает тошнота. Невеста! Вот же я дура! Совсем забыла, что у эвларцев есть другая.

Развернувшись, я бегу прочь, не слыша яростного рыка своих… нет, не своих мужчин. Слезы застилают глаза, а в груди разрастается черная дыра.

Как я могла быть такой наивной? Конечно, для них это просто развлечение. Способ скоротать время до встречи с настоящей невестой. А я-то размечталась…

— Ксандра! — доносится мне в спину встревоженный голос Роана. — Постой!

И тут меня накрывает волной такой яростной любви и нежности, что подкашиваются ноги. Их чувства, переданные через связь, заполняют сознание, смывая боль и обиду.

— Никогда, — рычит Конрар, догоняя. — Слышишь? Никогда не будет другой.

— Только ты, — эхом отзывается Роан. — Навсегда только ты.

А потом они оказываются рядом — поймали, прижали к себе, окутали своим теплом.

— Пришло время познакомиться с нашей семьей, — ошарашивает меня Конрар.

Глава 32

Знакомство с родней

Стою, прижатая к их горячим телам, все еще не веря до конца в происходящее. Какое еще знакомство? Не готова я!

— А как же… невеста? — голос мой дрожит.

Конрар фыркает, зарываясь носом в мои волосы:

— Отец просто не знает, что ты наша эвисса. Когда узнает — сразу все поймет.

— Кто я? — переспрашиваю я.

Роан мягко поворачивает меня к себе и говорит:

— Эвисса — священная пара эвларца. Единственная возможная. Когда мы находим свою эвиссу, это навсегда, — глаза его светятся нежностью. — Потерять эвиссу для нас равносильно смерти.

— Поэтому мы так яростно защищаем своих избранниц, — добавляет Конрар. — Ты для нас все: воздух, жизнь, смысл существования.

От их слов по телу разливается тепло. Но еще столько вопросов…

— Расскажите о вашей семье, — прошу я, когда мы устраиваемся в комнате отдыха. Наниты в стенах создают уютный полумрак, имитируя закат.

— Отец занимает место в Совете Эвларии, — начинает Конрар. — Он… властный, но не глупец. Когда поймет, что ты наша эвисса — примет без вопросов. Для нашей расы это священно.

— А мама… — его голос теплеет. — Она удивительная. Добрая, мудрая. Ты ей понравишься.

— Они стали и моими родителями, — тихо добавляет Роан. — После того как мои погибли при аварии межзвездного крейсера.

Взяв Роана за руку, я сжимаю ее. А взглядом говорю, что я рядом. Я здесь.

— Пойдемте, — Конрар поднимается. — Самое время познакомить тебя с ними.

В рубке царит полумрак, нарушаемый только мерцанием голографических экранов. Бортовой компьютер что-то тихо напевает на языке цифр.

— Активировать межпространственную связь, — командует Конрар.

Воздух перед нами вспыхивает, формируя огромный экран. На нем появляются две фигуры: высокий мужчина, невероятно похожий на Конрара, и миниатюрная женщина с добрыми глазами.

— Дети! — женщина подается вперед. — О, а это…

— Наша эвисса, — гордо объявляет Конрар. — Ксандра.

Я замечаю, как меняется лицо его отца — от холодной надменности к изумлению и… уважению?

— Эвисса? — выдыхает он. — Истинная?

— Да, отец, — твердо отвечает Конрар. — Метки уже поставлены.

— Тогда… — мужчина выпрямляется еще сильнее. — Прости мои предыдущие слова. Я не знал.

— Девочка моя! — восклицает женщина, и ее глаза блестят от слез радости. — Наконец-то! Мы так ждали, когда мальчики найдут свою пару.

От их принятия на глаза наворачиваются слезы. Чувствую, как Роан и Конрар синхронно сжимают мои руки.

— Когда прилетите домой? — спрашивает мать. — Нужно готовить церемонию…

— Сначала нужно разобраться с Союзом, — мрачнеет Конрар. — Они охотятся за одаренными. И насчет твоего задания, отец, — замолкает он.

— Все так как ты и говорил. На лайнере мы нашли зацепки.

Зацепки? Так значит у эвларцев была миссия, когда я к ним ворвалась?

— Будьте осторожны. Я усилю защиту дома к вашему возвращению, — говорит отец.

Экран гаснет, оставляя нас в полумраке рубки.

— Видишь? — шепчет Роан. — Никаких других невест. Только ты.

— Навсегда, — эхом отзывается Конрар.

Следующая неделя проходит в странной, но уютной рутине. Наш шаттл скользит между звезд по строго выверенному маршруту. Конрар и Роан по очереди несут вахту в рубке, следя за приборами и перепроверяя системы безопасности.

Я учусь готовить в невесомости (спасибо нанитам-стабилизаторам, иначе вся еда летала бы по кухне), осваиваю управление бортовыми системами и тренируюсь контролировать растущую во мне силу. Мои мужчины помогают, направляют, но я чувствую их беспокойство — моя энергия становится все мощнее.

По вечерам мы собираемся в обзорном отсеке. Сквозь прозрачные стены видно бескрайний космос. Конрар рассказывает об Эвларии, Роан учит меня их языку.

На седьмой день бортовой компьютер объявляет о приближении к станции «Астралиум».

— Нужно заправиться и пополнить запасы, — объясняет Конрар, помогая мне закутаться в плащ с капюшоном. — Только держись рядом и не снимай капюшон.

Станция поражает размерами — огромное кольцо с расходящимися спицами-доками. В центральном куполе кипит жизнь: инопланетяне всех рас и размеров спешат по своим делам, торговцы зазывают в лавки, где-то играет странная музыка.

— Это крупнейший перевалочный пункт в секторе, — шепчет Роан. — Тут можно найти все — от топлива до контрабанды.

Мы проходим мимо лавки, торгующей голографическими картами звездного неба, минуем бар, где огромный четырехрукий бармен жонглирует светящимися коктейлями.

— Долго здесь не задержимся, — Конрар напряжен. — Роан, проследи за заправкой. Мы пока…

Договорить он не успевает. Высокий, худощавый мужчина, пробегая мимо, задевает меня плечом. Капюшон сползает, обнажая лицо. Незнакомец застывает, его глаза расширяются.

— Потерялся? — рычит Конрар.

— Прошу прощения, — опускает голову инопланетянин и убегает в обратную сторону.

— Подожди, — Конрар вдруг тянет меня в сторону небольшой лавки. — Хочу кое-что показать.

Внутри павильона царит полумрак, нарушаемый мягким сиянием, исходящим от… тканей? Я завороженно смотрю на переливающиеся всеми цветами радуги полотна, которые, кажется, светятся изнутри собственным светом.