Приключения Марси - Юлия Григорьева

- Чтоб тебя, кошатина, - беззлобно ругнулся долговязый и повел меня дальше, крепко держа за руку.

Сильвия подхватила беззащитную кошку под вторую лапу, так мы и шли до площади Диглана Донага, именем которого была названа и наша академия. Чем знаменит сей маг, не скажу, как-то никогда не интересовалась, но статуя, стоявшая посреди площади, изображала внушительного такого дядьку с посохом, на вершине которого переливался какой-то камень. Должно быть, камень изображал сгусток энергии. Я увлеклась разглядыванием посоха, потому не заметила, как мы подошли к мясной лавке. Аппетитный запах в одно мгновение уничтожили весь интерес к Диглану Донагу. Я потянулась носом за запахом, но меня уже тащили дальше.

- Стойте, - возмутилась я. - Чтоб вас Фиц покусал, верните меня к тому чудному запаху!

- Марси, сколько жрать-то можно? - возмутилась Сильвия. - Ты же уже завтракала на стоянке под Раяном.

- Да чтоб ты понимала, недотепа, - проворчала я, пытаясь вырваться.

- Пусть уже купит себе что-нибудь и успокоится, - сказал Нарв. - А то сейчас устроит кошачий концерт.

- Долговязый, с меня причитается, - ответила я и потерлась о его плечо.

- Знаешь, Марси, - усмехнулся Нарвис, - я иногда жалею, что ты теперь можешь разговаривать. Раньше мы только могли догадываться, о чем ты думаешь, а теперь точно знаем. И знаешь еще что, ты, оказывается, неблагодарная хамка.

- Я?! - честно, я была искренне потрясена и возмущена до глубины души! - Да я сама доброта и покладистость!

- Как была злючкой и эгоисткой, так ею и осталась, - ответил долговязый.

- А ты... а ты... а ты долговязый недоучка, вот! - даже слов не хватило от негодования.

- В следующем году доучусь, а ты так эгоисткой и останешься, - парировал Нарвис.

Слов у меня больше не было, потому я сказала только одно:

- Сейчас в рожу вцеплюсь.

- Вот удивила, - усмехнулся гадкий Нарв, потирая царапины на лице.

- Я испугалась! - воскликнула я и сразу забыла о Нарвисе и его обвинениях, потому что обоняния опять коснулся тот самый изысканный аромат. Ладно, живи, студент.

Я вплыла в лавку, прикрыв глаза и глубоко вдыхая. Остановилась только, когда врезалась в прилавок. Еще немного насладилась ароматом, а потом открыла глаза и чуть не лишилась сознания от разнообразия товаров. Балык, грудинка, корейка, разнообразные колбасы, связки сосисок, ветчина и буженина... Кошачьи боги, что же вы не сказали, что кошачий рай существует, и он здесь! Мне захотелось упасть во все это великолепие и перекатываться туда-сюда, чтобы пропитаться этим изысканным ароматом. Мя-ау, вот оно счастье-то где притаилось...

- Марси, у тебя глаза дикие, - шепнула Сильвия, - на тебя смотрят.

- Уйди-и, - застонала я. - Я хочу здесь жи-ить. Обещай, когда вернете меня в мою шкурку, ты принесешь меня сюда.

Сильвия покосилась на меня, обиженно надула губку и пробурчала что-то о неблагодарности и непостоянстве кошек. Я не слушала ее, продолжая разглядывать весь мясной шик, усиленно сглатывая и облизываясь.

- Госпожа что-то желает? - хозяин лавки широко улыбнулся.

- Ага, - кивнула я, не сводя глаз с куска буженины, который просто кричал на надрыве: "Съешь меня, Марси, я ждал только тебя!"

А потом запищали сосиски, умоляюще всплакнула ветчина, затараторили, перебивая друг друга, колбасы.

- Все, - застонала я. - Я хочу это все!

- Госпожа Коттинс, - долговязый встал рядом и насмешливо смотрел на меня, - хочу вам напомнить, что вашего аванса хватит на что-то одно. Выбирайте скорей и пойдемте дальше, у нас тут важные дела имеются, касающиеся вашей, между прочим, персоны.

Я поглядела на Сильвию, отчаянно страдая, потом перевела взгляд на праздник для кошачьего желудка, закрыла глаза и тыкнула наугад.

- Прекрасный выбор, - просиял колбасник и кинул на весы шмат ветчины.

- Отрежьте половину, - вклинился Нарвис.

Как половину, какую половину? Марси хочет все-о-о! Но долговязый уже распоряжался моей ветчиной. Он посмотрел на меня и добавил:

- И нарежьте, пожалуйста.

Через несколько минут меня под руки выводили из лавки с заветным свертком в кулаке и куском ветчины в зубах.

- Все, времени больше нет, - жестко сказал Нарв. - Марси, держи себя в лапах, сейчас будет еще две колбасные лавки.

- Я постараюсь, - кивнула я, засовывая в рот второй кусок божественного вкуса и аромата.

- Когда же ты уже человеком станешь, - вздохнул долговязый. - У тебя даже воздыхатель появился, а ты все о еде мечтаешь.

- Какой еще воздыхатель, - проворчала я, стараясь не вдыхать глубоко, потому что впереди показалась вывеска с нарисованными сосисками.

- Нейс, - ответила мне вместо своего дружка Сильвия. - Сколько он вокруг тебя вьется? Неделю?

- Он меня кормит! - я посмотрела на них, как на дурачков.

- Сили, тебе нужно просветить Марси об отношениях мужчины и женщины. А то она со своим кошачьим подходом еще натворит дел. - совершенно серьезно сказал Нарвис. Затем посмотрел куда-то влево. - Все, девочки, я пошел. Встретимся часа через четыре. Если я еще не подойду, поезжайте в академию. Я появлюсь, как закончу.

- Будь осторожней, - Сильвия состроила несчастную мордочку и обняла Нарва.

Они поцеловались, а я фыркнула. Теперь-то я знаю, что ничего хорошего в этом лизании нет, а люди целуются с таким видом, будто связку сосисок умяли. Никогда этого не пойму. А ну их. Я развернулась и побрела вперед, разглядывая какого-то пожилого господина. Не знаю, что меня привлекло в нем, но я все быстрей шла в его направлении. Мужчина разговаривал с типом, которому я бы не позволила даже подойти ко мне, не то чтобы погладить.

- Марси! - окрикнула меня Сильвия. - Ты куда рванула?

Я рассеянно посмотрела на нее, затем снова на пожилого господина и уверенно направилась в его сторону. Откуда я его знаю? И ведь точно знаю, хвост на отсечение даю.. пока у меня его нет. И уверена, что он хороший. Что-то странное происходило со мной. Я нахмурилась, рассеянно почесывая лоб. Во мне зарождалась странная волна, которая поднималась откуда-то из живота и катилась все выше и выше, пока не добралась до головы...

... Вокруг меня красиво, очень красиво. Никогда не была в таком месте. Кругом мрамор и позолота, а еще ковер. Я чувствую, как ноги по щиколотку утопают в красном ворсе. Подхожу к зеркалу и смотрю на свое отражение. Темно-русые волосы струятся по плечам, укутанным в рубашку до пят из тончайшего материала. Дверь открывается и входит женщина... Анарина... Да, точно, ее зовут Анарина и она моя служанка.

- Ванна готова, - она приседает в реверансе, и я киваю ей.

Анарина выходит, и в дверь стучат. Я накидываю шелковый халат и разрешаю войти. Я узнаю визитера, это тот самый пожилой господин, которого я только что видела. Он приветливо улыбается.