Затмение на Рождество - Мария Зайцева

– Не надо, спасибо! Все хорошо. Не было ничего такого, чего бы не случалось раньше.

Рэйчел опустила глаза, чуть поморщившись.

– Бля… То есть, Рэйчел… Какого хе… То есть, почему ты не говорила ничего раньше? Нахер терпеть было? И девчонка твоя тоже…

Рэйчел отошла к окну, уселась с ногами в кресло, заставляя Пола опять отводить взгляд от ее возмутительно голых и манящих коленок. Да че, блядь, с ним такое?

– Пол… Это сложно…

– Нихера! – он внезапно опять разозлился. Теперь уже на нее. Точно на нее. – Нихера не сложно! Мужик – либо мужик, либо мудила. Такие мудилы должны получать сразу! Тебе надо было давно уже все мне рассказать!

– Да, наверно…

– Не наверно, блядь! – Пол совершенно перестал сдерживаться, заходил по комнате кругами. Рэйчел с удивлением и даже страхом наблюдала за внезапно разговорившимся работдателем. На ее памяти такого не случалось ни разу.

Мельком глянув и заметив испуг в ее глазах, Пол внезапно успокоился, так же быстро, как и завелся.

– Рэйчел… – он остановился напротив, присел на корточки, так, чтобы их лица были на одном уровне, – ты просто знай, что можешь здесь быть сколько надо, никто тебя в обиду не даст, и дочку твою тоже. До ранчо отца Бетти еще доехать надо, это не так просто, а сюда этот мудак, твой мужик, пройдет, только если меня прикончит. Что вряд ли.

– Спасибо, Рэйчел наклонилась и порывисто обняла мужчину, растроганная невероятно, – спасибо!

Пол застыл, потом нерешительно обнял женщину, погладил по тонкой спине.

Она без лифчика… Блядь… О чем он думает, скот?

Он резко встал, разрывая объятия, скомканно попрощался и вышел.

Внизу, в баре, сходу накатил, выдохнул.

Блядь, похоже, беда с ним. Беда.

Глава 15

Лора медленно и лениво водила пальчиками по груди Джо, расспрашивая про историю различных меток на его теле. Джо был на редкость благодушен (ну еще бы, блядь, после такого секса!), отвечал охотно, хотя и без подробностей. Да и к чему они, подробности?

Зачем кошечке знать, сколько шрамов оставил на нем отец (чтоб ему, суке, в гробу перевернуться!), какие татухи сделаны по глупости в бытность скином, какие отметины на шкуре от пули, а какие от ножа. Да уж, лучше без подробностей…

Он докурил, погасил сигарету, опрокинул Китти на спину, навалился, серьезно и жадно разглядывая ее лицо, в миллионный раз, наверно, охреневая от того, что такая девочка, такая кошечка… И с ним… Красавица и чудовище, блядь… Ну он-то понятно… А она? Она че в нем нашла? Только секс? Не сильно похоже… Не, он в этом деле хорош, само собой, но ведь она же не только киской своей думает…

Он скользнул рукой вниз. Блядь. Уже мокрая. Опять. Почувствовал, как нехило завелся, несмотря на то, что из постели они все эти сутки вылезали только, чтоб пиццу забрать от курьера.

Это че-то… Че-то нереальное, блядь…

Он легко перевернул Китти на живот, подхватил, приподнял чуть, проникая сзади сразу, резко.

Лора томно застонала, чуть выгнувшись в пояснице, повернула к нему голову. Джо лег на нее, полностью закрыв собой, придавив к постели, рвано и жарко поцеловал, и задвигался, медленно и плавно, смакуя, не торопясь, оглаживая ее тело широкими ладонями.

Кошечка, ну реально, как кошка, извивалась под ним, мурча, стараясь достать нежными лапками, подставляя исцелованные красные губы.

В который раз уже Джо почувствовал невероятное, сумасшедшее единение, ощущение одного целого с ней, ощущение правильности происходящего.

Ему внезапно захотелось посмотреть ей в глаза, окунуться опять в это безумное, обволакивающее состояние падения в омут. Джо остановился, не обращая внимания на протестующий стон, перевернул девушку, улегся сверху, подстраивая бедра поудобнее. Лора, опять чуть выгнувшись, уже навстречу ему, прижалась крепко, закрыв глаза.

– Смотри на меня, Китти, – хрипло попросил он, – на меня.

Лора послушно открыла глаза, и Джо тут же уплыл, утонул в синих, безумно ярких радужках с крупными от кайфа зрачками, пульсирующими, то чуть сужающимися, то расширяющимися в такт его движениям в ней. Это просто блядский гипноз какой-то, морок.

Это невозможно выносить. Эти глаза, эти губы, распухшие от несдержанных, неаккуратных поцелуев, его поцелуев, эти волосы, разметавшиеся по подушке золотистым ореолом, эта тонкая кожа, так легко, так быстро краснеющая от прикосновений, все это – ловушка, бездна, в которую его засасывает все сильнее, и, наверняка, скоро засосет с головой.

Не прекращая двигаться, Джо провел пальцами по губам Лоры, и она тут же лизнула их быстрым, каким-то звериным движением.

Кошка похотливая! Он протолкнул пальцы глубже, заставляя девушку посасывать их, чуть давясь и постанывая. Заведясь не на шутку от этой картины, Джо стал стал двигаться грубее и яростнее, Лора выгнулась сильнее, почувствовав перемену ритма, закинула руки ему на плечи, пытаясь направить, заставить ещё ускориться. Джо эта ее инициатива не понравилась, и он, недовольно рявкнув, прижал оба запястья девушки над головой к постели, еще сильнее придавил телом, фиксируя полностью в нужном ему положении.

Он и так в ловушке, хватит с него этого, подчиняться ей в постели он не собирается. Но Лоре даже это ее, полностью обездвиженное, подчиненное положение дико понравилось, придало ощущениям такой остроты, что она не смогла сдержаться, цапнула мужчину за крепкое плечо острыми зубками, тут же получила легкий шлепок за самовольство и кончила, резко вскрикивая и закидывая голову назад. Джо еще ускорился и догнал ее, буквально в пару движений, жарко дыша в ухо и невнятно матерясь.

– Блядь, – он откатился в сторону, позволив, наконец, девушке сделать нормальный полноценный вдох, – это было нечто! Ты кусаешься, как дикая пантера, Китти!

– Ну прости, милый, – Лора перевернулась на живот, потянулась сладко, всем телом.

Джо кинул ей простыню:

– Укройся, черт, невозможно смотреть же, ты ж меня до смерти заездишь!

– Скорее ты меня, – Лора довольно рассмеялась, накидывая простынку на грудь, переворачиваясь и соблазнительно проведя гладкой ступней по ноге мужчины.

– Да блядь! – он поймал ее за ножку, дернул