Торговец поневоле (СИ) - Губарев Егор

— Будем знакомы, но любезничать с тобой я не буду.

— Да и не надо, я так, для приличия, — убрав руку, я занялся готовкой, хотя осадочек остался. Я же не в друзья набиваюсь, чего он так? — Кстати, а вы друг друга понимаете? Вы же из разных миров, а не клиенты, значит магия лавки уже не действует на вас.

— Я прочитал заклинания "знание языков", так что проблем нет, — в голосе Амарата сквозил легкий намек на снисходительность, что немного раздражает.

— О, Амарат, доброе утро, — Ольга зашла на кухню, лучась удовольствием.

— Доброе утро. Как спалось? Хорошо выглядишь, кстати, — воин встал и указал Ольге на стул рукой, уступая место. Чего это он с ней так любезничает?

— Зуся, ты можешь расширить дам еще на пару комнат? И вопрос, если сделать дверь в заборе, можно будет через нее проходить, когда лавка открыта, не знаешь?

— Можно, хозяйка так и делала. А на счет комнат, я даже не знаю. Возможно, если я съем овец, которые сейчас мерзнут и голодают у нас на участке, то смогу. А то у меня сердце кровью обливается от того, как они там страдают, сосредоточится не могу, — голос домового как всегда раздавался отовсюду сразу.

— Я понял тебя, добряк ты мой. Можешь съесть их. Кстати, Винна, а откуда вино? Я же говорил, не нарушать закон, а ты что?

— Я и не нарушала, я просто подошла к продавцу и попросила купить мне вино, а она не смогла отказать. Что ты на меня так смотришь, это всего лишь внушение. Закон я не нарушала.

— Да е мое, ну так тоже нельзя. Она же из своего кошелька заплатила за тебя.

— Артур, ты такой правильный, аж тошно. Ты и дорогу, наверняка, только на зеленый свет переходишь, самому не противно?

— Мне просто обидно за бедную продавщицу, она и так зарабатывает копейки. Ольга, я сейчас пойду лавку открою, отвлекусь от этого всего. Можешь с ними по магазинам проехаться, надо купить им одежду и все, что нужно на первое время? Заодно в магазин занесешь долг за эту пьяницу.

— Ладно, сделаю, мне же надо выгулять сумку.

Немного посидев за столом и обсудив, что кому нужно, я дал Ольге деньги из сундука и, когда Зуся создал вторую дверь в заборе, проводил всех из дома. После этого я немного навел порядок в лавке и перевернул табличку на "открыто".

Не успел я сделать себе кофе, как звоночек прозвенел, извещая о том, что ко мне пришел очередной клиент.

Как только дверь открылась, в лавку со звоном зашел здоровый рыцарь. Вслед за ним зашел еще один парень, лет тринадцати, который нес шлем и меч рыцаря.

— Добрый день, добро пожаловать в мою торговую лавку, ох мать… — запах исходивший от этой парочки может поспорить с выгребной ямой.

Если молодой парень выглядел еще более-менее опрятно, хоть и чумазо, то рыцарь только что мне детство загубил, уничтожив образ благородного сэра из сказок. Лицо его было покрыто рубцами и оспинами, в бороде остатков еды хватит еще на два обеда, минимум. Готов поклясться, я увидел, как в немытых волосах и бороде копошились насекомые.

— Здрав будь, барышник. Какой чудной у тебя товар, магией торгуешь? — осмотревшись, он подошел к статуэткам и взял одну из них руками. Теперь отмывать ее замучаюсь.

— И не только… Что-то конкретное ищете? — говорить было тяжело так как дышать приходилась через раз, что бы сознание не потерять.

— Домой я путь держу, после сечи славной. Гляжу, строение заморское у дороги, а мне как раз надобно на родину в дар что-то привезти. Знамо какое дело, злата и камней несколько повозок набрали, а для трофеев места не нашлось. Подсобишь чем, коли не трудно?

— Одеколон я б вам подсобил, да нету, — я сказал это тихо, что бы рыцарь не услышал, от греха подальше. — Можете эту статуэтку приобрести. Работа тонкая, в ваших краях таких не найти.

— Этим никого на родине не удивишь. А что за диковина рядом с тобой лежит? — когда он подошел ко мне, я чуть съеденный завтрак ему не отдал, но удержал себя в руках. А вот дыхание постарался задержать.

— Чешуя дракона. Но она очень дорогая.

— Злато есть, ты цену назначь. Мне высочество за такой дар земли назначит и героем наречет, коль я сообщу, что сам змия погубил! — глаза рыцаря горели алчным огнем, предвкушая почести от подвига.

— Тысяча дублонов, сир? — последнее слово я сказал не уверенно, так как не знал, как правильно к такому обращаться.

— Чего?

Достав один дублон из своего мешочка, я поднял монетку на уровне глаз. — Одна тысяча таких монет.

— Барышник, гляжу ты человек ученый, я же грамоте не обучен, а счет мне так и не дался, до десяти я ведаю, а дальше сложнее. Глаголь, коль в сундуках это будет?

— Смотря, какой размер сундука, я думаю, не более одного, — когда речь зашла о сундуке дублонов, неприятный запах отошел на второе место.

— Малой, сходи за платой. Ох и цены у тебя, купец.

— Какой товар, такие цены.

Молодой парень бегом выбежал из лавки и, буквально через пять минут, за которые я уже окончательно привык к запаху, вернулся с двумя помощниками, которые занесли небольшой сундук, высотой мне по колено. Поставив его на пол, они подняли крышку сундука и я увидел, что он доверху заложен золотыми монетами. Очень красивое зрелище, хочу сказать.

— Ну как, достаточно? — рыцарь встал рядом со мной, уже держа в руках чешую.

— Думаю, мы договорились. Если не возражаете, я бы хотел заняться пересчетом.

— Тогда я откланяюсь, доброго дня, — кивнув мне, рыцарь покинул мою лавку вместе со своим оруженосцем. А я сразу побежал открывать окна, что бы выветрить запах.

Пересчет занял около получаса и внутри оказалась одна тысяча семьсот тридцать монет. По форме и размеру они были точно такими же, как дублоны, но отличалась чеканка, но оно и не удивительно. У тех монет, что мне отдавал Марин тоже была разная чеканка, так что проблем нет. Ха, а этот меняла мне всего полтинник предлагал, нормально он меня облапошить хотел.

Как только я оттащил сундук к прилавку и сложил все монеты обратно, снова прозвенел колокольчик.

В этот раз в дверь вошла девушка, облаченная в тогу на одно плечо и обнажающая одну грудь. Девушка имела кожу оливкого цвета, а волосы цвета жидкого золота шикарной копной ниспадали до пола. Внешность больше была специфичная, хоть и симпатичная, а вздернутый носик вообще не в моем вкусе.

— Добрый день, чем могу быть полезен такой шикарной девушке? — подобравшись, я улыбнулся самой открытой улыбкой, на которую был способен.

— Смертный, это магическая лавка торговца, что ходит меж миров? — в голосе сквозила такая доля презрения, что улыбка сама сползла с моего лица.

— Я так думаю, что да. А вы что-то конкретное ищете? — смертный? А она тогда кто?

— Я Лафрана, богиня разрушения. Дозволяю тебе не падать ниц, у меня сегодня не то настроение. Я хочу, что бы ты достал мне кое-что из другого мира, — она серьезно думает, что я в это поверю?

— Девушка, вы конечно очень эффектны, но все же представляться богиней… — договорить она мне не дала. Едва она щелкнула пальцами, как в туже секунду лавку окутал огонь. Через мгновение огонь погас, как не было его. Я аже испугаться, толком, не успел.

— Не раздражай меня, — перед моим лицом появился камень с руной золотого цвета. Плавно спустившись, он приземлился на прилавок. — Вы же рунами перемещаетесь? Возьми камень и найди мне драконий цвет. Как справишься, я подойду.

Сказав все, что хотела, она развернулась и пошла в сторону выхода.

— Мы не договорились о цене, — и откуда только смелость взялась, но бесплатно я работать точно не буду, даже на нее. Надеюсь, лавка оберегает меня и от таких.

— Ты смеешь торговаться со мной? — повернувшись, Лафрана приподняла одну бровь, всем видом демонстрируя свое недовольство моей дерзостью.

— Я торговец, это моя работа — торговаться с клиентами. Вы пришли ко мне и просите товар, логично, что я хочу оплату, — собрав всю волю в кулак, я смотрел ей в глаза, ожидая бурю.

— Если бы твоя лавка не оберегала тебя, я бы распыляла и собирала тебя вновь, пока остатки разума окончательно не покинули твое бренное тело. Для тебя должно быть честью, что я вообще явила здесь свой лик! Да с этой задачей любой может справиться и почтет за честь, а ты торгуешься? — глаза богини загорелись золотым пламенем, от чего захотелось сбежать отсюда, как можно дальше. Но если так сделать, я потеряю возможность заработать.