Русская мечта - Игорь Златарев

пообщался с животными, посидел под деревом на мягкой траве, ему стало скучно, и он умер. Бог долго думал, потухли многие звезды, родились новые. И в третий раз Бог создал человека, и не одного, а двоих, но разных, одного он назвал мужчиной, а другого – женщиной. Два человека походили, пообщались с животными, посмотрели на большие деревья, и вот пора умирать, но Бог хитер, и мужчина с женщиной потрахались, потом еще, потом родился ребенок, потом еще один и еще, они ссорились, но потом трахались. Так вот и жили эти два человека и не соскучились никогда, один погиб от холеры, другой от болезни сердца, но счастье в том, что им было больше лет, чем Бог мог себе представить, что его творение проживет. Вот так и создал Бог мужчину и женщину, они никогда не скучали, и рождались новые люди, а это только на руку, ведь он ужасно ленив создавать новых.

Лежа в кровати, сексуально спокойная и пьяная девушка Фея призналась мне в своих невинных и таких же пьяных мыслях:

– Ты мне нравишься, – спокойно сказала Фея.

– Ты мне тоже, малыш. Я привык к тебе.

– Я серьезно. Мне кажется, я влюбляюсь в тебя.

– Я, возможно, тоже.

Член задевает не только нежные нервы, но и сердце.

Я соврал Фее. Когда пьяная девушка признается в любви, лучше ответить тем же. Это нанесет меньший вред вам обоим. А со временем либо она поймет, что ты соврал, либо любовь покинет ее, как утренняя моча. Без денег и любви никакую девушку не удержать. Как и с любовью.

Мы лежали, нежно обнимали друг друга и разговаривали о пустяках. Это то, чего не хватает многим из нас, от этого и все зло, все негодование к людям, миру, любви.

Я трогал ее тело, это искусство природы – ее запах и ее черты на теле. Оно было нежно, мои пальцы ощущали тепло и мельчайшие волоски. Совсем скоро не будет красоты тела, не будет нежности, не будет родинок на теле, каждый подвергнет себя переработке: изменит лицо, нос, сделает полную лазерную эпиляцию, увеличит грудь, и там, где раньше был жир, будет хирургический пресс, удлиннит пенис, омолодит кожу и вагину, даже внутренний запах, который исходит от нас, можно будет освежить, но человек никогда не сможет изменить свое уродство, которое внутри нас, из чего мы состоим от природы, от того ребенка, в ком это получили.

Человек станет кем угодно, но в этом ком угодно останется старый корень. С этим дерьмом рождаемся и до конца.

Фея стала тихо засыпать, и я решил поехать домой.

– Ты уходишь? – взволнованно спросила Фея.

– Да, мне завтра на работу, а от тебя до нее я никогда не доберусь. Малибу далековато от огроменных контейнеров с вонючим мусором, здесь у каждого дома стоит красивый и компактный контейнер, и за их чистоту отвечает другая компания. Моя же компания отвечает только за грязные контейнеры.

– Ты смешной, Марк. Подойди ко мне, я хочу тебя поцеловать.

Я не пытался рассмешить Фею и говорил всерьез. Моя русская мечта сбылась. Я в Америке. Но с американской мечтой дело потруднее будет. Я мусорщик.

На самом деле у меня завтра выходной, так мне сказал Берти, позвонив из какого-то отеля по дороге в Вегас:

– Слушай, дружище, я сейчас на пару дней в Вегас с приятелем. Я предупредил, что нашей машины не будет. Отдохни.

С Феей приятно лежать в кровати, у нее нежная кожа, но сегодня выходной, и у Сами с Мартином должна быть вечеринка. Они каждые выходные устраивают. Впервые мне не хотелось пить, мне хотелось к Сами.

За мной приехал Uber. Люди больше не заказывают такси. Больше нет в этом романтики. Вообще, в современном мире романтика – такая же редкость, как бутылка виски во времена сухого закона. Могут позволить себе только храбрые люди. Теперь все едут на работу в Lift, а в бар вечером в Uber.

Водителем был армянин с небольшими пучками седых волос на голове в области правого и левого уха. Немного отъехав от дома, пересекая улицы, он спросил, как мои дела. Я ответил, что отлично и вот еду к девушке. Он немного расспросил о ней, я рассказал ему. Услышав мою историю, он добавил к ней свою.

Все началось, когда его дед в середине XX века приплыл на корабле, забитом французами и парочкой армян. Как он влюбился в ту самую француженку с корабля, его бабку, и они любили друг друга до конца жизни. Он рассказал про отца, который также любил только одну женщину, работающую напротив его работы в кафе «Вечерние будни». И он теперь каждый вечер там обедает, в месте, где всю жизнь проработала его мать и куда каждый будний день заходил пообедать его отец. Преданность не покинула его деда, отца и его самого. Он уже больше 30 лет живет со своей единственной любовью. Бывает и такое. Такая счастливая семья. Это редкость. Но счастье иногда бывает.

По пути он заметил, что я еду к своей девушке без вина, и предложил заехать за бутылочкой. И вот через 5 минут я уже был у дома Сами, еще немного пьяным и с бутылкой вина. Выходя из машины, Алек, так звали моего водителя, посоветовал начать мне, с чего пошел его дед – с надежды.

От рассказанной истории я взбодрился и даже ложно начал мечтать, как мы с Сами будем любить друг друга всю жизнь, и старые отсохшие половые органы будут любви не помеха. Алек был добрым человеком, по его глазам это видно. И я поверил ему.

Добрые люди украшают этот мир, они как красивые бусы на шее толстой суки, от которой несет нищетой, перегаром, жженым табаком, пятью вонючими детьми и запоздалым суицидом. Она так и будет вонять, но ее красивые бусы немножко приукрасят ее, и она уже не так отвратна.

Алек уехал. Было видно, как вдали мутнели его фары из-за прохладного тумана, накрывшего весь город. На улице темно и тихо, и только первый этаж дома Сами изнутри освещался лампами и светильниками. Я еще пьян, но меня стали преследовать сомнения. «Я сейчас выгляжу как влюбленный дурак», – сказал я про себя. Наше настроение редко подходит к жизни. Когда ты с девушкой, ты полон сомнений, и наоборот, когда ты уверен, ты сидишь и срешь на унитазе.

Я взял яйца в руки, – через карман штанов, на