Последний алхимик - Владимир Контровский

Алхимик работал.

«Драконья пасть» выплёвывала золото — установка работала непрерывно; Свиридов выключал её только для перезарядки — для выемки готовой продукции и для загрузки сырья. Он автоматизировал систему защиты — в случае выхода контролируемых параметров за порог срабатывания несколько зеркал смещались, нарушая фокусировку всей системы и прерывая накачку энергии времени. Предосторожность эта была совсем нелишней, хотя расчёты показывали, что вероятность возникновения нештатной ситуации исчезающе мала — у Саши даже возникла мысль о существовании некоей общевселенской «защиты от дурака», охраняющей Мироздание от опасных игр неосторожных детишек.

Изменяя код-программу, Алхимик сумел превратить в золото не только свинец, но и железо, и бронзу, и медь, и даже осколок гравия, подобранный на улице. Удалось увеличить и производительность «яйца» — горка кусочков желтого металла самой разнообразной формы росла и росла.

Саша потерял счёт времени, и когда ему позвонил Зелинский, он не сразу сообразил, какой сегодня день.

— Готово, — лаконично сообщил Мегабайт. — А твой файл?

— Тоже.

— О’кей, сбрось мне мылом. Хотя нет, не стоит — скачай на дискету. Я заеду.

Василий появился через полчаса, забрал дискету и заторопился, отказавшись от кофе.

— Надо зарядить несколько десятков компьютеров, — туманно объяснил он. — Сделаю — расскажу.

Зелинский вернулся через три дня, и по его лицу Свиридов понял — дело сделано. И не ошибся.

— Всё, Саня, — сказал Вася, усаживаясь в кресло и блаженно потягиваясь всем телом. — Страховой полис у нас в кармане. Садись, расскажу.

— Коньячку?

— Не, не будем ступать на скользкую стезю алкоголизма. Мне сегодня ещё предстоит важное рандеву — догадываешься, с кем? Да, с серьёзным человеком. Ты бы слышал, Сань, как у него изменился голос, когда он уловил тему! Наверно, выпученные от изумления глаза растянули ему голосовые связки.

— Ещё бы…

— Дык! Золото-то чистейшее — это вам не мелочь по карманам тырить. Ладно, давай кофе, времени мало. А это у тебя что за зверь?

Друзья сидели за низким журнальным столиком, придвинутым к дивану. Письменный стол занимали приборы, бумаги и монитор компьютера, большой стол посередине комнаты безраздельно оккупировала чешуйчатая «драконья голова». А вопрос Мегабайта вызвала стоявшая на журнальном столике небольшая статуэтка крылатого дракона, присевшего на задние лапы и готовящегося взлететь, — дракон расправлял крылья, вытянув вперёд узкую хищную морду. Этот сувенир Саше подарили в прошлом году на юбилей — Свиридов даже не помнил, кто именно. Знал бы даритель, что эта безделушка окажется пророческой…

Дракон был сделан из бронзы — именно был, в прошедшем времени. Сейчас его тело сверкало — статуэтка простояла на «языке» все трое суток, минувших со времени последнего визита Зелинского, и полтора килограмма бронзы трансформировались в золото. Алхимик остался доволен результатом — до этого он работал только с небольшими массами вещества, не превышающими нескольких десятков граммов. Процесс синтеза не останавливался, пока не охватил всю статуэтку, целиком, — перспективы открывались многообещающие.

— Этот дракончик — мой домашний любимец, — Саша нагнулся, выдвинул из-под стола картонную коробку и достал оттуда полиэтиленовый пакет, наполненный маленькими золотыми слитками. — Это тебе. Здесь больше двух килограммов — твоя доля. А этого зверя я оставлю себе. На память.

— Александр Николаевич, мне не нравится нотка пессимизма в вашем голосе. Что за скорбь такая? Наш путь ведёт к сияющим вершинам — не фиг скорбеть!

— Цыплят по осени считают, — проронил Алхимик, посмотрев на желтеющие за окном листья. — Сиди, я принесу кофе.

— Значится, так, — начал Зелинский, осушив чашку и закурив. — Слушай сюда. Бомба получилась — пальчики оближешь! Я загрузил программу в четыре десятка компьютеров — в разных местах, в том числе и у нас в НИИ. IP-адреса у всех, понятное дело, тоже разные. Запуск можно инициировать с любой из этих машин — остальные подхватят. Это как лавина: толкни один камушек — и понеслось. И как ты просил, можно и с мобильного. Код, — он вынул телефон, — записывай… Что ещё? Программа саморазмножающаяся, часть «осколков бомбы» будет какое-то время спать, а потом выскочит и снова наделает шороху. А как это выглядит? Счаз, загружу тебе — сам увидишь.

«Тебе бы симфонии играть, — думал Саша, наблюдая за танцующими на клавиатуре пальцами Мегабайта, — виртуоз… Но эта твоя симфония будет лучшим произведением всех времён и народов — это я тебе обещаю…».

— Смотри, Алхимик, — с гордостью произнёс Вася. — Годится?

На экране появилась картинка, выполненная в лучших традициях рекламы — красотка, держащая в ладонях золотой слиток под надписью по-английски: «Золото своими руками! Разбогатей сам, здесь и сейчас!» и помельче: «Это не вирус — проверьте и убедитесь!».

— Что скажешь, а? Клюнет народ на такую завлекуху? В течение четверти часа после взрыва нашей бомбы эта начинка контрабандой залезет на тысячи серверов. И ссылочки мы разбросаем по всей Сети — не извольте сомневаться, ваше гениальное превосходительство! Так что гарантия налицо — если что, миллионы пользователей уже через час узнают о такой дивной возможности. И если хотя бы один процент из них попробуют взяться за дело — у-у-у, что будет! Так, вот тебе пусковая иконка. Всё, твой комп тоже стал взрывателем — одним из.

— Погоди, — Саша положил руку на плечо друга, — вот ещё что. А если… Это, конечно, экстремальный вариант, но ведь может так получиться, что ни ты, ни я не сумеем добраться ни до одного из «заряженных» компьютеров, и даже мобильник нам взять в руки не дадут.

— Мой светлый ум это предусмотрел, — Мегабайт ухмыльнулся. — Я не хочу сгнить в тёмном подвале или оказаться в одном из озёр Карельского перешейка с камнем на шее — наши потенциальные противники обязаны будут беречь нас, холить и лелеять! А для того, чтобы сподвигнуть их именно к такому сценарию, я заложил мины замедленного действия: если в течение месяца наша бомба не получит соответствующего сигнала — мол, все в порядке, Зелинский со Свиридовым живут и здравствуют! — она взорвётся автоматически. Меня, ясен перец, не очень-то вдохновляет подобная перспектива — особенно сейчас, когда впереди такие горизонты, — но наши супостаты одержат пиррову победу. И даже хуже, чем пиррову, — они потерпят сокрушительную победу! Ну, теперь твоя душенька довольна?

— Вполне.

— Тогда я пошёл, — Зелинский поднялся. — К серьёзным людям нельзя опаздывать. До вечера — тогда и расслабимся. Трепещите — Алхимик со товарищи гулять будут!