Сильвио Берлускони – Премьер Италии - Михаил Ильинский

Берлускони одевается от миланского кутюрье, но на этом не акцентирует внимания, мудро заявляя, что носит все только по последнему слову красавицы-моды. А что такое мода? Это, улыбается он, то, что выходит из моды… Фамилия кутюрье Сарто, портного – Карачени, белошвеи – Маури.

В Милане вы никогда не купите фальшивую продукцию в фирменных бутиках или специализированных магазинах, в больших магазинах линий «Станда», «Кооп», «Коэн», «Ринашенте». Но на рынках и «стоках» вы рискуете всегда. В юности Берлуска любил прицениваться и часто бывал на рынках. В Милане и предместьях в течение недели постоянно работали около двадцати рынков. Цены на товары могли иметь скидку до 60–70 %, но никаких гарантий качества и времени производства. Это – мир сомнительной удачи и риска во всех отношениях (могут и обворовать). Но такая опасность здесь меньше, чем в Риме, Неаполе, Бари или на Сицилии.

…На центральной площади Милана перед зданием мэрии и «Ла Скала» – знаменитый памятник Леонардо да Винчи со словами горожан, обращенными к гению. Но есть и другой памятник. О «Коне» Леонардо да Винчи в мире искусств говорили более 500 лет. Еще в 1482 году миланский герцог Людовик – «Мавр» заказал великому мастеру в память об отце Франческо Сфорца скульптуру бронзового коня, да такого, которого еще не знал мир!

Леонардо работал семнадцать лет и сотворил проект из терракоты. Была уже приготовлена и бронза. Дело оставалось лишь за отливкой. Но началась война с Францией. Бронза пошла на пушки, а конь из обожженной глины стал добычей французов, которые 10 сентября 1499 года пьяно и весело «расстреляли» коня во дворе миланского замка герцога Сфорца.

Все было уничтожено, кроме проекта зодчего, по которому «Кавалло» Леонардо должен быть высотой 7,2 м, 8,66 м в длину и 2,43 м в ширину. В 1977 году американский ценитель искусств Чарлз Дент из Пенсильвании прослышал о «Коне» Леонардо и решил воспроизвести гениальный замысел маэстро. Было собрано шесть миллионов долларов, и начались работы. Чарлз Дент умер в 1994 году и его дело довершили сын Питер и муж сестры Роджер Энли. И вот красавец-Конь изготовлен (весит 12 т), доставлен в Милан и подарен городу в память о Леонардо да Винчи. Берлускони присутствовал при инаугурации и сказал ставшую знаменитой фразу: «Леонардо и теперь на коне!».

В Милане на выставке «Человек, творения, миф», посвященной столетию со дня смерти великого композитора Джузеппе Верди (27 января 1901 года) я встретил 62-летнего человека, который назвал только имя и фамилию, Джузеппе Стреппини, очень похожие и созвучные с девичьей фамилией бис-нонны (прабабушки) – Джузеппины Стреппони. История меня, признаюсь, заинтересовала и хронологически выдерживала самую жесткую историческую проверку с одним лишь очень серьезным минусом: прадед Джузеппе производил уж слишком негативное впечатление: карьерист, эгоист, повеса и «детокидала»… И все это под звуки божественной музыки.

– Мой прадед родился в 1813 году под Пармой в Ронколе ди Буссето и поэтому на всю жизнь за ним утвердилось прозвище «Лебедь из Буссето». Я его так и буду впредь называть. Восемьдесят восемь лет летел «Лебедь» между Буссето и номером миланской гостиницы, где сомкнулись навсегда его веки, осталась на память любителям музыки вилла Святой Агаты, рядом в Пьяченце, где хранятся тысячи разных предметов: его пианино с набросками нот, музыкальные партитуры, костюмы, многие личные вещи Верди и его второй жены – певицы, сопрано Джузеппины Стреппони.

– Первую семью Джузеппе создал довольно рано, – продолжал правнук композитора, – в 23 года, когда был беден как церковная крыса, и мало известен, как уличный музыкант-странник. Его супругой стала веснушчатая простушка Маргерита, дочь богатого влиятельного коммерсанта Антонио Бареццы из Буссето. Через него Джузеппе быстро проник в музыкальные круги Милана и благодаря величайшему таланту и работоспособности стал очень известным музыкантом. Маргерита была женщиной болезненной, слабой. Она сумела родить двух ребятишек: Вирджинию и Ичилио, но они умерли во младенчестве, не достигнув и двух лет. В 1840-м скончалась в Милане и Маргерита.

Верди к этому времени был уже в дружеских отношениях со звездой первой величины миланской оперной сцены Джузеппиной Стреппони, знаменитой не только своим бархатным голосом, но и сладострастием, любовной связью с самым влиятельным человеком европейской и миланской музыки – Бартоломео Мерелли. Верди попал в цель. Без него уже не собирался ни один блестящий музыкальный салон Ломбардии. Вскоре, в 1842-м, со сцены «Ла Скала» зазвучал ставший всемирно знаменитым «Набукко» Верди. «Опера-открытие», писала восторженная пресса. А что же Верди? Он выехал в Париж, где оказался в одном гостиничном номере с прекрасной Джузеппиной. Мерелли был взбешен, угрожал отомстить, оставить любовников без средств к существованию, но вскоре сам был вынужден признать: «С талантом – не борись, а с двумя – тем более». И он сдался, даже помог Верди и Стреппони построить чудесную виллу Святой Агаты. Верди становился уже классиком музыки мировой культуры.

Любил ли Верди Джузеппину? Возможно. Но ему чаще бывало не до нее. Тем более, что он предпочитал хорошеньких молодых горничных, которых через каждые год – два он отправлял в близлежащую больницу, откуда затем в разные семьи раздавали «безродных» малюток. Это, понятно, композитора не волновало. Как и прозвище «детокидала».

Дважды в этой больнице побывала и знаменитая певица, а однажды, 14 апреля 1851 года монашенка вынесла малышку, которую затем снабдили документами, выписанными на фамилию Стреппини. И только одна буква отличала ее от Стреппони. Впрочем никто и не сомневался, что это было дитя певицы.

Могла ли певица принести ребенка не от Верди? «Исключено, – считает правнук. – Она была так влюблена и так почитала маэстро, что и не помышляла об измене».

Композитор и певица обвенчались только в 1859 году, но Верди своим вкусам и наклонностям не изменял, наиболее сильное увлечение он испытал к молодой певице Терезе Штольц, открывавшей сезон 1872 года в Миланском театре. Говорят, что Верди после спектакля демонстративно, на глазах у оскорбленной Джузеппины, увел под руку Штольц. И надолго. Поблизости от виллы Святой Агаты он купил домик, чтобы ночью на часок-другой делать вылазки от жены к любовнице. Та и другая его ждали, любили, прощали.

Верди и Джузеппина проводили лето во дворце Кавалли. Им прислуживала двадцатилетняя девушка из Кремоны. Сохранились документы, что от этой служанки и Верди родились двое детей, которые были усыновлены супружескими парами из Буссето, получили имена Джованни Белли и Джузеппы Фулчини. А «Лебедь из Буссето» продолжал летать… Из гнезда в гнездо.