Книга Даджи — Огонь в Горне - Тэмра Пирс

Наверное что-то такое было в её магическом голосе; Браяр в миг очутился рядом с ней, и потянул её вверх на скалу. Чем выше она поднималась, тем больше тепла она вбирала из камня. К тому времени, как они взобрались на уступ, она чувствовала себя гораздо лучше.

«Там, внизу, я видел реку», - заметил Браяр. «Талая вода, текущая по длинной трубе во льду. Это было прекрасно!» - придя в себя, он добавил: «Что случилось? Мы забрались в горячие источники под замком, и ты исчезла. Кстати, мы не испортили никакие трубы. Вода пошла через очередную трещину в камне. Надо бы нам закрыть отверстие, пока кого-то не затопило».

«Как?» - спросила Даджа. «Я не знаю, кто из нас это сделал, и как, и я правда не знаю, как это остановить. Камни у нас Трис двигает».

«Тогда давай попросим её», - строго ответил мальчик. «Пойдём починим это, и вернёмся к работе, пока кто-нибудь длинноносый не обнаружил наши тела, торчащие в банях. Как там твоё соединение с Трис?»

Даджа нашла его. Пробежав по нему, выбрав быстрый путь обратно в замок и к своим телам, они позвали свою подругу. «Трис! Трис!»

«… и гематит, чтобы вытягивать болезнь из тела …» - работая, Трис запоминала один из множества списков, которые Нико дал ей. «… чтобы заземлить и стабилизировать, чтобы сфокусировать на физическом измерении, для провидения. Нефрит — для любви, лечения ...»

«ТРИС!» - крикнули Браяр и Даджа, вливая в зов свою силу.

«Что? Что? Я занята!» - ответила Трис.

Вместо того, чтобы тратить время на объяснение произошедшего, они показали ей образы сделанного Даджей разлома в земле, и вырывающуюся из него струю воды. Трис потребовалась секунда, чтобы разобраться в том, что им было нужно: двойные образы одного и того же события сначала больше путали, чем помогали. «Я всё исправлю», - ворчливо сказала она им. «И молитесь, чтобы Нико не узнал».

«Он не узнает, если ты перестанешь трепаться, и примешься за дело», - указал Браяр, пока они с Даджей возвращались в свои физические тела.

Пока они начали разминать затёкшие конечности, они почувствовали присутствие неподалёку в земле Трис, ворчавшей как раздосадованная домохозяйка. К тому времени, как они вышли из бань, она использовала бурлящую силу горячих источников, чтобы заблокировать открытый Даджей канал.

- Лучше нам переодеться, - со вздохом заметил Браяр. - Если Ларк увидит нас в таком виде, она может подумать, что мы попали в драку, или типа того.

С этим трудно было спорить: все их усилия по удалению грязи с их одежды лишь размазали её ещё больше. Даджа последовала за Браяром в их комнаты, где они и переоделись. Даджа также не упустила возможность воспользоваться их уборной. Возвращаясь назад к Ларк, Трис и Сэндри, они заглянули во дворик, где сила Даджи вышла из-под её контроля. Трис поработала как надо. Единственными следами бившей из земли горячей воды были повышенная влажность и забрызганный камень.

Глава 6

- Вот вы где, - начала Ларк, вставая, когда Браяр и Даджа вернулись. Её глаза смотрели доброжелательно, и с облегчением.

Даджа моргнула, увидев открывшуюся перед ней сцену: она могла видеть, почему Ларк была так рада их возвращению. Напротив входа во двор кто-то поместил на покрывале две горки подушек. Между подушками стоял низкий деревянный столик, на котором стояли закрытые блюда, кувшин и чайник. Медвежонок лежал, положив морду на лапы, его нос касался покрывала, а глаза были прикованы к блюдам.

Перед всем этим сооружением ждала Польям. Поклонившись Дадже, Торговка указала на подушки, и произнесла: «Хороший день для беседы». Слова эти были определены сотнями лет традиций по всему Морю Камней. Они значили, что говоривший желал совершить серьёзную сделку.

Даджа подошла, миновав горн. Быстрый взгляд на него показал, что её белая огненная сетка исчезла, истраченная глубоко под землёй.

- Я прошу тебя принять этот дар, - добавила Польям, махнув рукой в сторону железной лозы. Рядом с ней стояло гравированное медное блюдо в фут шириной. Даджа взяла его. Это была чистая медь особенно красного сорта, с дюймовым ободом, покрытым гребенчатыми узорами, и центральным узором в виде несущихся галопом косматых лошадей и всадников в меховых шапках. Это было хорошее металлическое изделие, удобно лежавшее у неё в руках. - Это лишь символ, - прокомментировала Польям, всё ещё придерживаясь торгового обычая. - Чтобы показать моё уважение к твоей работе.

Даджа перевернула блюдо, ища клеймо изготовителя. Оно нашлось на крупе одной из лошадей: знак незнакомого ей кузнеца. - Это медь из Золотого Кряжа, - пробормотала она. Во время поездки на север она не упускала ни единого шанса увидеть и пощупать местные изделия из металла. Задолго до приезда сюда, она узнала ощущение золотокряжской меди так же хорошо, как и своё имя.

- Я купила его здесь, - ответила Польям. - Мы проезжаем тут где-то каждые два года.

«У тебя наверное дела шли лучше, если ты могла позволить себе такое», - подумала Даджа. Блюдо стоило больше двух серебряных астрелов, что для уирока было большой суммой.

- Я не могу принять одну из твоих вещей.

Польям покачала головой:

- Тогда я была другой женщиной. Сделка, которую я надеюсь совершить с тобой, важнее.

Даджа пробежала пальцами по гравировке. Медь пела в её глазах, когда она посмотрела на Польям. Наконец она положила изделие рядом с железной лозой. Взяв свой прислонённый к стене посох, она положила его на покрывало, и села рядом с ним, с горкой подушек за спиной.

Как только Польям уселась, положив рядом свой собственный посох, она осторожно разлила по маленьким чашкам чай. Чашки для торгов должны были быть изысканными; эта же пара знавала и лучшие времена. Даджа решила не замечать этого. Она подозревала, что Польям была вынуждена использовать свои собственные пожитки — никто не хотел, чтобы торговых принадлежностей каравана касалась трэнгши. Их позже придётся очистить, а может быть даже уничтожить.

Польям подняла чашку перед Даджей.

- За сделку, - сказала она.

Даджа сделала то же самое:

- За сделку, - она отпила одновременно с Польям, и замычала от удовольствия. Это был настоящий чай Торговцев, горячий, крепкий, с запахом дыма. Она не пила ничего подобного со своей последней ночи на борту Третьего Корабля Кисубо.

Польям улыбнулась.

- Для переговоров нужна еда, иначе говорящие слабеют, - она сняла с блюд крышки, отложив их в сторону. Блюда были заполнены холодными листьями винограда, в которые были завёрнуты рис, лук, чеснок и мята, а также маленькими маринованными луковицами, пирожками с цыплёнком или баклажаном и специями, абрикосами с миндальным сиропом, и маленькими фруктовыми тарталетками. И наконец она увидела пирожные с миндалём и апельсином. Всё это было традиционной едой среди Торговцев, как в караванах, так и на кораблях, и Даджа не пробовала её уже много месяцев.