Клубничные каникулы - Ника Крылатая

настроение. Я помню ее еще теть Маней, и поверь, с тех пор характер стал только хуже. Ну вот надо было перевезти ее мне под бок? – последовал тяжелый вздох. – Зато никто и носа не сунет, старуха бдит днями и ночами. Но забор на глухой я поменяла сразу.

– Валька, – голова старушки показалась над забором, – ты знаешь, я разврату под боком не потерплю! Шо деется, взрослая женщина, а к ней парни молодые захаживают.

– Ох, вот неугомонная, – тетка опять вздохнула. – Не обращай внимания. Тут вся деревня ей не угодила. Одна надежда, что дети снова внуками нагрузят, ей тогда не до соседей. Мне вообще кажется, что она и при царе горохе такой уже была, и нас еще переживет.

– А пока бабули нету, кто за хозяйством присматривает? – "Если соседки три дня не было, значит животное сидело взаперти?" – Ульяне было жалко животное, хоть он и настоящий козел.

– Сосед помогает за денежку. У нее всего хозяйства десяток курей да Яша этот.

Вредная бабка увела своего козла только поздно ночью, чтобы уже с утра пораньше снова привязать на том же месте. Новый виток сельхозработ происходил под бумканье рогов о забор и гневное меканье, когда Яша слышал людские голоса. Переделав по холодку (относительному, конечно), большую часть дел, теть Валя загрузила свою машину и упылила в питомник по делам. А Ульянка решила предаться разврату – закинула в миску полпачки мороженого и пошла в ягодник, трескать клубнику прямо с куста. Не то новая стрижка помогла, возможно, новый цвет волос, не исключено, что теткина лекция, но жизнь в деревне стала доставлять определенное удовольствие. Времени было часов десять утра, и чтобы загореть, девушка вышла в купальнике и широкополой шляпе.

– Эх, деревенский гламур, – сказала она, любуясь на реку. Землевладение простиралось по пологому склону от улицы вниз к реке, так что было видно реку и бывшие поля за забором. Побродив среди кустов клубники, которую мозг никак не хотел запоминать как землянику садовую, земклунику и прочие премудрости, она выискивала ягоды посимпатичнее и поспелее. Вообще, для Ульянки, весьма далекой от садовой романтики, в огороде росла клубника, а вот на лугу близ лесочков – земляника, мелкая, но такая сладкая и ароматная, что самая лучшая сортовая на ее фоне безвкусная.

– Мееее, – раздалось за забором.

– Чудовище, тебя еще не забрала бабка? – спросила Ульянка. Ответом ей было "бум". – Дожилась, с козлами разговариваю. Но этот хоть не отрицает, что козел.

Нагнувшись за ягодой, девушка заметила, что вредное животное привязано к столбу их забора, а не к березе, там как раз доски примыкали недостаточно плотно, в щель веревка и пролезла.

– А, это чтобы когда побежит, забор вырвал, раз лбом прошибить не получается. Ну бабка, ну затейница. О, и как я тебя не заметила? – Улька нагнулась, чтобы сорвать большую ягоду, встав в любимую позу дачника.

Эффект бумеранга, он такой – чем дальше запустишь, тем сильнее прилетит. Физически размявшись на конюшне, Роман с Александром двинулись купаться на речку. Мальдивы и Канары всякие были в данный момент далеко, а купаться хотелось сейчас.

– Надо бассейн построить, – выдвинул идею Ромка. – В соседнем питомнике есть, а мы что, хуже?

– Ага, согласен, – поддержал его Саша. – Для лошадей. Я тут репортаж смотрел по содержанию скакунов в Эмиратах, так вот у них бассейн есть. И массажисты. И даже солярий. Вот он на кой черт там нужен, я не понял.

– Я про бассейн для людей, – пояснил Рома.

– Зачем? Это надо крытый делать. Или с подогревом. Ну сколько он в длину будет? Метров десять? Или двадцать – двадцать пять, как олимпийский? Вложений много, геморроя много. А тут по реке в длину хоть километр плыви.

– Плохо ты на меня влияешь. Я, Романовский, могу вычистить и лошадь, и стойло, купаюсь в речке. Вот до чего дружба с тобой довела, – Ромка топал рядом, засунув руки в карман шорт.

– Ты ещё и яблоки из сада тыришь. Но я тут совершенно не при делах, – ответил Сашка на такой наглый поклеп.

– Э, нет. Вот лазанье по чужим садам ты мне не приписывай. Ветка висела за забором, а значит, яблоки вне ограждения ничьи, – они как раз дошли до пологого спуска к воде.

– Кто последний на тот берег, тот пень старый! – мужчины наперегонки бросились в воду.

Сбросив напряжение, наплававшись до боли в мышцах, друзья отправились к теть Вале. Мириться. Зная ее привычку ковыряться в саду-огороде почти круглосуточно, подошли со стороны реки, как раз к ягоднику. Подтянувшись на заборе, узрели только что нагнувшуюся Ульяну.

– Ты смотри, какие виды! – от раздавшегося хриплого голоса с масляными нотками девушка ойкнула и резко выпрямилась.

– Здравствуйте, Ульяна, – Ромка расплылся в улыбке. Вид ладной упругой попы поднял и без того хорошее настроение. – Вы так и притягиваете взгляд.

Она вспыхнула. Если этот наглый тип и его хамоватый друг думают, что она все забыла, а особенно, как он сначала прижал ее, а потом прижимался к нимфе, то они очень ошибаются. За углом от мужчин было подозрительно тихо, Яшка не бодал забор и молчал. План созрел мгновенно. Ульянка дернула верёвку одновременно скомандовав:

– Яшка, фас! – что козел не знает такой команды, она не подумала. И Яша не подвёл! Он уже крался вдоль забора к нужному углу, но натянувшаяся веревка не пускала. Когда вдруг натяжение ослабло, козел с радостным "Меее!" выскочил перед мужчинами под громкий крик "Ату их!". Они обернулись на шум и замерли, животное страха не внушало ровно до того момента, когда Яша опустил голову и помчался на них. Почему Ромка с Сашей не прыгнули на забор, чтобы оказаться в огороде, неизвестно. Они ломанулись к старой березе, до которой было метров десять на Ульянкин глазомер. Романовский обладал более длинными ногами, и успел запрыгнуть на ветку первым, тогда как коневод убрал задницу перед самыми рогами, и козел с громким "бум" врезался в ствол дерева. По округе разнеслось обиженное "Мееееее".

– Пошел вон, козлина, – Ромка попытался отогнать вредное животное. Тот в ответ грозно потряс бородой и опять боднул дерево, надеясь, что мужчины слетят как яблоки, наверное. – Ульяна, уберите эту скотину!

Девушка за безопасным забором любовалась, как мужчины сидят на дереве. Она демонстративно окунала ягоду в мороженое и откусывала, облизываясь, пока любители женских форм спасались на березе.

– Ульяна, убери козла, – терпение Саши заканчивалось, а настойчивое животное ходило кругами, и отступать не собиралось. Бум! – Да когда ты себе уже башку расшибешь?

– Мы с вами не настолько близко знакомы, чтобы